Наследница темной крови (СИ) - Крук Эмилия - Страница 30

 - С тех самых, когда принца крови обвиняют в похищении главного инквизитора! – фигура метра начала расплываться и скоро перед аудиторий уже был огромный василиск.

Боевая трансформация дала знать о намерениях проводимого заседания. Слушать Юру никто и не собирался. Показательная порка. Вот что это было. Никто не смел обвинять члена императорской семьи. Даже, наделенные силой тьмы.

На руке Юры защелкнулся антимагический браслет и он с отчаянием посмотрел на деда. О всех злоключениях с Лерой знал только он, и взгляд внука понял прекрасно. Оставлять девушку одну нельзя. Но спорить с разгневанным василиском, доносящим до них волю императора, чревато. Последствия могут быть самыми плачевными.

Уже дома Эльмир, накрыв их с Юрой пологом тишины, озадаченно расспрашивал внука обо всем. Ведь ситуация оказалась намного серьёзнее, чем он ожидал. Если обычное видение, пусть даже и с участием брата императора, вызвало такие последствия. Реальное положение вещей привело бы к взрыву в обществе.

 - Лера ошибиться не могла. Это был вызов по крови, увиденному можно верить. Смущает то, что она не рассмотрела лица. А опознать голос ей никто не позволит, тащить девушку сюда было бы смертельной ошибкой. Ситуацию осложняет и то, что началась охота. Я не могу сейчас сунуться в деревню, за мной наверняка следят. Поэтому нужно ждать, пока девочки вернуться от Серафимы в город. Я поставлю в твоей квартире маячок, чтобы точно знать когда они появятся.

Юра кивал и яростно сжимал кулаки. Тьма бушевала внутри, не находя выхода. Антимагические браслеты полностью исключали возможность трансформации.

Если с Лерой что-то случится в его отсутствие, он себе этого никогда не простит. Рыжая, конечно, прикроет подругу, но что может необученный маг с почти блокированной силой, против опытной ищейки? Надо было вышвырнуть Влада из города, хотя в отсутствие Николаса кто-то должен был курировать эту территорию, и не он, так другой ловец все равно бы появились.

Время тянулось, словно жвачка. Всю субботу он ждал сигнала маячка, чтобы сообщить деду о возвращении девушек. Раскрытая книга с магическими заклинаниями уже который раз брошена обратно на кровать. Сидеть, лежать, было совершенно невозможно. Ведь понимал, что девушки приедут в воскресенье, но бездействие и неспособность призвать силу, нервировали до чертиков.

Он принимал ванну, когда перехватило дыхание и внутренности скрутило с тугой жгут. Руки, едва успевшие ухватится за бортики ванны, искорежило резкой, пронизывающей болью. Его накрыла вода с головой и вырваться оттуда было совершенно невозможно, мышцы отказывались подчиняться.

Чужая обида, боль, страх и всеобъемлющая паника перекрыла все собственные чувства. А потом глухая, пульсирующая мысль: «УМЕРЛА» и жгучий, разъедающий каждую клеточку огонь…

Он пришел в себя на полу, в луже воды, не понятно, как выбравшись из ванной. Взрыв нереальной, всепоглощающей темной силы выбил стекла, взметнул водоворотами воду, оставив после себя хаос и пустую ванную комнату, с одиноко лежащим антимагическим браслетом.

Глава 25. Вот, новый поворот

В окружении ласковых волн, плавно покачиваясь на поверхности, кажется, что жизнь удалась. Нет ужасной несправедливости, похищений и всякой магической чепухи. Просто солнце, легкий ветерок и невероятная нежность воды. Она обволакивала руки, словно вторая кожа, целовала щеки и вплетала в волосы зеленые водоросли, завершая странный, только ей ведомый обряд.

Меня не выталкивали, а принимали, как дома. Где-то рядом лилась старинная песня, коей неспокойную душу маленькой Леры бабушка потчевала перед сном. Затих птичий гомон, уступая первенство человеческому голосу и ветряным порывам.

