Сверхъестественное. Врезано в плоть - Ваггонер Тим - Страница 7

Франкенпес пригнул голову и посмотрел на них неодинаковыми слезящимися глазами. В его горле зародилось низкое рычание, странный звук, в котором прорывались разные тона, почти как если бы рычали две собаки. Дин сверлил зверя взглядом. Всегда можно сказать, когда соперник сделает следующее движение, следя за его глазами; тот же принцип работает и для большинства сверхъестественных существ. Для тех, у кого есть глаза, по меньшей мере. К сожалению, глаза у Франкенпса были разные по размеру и цвету, и работали они независимо друг от друга, как у ящерицы. Это не только выглядело до жути странно, но и не позволяло разгадать намерения твари.

Франкенпес застал Дина врасплох, перейдя на необычный, но удивительно быстрый пружинистый бег. Дин успел выстрелить еще раз, но пуля ушла в сторону и ударилась в землю около правой лапы твари. Промах только разозлил чудовище, и оно кинулось на Дина, широко раскрыв челюсти и брызгая пеной, с бледным, вывалившимся наружу языком. Дин уронил пистолет и вскинул руки как раз вовремя, чтобы перехватить собаку за шею, когда она свалила его с ног. Кустарник отчасти смягчил падение, но удар все равно выбил из Дина дух. Франкенпес яростно рычал и щелкал челюстями, пытаясь вонзить клыки Дину в горло. У него получилось удержать тварь на расстоянии, но далось ему это нелегко. Проклятый зверь оказался куда сильнее, чем можно было предположить. От его зубов до мягкого горла оставались считаные сантиметры, и расстояние с каждой секундой сокращалось. Когда псина вцепится в него, то начнет вытягивать жизненную энергию, и Дин не знал, сколько ему тогда останется. Может быть, считаные минуты, а может, и секунды. Дин даже успел представить, как будет выглядеть в образе сухофрукта. Нарисовавшаяся в результате картина привлекательностью отнюдь не отличалась.

Сэм, шагнув вперед, поднял «Беретту», прицелился и выпустил одну за другой три пули в бок Франкенпсу. Дин почувствовал, как тварь дернулась от ударов, и из ран потекла кровь. Но не красная. Эта штука была черная, густая и тягучая, больше похожая на сироп. Черная жижа напомнила Дину кровь левиафанов, но она оказалась темнее и воняла гнилым мясом. Несмотря на раны, боли Франкенпес, кажется, не ощущал. Даже больше разъярился, если уж на то пошло. Он вырвался из хватки Дина и, рыча и щелкая челюстями, бросился на Сэма. Тот не растерялся и выстрелил еще дважды. Пули сбили куски плоти, потекло больше черной крови, но двигаться медленнее тварь не стала. Она вонзила клыки в правую ногу Сэма, чуть выше щиколотки. Сэм, вскрикнув от боли, в упор выстрелил Франкенпсу в голову. Часть черепа вместе с ухом отлетела. Зверь выпустил Сэма, отскочил и принялся быстро трясти головой, будто был мокрый и пытался обсушиться. Кровь и ошметки мозга летели во все стороны, а потом чудовище развернулось и бросилось в лес, вихляя, словно пьяное.

Сэм сел на землю и с шипением втянул в себя воздух. Положив «Беретту» рядом, он принялся осторожно осматривать рану. Дин встал, поднял пистолет и, убедившись, что Франкенпес не собирается вернуться и повторить атаку, подошел к брату.

– Ну как?

– Жить буду, – носок промок от крови, и, оттянув ткань, Сэм обнажил рваную рану. – Не слишком глубокая. Наверное, это случилось, когда я выстрелил псине в голову. Из-за удара она отшатнулась, и клыки порвали кожу.

– Хорошо. Давай тебя перебинтуем и доберемся до машины.

Дин опустился на колени рядом с братом и достал из кармана куртки рулон клейкой ленты. Аптечка осталась в драндулете, но до возвращения в машину скотч прекрасно выполнит роль повязки.

– Со мной все в порядке, – заартачился Сэм. – Надо искать собаку.

Он попытался подняться, но, когда перенес вес на раненую ногу, лодыжка подвернулась, и Сэм снова сел, скривившись от боли.

– Франкенпес подождет, пока мы тебя не заштопаем, – возразил Дин. – А теперь заткнись и посиди спокойно.

Он отмотал полоску скотча и принялся за дело.

