Мануал для Попаданки: Как выжить в ВМА (СИ) - Денисс Слава - Страница 45

День пятницы в целом прошел без эксцессов, все шло по своему накатанному сценарию: лекции, перемены, лекции, столовка… Я все ожидала какого-то подвоха, но, кажется, мироздание сегодня надо мной смилостивилось и решило оставить меня в покое. Даже с Майном мне посчастливилось не встретиться за весь день, а это уже очень большой плюс. Да что там! В кои то веки Аманда приостановила свою атаку на мои нервы, обозвав «крысой» (расту, че!) всего два раза.

Но все хорошее, рано или поздно, имеет свойство заканчиваться. Поначалу меня не насторожило довольно пристальное внимание профа Херби к моей персоне на последней лекции. Он слишком часто поднимал меня с вопросами, на которые требовал детальнейшего ответа. В смысле по материалам учебника я должна была ответить буква в букву, по конспектам — на сто двадцать процентов. Естественно, я понимала, что проф прощупывает почву для дельнейшей участи в соревнованиях, поэтому хотелось отвечать неправильно, но… тогда проф влепит нехорошую оценку, например за годовой зачет. О сессии молчу, потому что боюсь, до нее я в Академии не продержусь. И тогда плакали бы все мои достижения, ведь травоведение едва ли не единственный предмет, по которому я хоть что-либо знаю и могу продемонстрировать свои знания.

А вот под конец практического задания, на котором мы готовили зелье забвения, проф практически не отходил от нашего с Эмми стола, едва не засовывая нос в котелок с бурлящей жидкостью оранжевого цвета. Это напрягало. Кому как, а мне никогда не нравилось, когда у меня над душой стоят. Умом понимаю, что целитель должен уметь даже в самых экстремальных условиях приготовить нужное зелье, и когда пули свистят, и когда мечи звенят, но принять подобное не могу.

— Проф Херби, — раздался голос Люсинды. — Я уже приготовила. Посмотрите на результат?

Люсинда Фоук, согласно источникам с первого взгляда влюбилась в милашку-Херби и всячески пыталась привлечь его внимание: то она первая самостоятельную напишет, то первая зелье приготовит, то у нее конспект по всей аудитории разлетится и она последней ее покидает… Те же источники твердят, что однажды Фоук задержалась в аудитории аж на десять минут, оставшись один на один с профом. Что было — история умалчивает, но поговаривают, что ничего ей не обломилось.

Кстати, по поводу отношений между студентами и преподами: здесь это не особо поощряется, но и не порицается, тем более, что здесь все совершеннолетние. Красота в том, что даже близкие отношения с профессорами не могут повлиять на оценки: там у них идет какой-то свой особенный контроль со стороны Совета (не самим ли Тайлером?), что поставить оценку «с потолка» — невозможно. Что возможно — получить благосклонность препода: никаких штрафных рефератов, и никаких отработок. Бывало даже, что проф любимой студентке давал дополнительные уроки, на которых иногда даже учили чему-то полезному и новому, но в основном методам контрацепции.

Так вот, о чем это я? Ах да, о Херби. Пошел он к столу Люсинды, проверил, посмотрел на цвет зелья, понюхал пар, разочаровано поджал губы и вернулся к нам. Заглянул в котелок Эмми, в мой, и выдал:

— Студентка Любимова опять справилась лучше всех. Мне очень жаль, что больше пяти баллов я поставить не могу. — милая улыбка на милом профессорском личике означала для меня только одно — неприятности. — Студентка Любимова, я вас попрошу задержаться после лекции.

Где-то сбоку что-то с треском свалилось на пол. Повернув голову, я увидела злое лицо Фоук и немое обещание убивать медленно, за то что я посмела обратить на себя внимание профа. Естественно, все, включая Эмми и Лео, ситуацию оценили неправильно: этому мальчику-красавчику нужно только одно — чтобы я участвовала в соревнованиях. Но жизни мне не дадут все равно. Теперь в травле примет активную участь и Люсинда — месть за то, что не заметили ее. Будто мне Аманды было мало!

— Проф, вы хотели со мной поговорить? — спросила я, как только аудиторию покинули все.

— Да, хотел. — самодовольно сощурился проф. — Вы подумали над моим предложением?