Алым цветом во мне расцветала надежда – все переменится. Вернется на свои круги, уснет вечером, чтобы встрепенуться ранним утром и капельками росы пролиться на израненное нутро. Придет домой папа, как прежде с порога крикнув: «Девочки, а вот и я», вспорхнет со стула нарядная мама, кинувшись в объятия любимого, крепко и по-доброму прижмет к себе бабушка. Закинув за плечи рюкзак, залихватски свиснет Юрка и подмигнув кинется вперед, подзадоривая, что я его не поймаю. Стиснет руку Элька, вкрадчиво прошептав, что вон тому мальчику я очень понравилась и нас приглашают в кино…

Я открыла глаза – пронзительно голубое небо с огромными, проплывающими как-то вальяжно облаками встретило, радостно сверкнув. И стоило подумать, что хочу оказаться на берегу, как тут же подхватившая волна уже осторожно ставила меня на землю. Потрепал волосы пробегавший мимо ветерок.

Меня переполняла сила – странная, не своя. Но я не ощущала ее чужеродности и растворялась в океане сочувствия.  А потом полное единение со стихией схлынуло, оставив после себя четкое осознание принадлежности. Меня приняли, всегда помогут, но ступать вперед предстояло одной. Я будто только что родилась заново. Ласковой матерью стала вода, строгим отцом – ветер, старшим братом– огонь. Лишь земля сопротивлялась принимать в семью, подгоняя под ноги камни и корни деревьев.

А еще я четко и ясно ощущала на шее ключик. И точно знала, что кто-то по ту сторону будет сражаться за меня до последней капли крови, позволив открыть любые двери, хоть даже и в преисподнюю.

Ветер шептал поторопиться. И я, подгоняемая им в спину, за несколько минут преодолела расстояние до бабушкиного дома. Хм…а раньше бежала минимум полчаса.

Меня встречала на крыльце испуганная Эля и схватив за руку, бессловесно потянула в комнату. Поведение бабушки было еще более странным – едва взглянув, она поджала губы и жестом указала на стул.

Вот ведь... Пантомимное задание что ли у них. Чего молчат-то? Но первой заговорить я не решилась, потому что страшно, вдруг заклятие какое. С этими магами всего ожидать можно. Так что, покорно села на стул и принялась ждать.

Доверие к бабушке, после увиденного в прошлом, возрасло в разы и потому, почувствовав, как Серафима собирает мои волосы и оттягивает вниз, стерпела, не шелохнулась. Но от резкого чувства легкости на голове, будто подкинуло. Отскочив от бабушки на добрый метр, с ужасом уставилась на ее руки. В одной были большие садовые ножницы, в другой - длиннющий белоснежный хвост волос с впутанными в него водорослями.

Я протянула руки к затылку и наткнулась на колючий ежик. Крик вырвался самопроизвольно, но его, как ни странно, слышно не было. С минуту пооткрывав рот, словно рыба, поняла, что не могу произнести ни звука.

Паника. Когда не понимаешь, чего еще ждать. Когда ощущаешь свою полную беспомощность перед окружающим миром. Когда крик застывает морозными каплями, погружаясь в уже ощутимый вокруг вакуум. Воздух потяжелел и в легкие теперь проникал с трудом. Как в детстве, над ингаляцией.

Волосы из бабушкиной поднятой руки начали медленно оседать на пол, практически застывая в пространстве. И только сейчас до меня дошло, что они МОИ. Абсолютно белые, как у древней старухи

С трудом преодолевая комнату, шаг за шагом, буквально разгребая воздух, пробралась к зеркалу. На меня огромными глазами смотрела незнакомая девушка. Я ведь полненькой никогда не была, но на костях было мясо, округлости, щечки, за которые часто трепал папа и обзывал хомяком Юрка. Обычная, стандартная внешность – светлые волосы, рост чуть выше среднего, руки, ноги, глаза, все без излишеств. Парни проходили мимо, не оборачиваясь, в толпе было легко затеряться. Теперь на меня смотрело странное, похожее на инопланетянина существо. Явная худоба была противоестественна, заостренные скулы ярко выделяли форму лица, делая глаза какими-то огромными. Девушка в зеркале подняла тонкую, почти просвечивающуюся руку к волосам. Короткие, кипенно-белые, с редкими золотистыми прядями, они настолько хаотично обрамляли лицо, что казались здесь чужеродными.

Пробраться обратно в комнату оказалось еще тяжелее. Я прошла к дивану, стараясь не смотреть на лужу седых волос на полу. Бабушка, положив ножницы, тяжело опиралась о стол. Элька, все такая же перепуганная, стояла ближе к выходу.