Сооруженная Дином временная повязка оказалась достаточно надёжной, чтобы позволить Сэму добраться до мотеля. Там он ушел в ванную, осторожно срезал клейкую ленту хирургическими ножницами и выкинул перемазанную кровью массу в мусорное ведро. Затем он промыл рану – сперва святой водой, потом обычной, с мылом, и наконец спиртом. После этого он наложил на рану антибактериальный крем и забинтовал ее. Довольный результатом, он всухую проглотил пару таблеток ибупрофена и, хромая, вышел из ванной. Ранение явно скажется на скорости его реакции, но все не так плохо, как он опасался.

Бросив куртку на кровать и оставшись в худи, Дин сидел перед ноутбуком, откинувшись на стуле и забросив ноги на стол. Сэм улыбнулся:

– Надеюсь, ты не на одном из своих любимых сайтов, где надо подтверждать, что тебе уже есть восемнадцать?

Он сразу же пожалел о сказанном. Учитывая одержимость Дина Диком Романом в последние несколько недель, лучше бы брат навестил пару-тройку низкопробных сайтов, чем пытался раскопать еще информации об их «любимом» левиафане.

– Я тут рыскал по сети в поисках пулек от страхолюдных лоскутных собак. – Когда Сэм ничего не ответил, Дин добавил: – Что? Не один ты мышкой пользоваться умеешь.

– Пулек? – переспросил Сэм.

– Ага… Наверное, я подцепил парочку новых слов в сорок четвертом. – Дин убрал со стола ноги и сел прямо. – Кстати, насчет «подцепить». Нам, наверное, надо сводить тебя к врачу, пока ты не слег с каким-нибудь франкенбешенством.

– Шутишь? Сверхъестественные твари не переносят обычные болезни.

– Ну, лучше перестраховаться, чем потом воды бояться. Всего-то надо сделать кучу ужасно болезненных уколов в живот, – ухмыльнулся Дин.

– Профилактику бешенства совсем не так проводят. Колют вакцину в плечо, а потом гамма-глобулин в рану и в бедро или в пятую точку. Эти уколы не больнее обычных. Но это неважно, потому что мне они не нужны.

Дин вздохнул:

– Какой смысл быть старшим братом, если не можешь подколоть младшего разок-другой? И потом, с чего ты взял, что Франкенпес – сверхъестественная тварь? Ты же видел шрамы, да? Псина выглядела так, будто какой-то безумный ученый склепал ее из запчастей.

– «Франкенштейн» – всего лишь роман Мэри Шелли, – проговорил Сэм. – Ты его вообще читал?

– Я смотрел все фильмы, – заявил Дин.

Сэм, не удостоив вниманием его заявление, продолжал:

– Шелли написала роман в начале девятнадцатого века, задолго до современных научных достижений. Описанная ею процедура – чистой воды выдумка. На самом деле подобное сработать никак не может. Нельзя создать единое тело из кучки частей. Одни попытки собрать центральную нервную систему чего стоят, не говоря уж об отторжении тканей… – Сэм осекся, заметив, что брат таращится на него. – Что?

– Я думал, ты право изучал, а не медицину.

– Я считаю, чем бы Франкенпес ни был, наука тут ни при чем.

– Хорошо, поверю на слово, доктор Тупица.

Пока они разговаривали, Сэм стоял, и щиколотка начала ныть. А еще он внезапно почувствовал усталость, будто потерял больше крови, чем казалось. Сэм подковылял к кровати и сел. Дин, пристально наблюдая за ним, ничего не сказал, хоть и нахмурился, и Сэм был ему за это благодарен.

– Нашел что-нибудь в сети?

– Ничего, кроме мультика «Франкенвини»[10], – Дин закрыл ноутбук и откинулся на спинку стула. – Чувак, я не могу поверить, насколько эта тварь шустрая. Судя по виду, и ходить-то для нее должно быть проблематично, а она носилась быстрее, чем гепард на метамфетаминах.

– Но не в конце, – отметил Сэм. – Когда я выстрелил ей в голову, она свалила, но двигалась уже не намного быстрее обычной собаки. Да еще зигзагами, будто на лапах с трудом держалась.

– Это потому что ты ее ранил. Тебе бы полбашки снесли, ты бы тоже скоростью не блистал.

– Псина вообще двигаться не должна была, а ранение ее только притормозило, и, кажется, я знаю почему.

– Дай-ка угадаю. После убийства Джойс и Теда она нахлебалась жизненной энергии, потому-то и двигалась так чертовски быстро. А когда ты в нее выстрелил, бензина у нее осталось, только чтобы унести ноги.