Берег мечты - Гиррейру Виктория - Страница 55

Фред поблагодарил её за поддержку, а утром, когда родители повезли его на вокзал, сбежал от них в неизвестном направлении.

Амапола и Отасилиу искали его по всему городу, но Фред, словно в воду канул. Он не пришёл домой ни к ночи, ни на следующий день, и тогда Отасилиу обратился за помощью в полицию, посоветовав комиссару произвести обыск в доме Луизы.

Комиссар последовал его совету, однако Фреда там не нашли и только зря переполошили Риту и Шику, которые к тому времени уже помирились и снова жили вместе. Луиза так и не простила мать, обвиняя её во всех своих бедах, к которым теперь добавилось ещё и внезапное исчезновение Фреда.

— Он бежал от позора! — заключила Луиза. – Не смог пережить такого удара! Где он сейчас? Если с ним случилось несчастье, я тоже не стану жить. Я утоплюсь в море!

Она рыдала, уткнувшись в плечо отца, который теперь помудрел и делился этой мудростью с дочерью, пытаясь её успокоить:

— Не плачь, если фред любит тебя по-настоящему, то он всё поймёт и обязательно вернётся. Он не сможет жить без тебя, как я не смог жить без моей дорогой Ритиньи. Я понял, насколько был не прав, и она меня простила.

— Нет, Фред никогда не женится на девушке, у которой сестра – проститутка! — твердила своё Луиза, а у Шику и на это имелся разумный ответ:

— Не захочет жениться, значит, он тебя не достоин, и незачем о нём слёзы лить.

Луиза, тем не менее, продолжала рыдать чуть ли не до вечера, и всё это время полицейский, оставленный комиссаром в засаде, вынужден был скучать.

Но вот город погрузился в сумерки, и в дом, за которым наблюдал полицейский, прошмыгнула Селминья, а спустя минуту вышла оттуда вместе с Луизой. Полицейский напрягся: ему было велено следить за каждым шагом Луизы, с которой, как полагал комиссар, непременно должен был связаться Фред.

Издали полицейскому не было слышно, о чём говорили девушки, он только видел, что обе были возбуждены и, похоже, ссорились. При этом Луиза старалась оттеснить гостью к воротам, очевидно, не желая её видеть, а та ей что-то взволнованно объясняла.

Полицейский снова заскучал, решив, что это ссора двух девушек не имеет никакого отношения к делу, ради которого он тут находится, и ошибся. Селминья затем и пришла к Луизе, чтобы отвести её к Фреду. Но Луиза не дала ей и слова сказать – сразу стала гнать прочь из дома. Когда же Селминье всё-таки удалось произнести имя Фреда, то и гнев Луизы мгновенно улетучился.

— Веди меня к нему, — сказала она, не раздумывая.

Полицейский, выполняя приказ, следовал за ними на почтительном расстоянии, поэтому опять не мог услышать, о чём они говорили.

А между тем Селминья рассказывала Луизе нечто невероятное: оказывается, Фред уже вторые сутки скрывается в борделе, и об этом не знает даже Роза!

— У меня будут большие неприятности, если это всплывёт наружу, — говорила Селминья. – Я ещё не до конца выздоровела и пока не работаю, поэтому и смогла прятать у себя Фреда.

— Но как он там оказался? – недоумевала Луиза.

Селминья объяснила ей, что Фред, убегая от родителей, подвернул ногу и с трудом доковылял до борделя, где и попросил убежища.

— Он знал, что я твоя сестра, и надеялся на мою помощь, — продолжился Селминья. – Нога у него распухла, я всё время прикладывала лёд, потом компресс. Ему стало немного легче, и он послал меня за тобой. Ты должна подыскать для него укрытие и какое-то время носить туда еду. Пойми, он любит тебя! Ради тебя он бежал из дома!…

Селминья провела Луизу в бордель через чёрный ход, и полицейский сразу доложил об этом комиссару. А тот решил, что Роза Палмейрау тайно использует несовершеннолетних девушек в качестве проституток, и устроил настоящую облаву.

Пока Фред и Луиза соображали, как им защитить свою любовь, в заведение Розы ворвались полицейские и репортёры, которых предусмотрительно пригласил комиссар в расчёте на громкую успешную операцию, способную обеспечить ему повышение по службе.

Комиссар сообщил посетителям и обслуживающему персоналу, что все выходы перекрыты, здание окружено, и в нём будет производиться обыск.