— Да проф, но я боюсь, что не смогу. Я отказываюсь не потому, что не хочу учиться или отстаивать честь факультета, а потому, что у меня действительно нет времени на подготовку: его слишком мало, а объем знаний, который необходимо получить — слишком велик. Да у меня для отдыха только обед да ужин остались — в остальное время у меня дополнительные уроки с другими профессорами… — и тут я поняла, что последнюю фразу я зря сказала: этот милый мальчик в секунду превратился в очень злого оборотного, с заостренными зубами и яростным взглядом. Это именно о таких, как Херби, говорят «волк в овечьей шкуре». Как же все-таки обманчива внешность! И вообще, странный он. И страшный, поэтому отступаю назад и молюсь, чтобы профу сейчас окончательно крышу не снесло. — Извините проф, я не… Я пойду, да?

— Идите. — натянуто ответил он, но потом мстительно добавил: — К ректору. Он вас как раз вызывает.

На бег сорвалась едва закрыла за собой дверь. Если Ректор вызывает — значит есть новости. Если есть новости — то только о Атико. В груди вспыхнула надежда: может он смог договориться с Советом и Майна с нами больше не будет? Может я правильно сделала, что не захотела в первый же вечер с ним начинать заниматься серьезно?

Забежав за поворот, коих в академии больше, нежели самих студентов, меня поймали за руку, чем и остановили мой забег.

— Крис? — нет, я не удивилась, я просто выпала в осадок от подобной наглости!

— Привет. — смущенно и немного неуверенно поздоровался он, словно боялся, что я его оттолкну. Признаться, такая идея проскочила, но в итоге я приняла другую линию поведения.

— Привет. Ты чего-то хотел? — дружелюбно ответила я.

— Я… Как ты?

— Спасибо, нормально. Спешу вот немного.

— Аа, как и всегда. — уголок его губ приподнялся в улыбке. — Я это… хотел поговорить.

— О чем?

— О нас. — вот так вот просто ответил он. Сердце пропустило удар: неужели…?

— Крис… Я… Черт! Я опаздываю. — мне было действительно жаль, но опаздывать к ректору было чревато, — Извини, сейчас действительно не могу!

— Сегодня вечером? — с надеждой спрашивает он. — В кафешке?

— Я не знаю. Крис, я не знаю, смогу ли прийти в студгородок… Извини, в другой раз!

Последнее я уже прокричала, потому что прозвучал звонок на шестую пару, а я все еще не в кабинете Реннана! Ну почему именно сейчас мне довелось с Кристофером столкнуться? Я так давно хотела с ним поговорить, объясниться, почувствовать его прикосновение, побыть еще хотя бы один разок в его объятьях… Да, мы и прежде не всегда могли встречаться, но я знала, что Крис у меня есть, что ждет и хочет проводить вечера со мной, бродя по академии, целуясь и исследуя новые ходы. Пожалуй, с ним я провела в свое время самые теплые и радостные часы в Академии.

И, черт возьми, мне его сильно не хватает! Именно поэтому я развернулась на сто восемьдесят и побежала обратно. На мое счастье, Крис нашелся там, где я его и оставила:

— Воскресенье. После ужина. Студгородок. Я приду. — отдышка не давала изъясняться полноценными фразами, поэтому приходилось их рубить на отдельные слова.

— Я приду. — эхом повторил он, и я с тройной скоростью помчалась к ректору. Счастливааая!!

Секретарша смерила меня недовольным взглядом: раньше я хоть приличная приходила, а сейчас вот заявилась как непонятно кто, и улыбаюсь, как дура… Теперь она точно думает, что я к ректору на свиданку бегаю, потому что никто в здравом уме не может ходить к главе Академии со счастливым фейсом. Особенно студенты… Свят меня, свят! Голова пока что варит. Через раз… Иногда… В общем, очень редко, как я посмотрю!

— Войдите! — суровый голос Реннана нарушил поток мыслей в голове и вернул на грешную землю.

— Здравствуйте, господин ректор. — поздоровалась я. — Вызывали?

— Вызывал. Проходите, студентка Любимова. — а вот сам ректор наоборот был хмурым, так что дверь за собой я закрывала с опаской. — Я хотел поговорить с вами насчет вашего наказания, студентка.