По иронии судьбы, Феликс как раз в это время миловался с Розой в её комнате. Об этом знала только Гайде, которая и сообщила Розе о нашествие прессы и полиции.

— Они ищут здесь несовершеннолетних! Говорят, какие-то малолетки проникли сюда, и их засекла полиция, — докладывала Гайде.

Роза встревожилась. Если всё так и есть, то ей будет очень трудно доказать комиссару, что те малолетки проникли сюда без её ведома. Феликс тоже оказался в сложном положении. Ему вовсе не хотелось быть застигнутым полицией в покоях Розы, и он распорядился:

— Роза, иди к репортёрам, заговаривай им зубы! А Гайде выведет меня отсюда через винный погреб – надеюсь, там комиссар не догадался выставить пост. Потом я войду сюда через парадный вход и улажу этот скандал!

Роза спустилась вниз, Гайде повела Феликса к подвалу, и тут к ним подбежала перепуганная Селминья.

— Сеньор префект, помогите Розе! – взмолилась она, преградив дорогу Феликсу. — Это я привела сюда свою сестру. Она сейчас беседует в моей комнате с сыном доны Амаполы. Они любят друг друга… Он бежал из дома… А Роза ни в чём не виновата, она не знает, что я спрятала у себя Фреда…

— Всё, помолчи, я понял, — прервал её Феликс. – Иди с нами в подвал, а потом беги к родителям этой девочки, и пусть они мчатся сюда немедленно.

К счастью, выход из подвала был свободен. Выбравшись наружу, Селминья побежала к Шику и Рите, а Феликс позвонил Отасилиу и велел ему срочно ехать к Розе вместе с Амаполой.

— Здесь ваш сын, — пояснил он, упреждая все вопросы, которые мог задать ему изумлённый Отасилиу. — Выезжайте немедленно, счёт идёт на минуты.

Тем временем Гайде подошла к Розе и тихо сообщила ей о том, что натворила Селминья, и что предпринял Феликс.

— Надо было вывести и эту парочку через подвал, — сказала Роза, но Гайде ей возразила:

— Сеньор Феликс считает, что этого делать нельзя. Если кто-то увидит, как они отсюда убегают, вам уже никогда не отмыться! А, кроме того, у парня болит нога, он едва ходит…

— Боже мой! Они приближаются к комнате Селминьи! – воскликнула Роза. — Теперь нам остаётся только надеяться на Феликса…

Амапола и Отасилиу примчались к борделю на машине, у входа их встретил феликс и кратко объяснил им, как они должны себя вести. Затем вместе с ними прош ёл в комнату Селминьи, где комиссар уже успел арестовать Розу за развращение несовершеннолетних. Никаких объяснений он слушать не хотел.

— Сейчас мы обследуем все комнаты, выловим остальных малолеток и вместе с вами отвезём их в участок, — сказал он Розе. – А там устроим допрос по всей форме.

До ареста, однако, дело не дошло, Феликс успел вовремя привести родителей и строго отчитал комиссара:

— Перестаньте размахивать наручниками! Они здесь неуместны, потому что вы поймали не малолетних преступников, а юных Ромео и Джульетту! У ребят возникли проблемы с родителями, парень в знак протеста бежал из дома, но подвернул ногу и вынужден был укрыться там, куда смог дойти. Потом, оказавшись в тупике, позвонил мне, попросил о помощи, и я пригласил сюда его родителей, а также родителей этой девочки. Пусть они поговорят здесь по-семейному и всё уладят.

В это время как раз появились запыхавшиеся Рита и Шику, Феликс представил их комиссару и предложил всем посторонним выйти из комнаты. Теперь ему оставалось только уладить дела с репортёрами, что он и сделал, обратившись к ним с назидательной речью:

— Я надеюсь, вы не станете выставлять напоказ семейную драму и печатать в бульварной хронике историю двух молодых людей. Не забывайте, что эти ребята несовершеннолетние, и вы не имеете право публиковать фотографии без разрешения опекунов. Полагаю, неприятности вам ни к чему, поэтому забудьте, что вы здесь были, и расходитесь по домам.

Репортёры и полицейские ушли, Роза горячо поблагодарила Феликса, а родители Фреда и Луизы успели за это короткое время разругаться в пух и прах. Этот враждебный тон, как ни странно, задала «семейному совету» Рита, высказав, свою обиду Амаполе: