Пустая болтовня (ЛП) - Совуд Симона - Страница 24

Понизив голос, он говорит:

— Поговори со мной.

Глава 23

НОКС

— Твое тело нереально, ты должен быть на страницах «Плейгерл», — говорит Эйвери, ее голос почему-то еще более хриплый и знойный, чем обычно. Она делает паузу и продолжает: — Ты был прав, ты действительно знаешь, что делаешь.

— Перестань так сильно стараться.

Не знаю, что хочу от нее услышать, но мне не нужна притворная лесть. Я просто хочу слышать ее голос.

Эйвери тяжело сглатывает, и я двигаюсь в ней немного быстрее. Мой член никогда еще не был так счастлив. Гораздо лучше иметь возможность не торопиться, чем нагибать безымянную женщину над моей машиной для быстрого траха.

— А я и не собиралась, — шепчет она.

— Я думал, ты меня признаешь не годным, — поддразниваю я, прижимаясь щекой чуть сильнее к ее щеке.

— Я совершенно определенно признаю, что ты просто вау. Ты просто какая-то мечта.

— Лучше, чем ты себе представляла, когда думала обо мне, прикасаясь к себе?

— Черт возьми, да.

— Да, то же самое могу сказать и о себе.

Она сдвигает немного бедра, принимая меня глубже. Эйвери замолкает, но я продолжаю толкаться, и каждый раз она стонет мне в ухо. Мои яйца превратились в чертово покалывающее месиво, и я не знаю, сколько еще смогу себе отказывать. Но мне нужно заставить ее кончить снова.

— На этот раз, когда ты закричишь, выкрикни мое имя, — говорю я твердо.

Эйвери обхватывает меня ногами, меняя угол проникновения. Ее руки на моих плечах, а ногти все глубже и сильнее впиваются в мою кожу. Я продолжаю толкаться в нее, прижимаясь щекой к ее щеке.

Все ее тело напрягается подо мной, ноги и руки сжимаются вокруг меня изо всех сил. Она близко, и я вбиваюсь в нее, потираясь о ее клитор, когда двигаюсь.

— О, черт, Нокс. Нокс! — кричит она мне в ухо, когда ее пальцы царапают мою спину.

О боги, ее голос зовущий меня по имени.

Издав неосмысленный звук, когда дрожь пробегает по моей спине, я наполняю презерватив спермой.

Мои легкие горят, и я тяжело дышу через рот, чтобы наполнить их снова кислородом. Эйвери расслабляет свои конечности и раскидывает их в стороны, лежа теперь в позе звезды.

Я пока не хочу от нее уходить. Я приподнимаюсь над ней на локтях и касаюсь губами ее губ.

Несколько мгновений мы оба молчим. Когда мое сердцебиение успокаивается, я смотрю на нее. Эйвери смотрит на меня, кусая нижнюю губу.

— Что такое? — спрашиваю я.

— Ничего.

— Это не похоже на «ничего».

— Я просто очень рада, что тебе пришла в голову эта идея, — говорит она.

— Ну, не знаю. Думаю, что у меня теперь будет гораздо меньше работы, так как я буду очень часто зависать здесь.

Она со смехом запрокидывает голову назад, и я прижимаюсь губами к ее обнаженной шее. Не в силах ничего с собой поделать, я целую ее в местечко, где шея соединяется с плечом, и с силой втягиваю кожу в рот. Обычно я не оставляю свой след, но Эйвери он нужен.

Моя новая игрушка для траха.

— Прекрати. Ты плохой, — говорит она, но ничего не делает, чтобы остановить меня.

Я двигаюсь губами вверх по ее шее и делаю еще один засос. На этой неделе на своих видео ее внешний вид дополнится шарфиками, и все из-за меня. Я ставлю ей еще два, не веря, что она мне это позволяет.

Удовлетворенный, я снимаю презерватив, кладу его на прикроватный столик и ложусь рядом с Эйвери. Кровать прогибается под нашим весом, заставляя нас крепко прижиматься друг к другу.

— Может быть, завтра мы снова возьмем Дарлу в няньки? — спрашивает она.

Но я не отвечаю. Часть меня переполняет чувство вины за то, что мы делаем. Врать Пайпер, чтобы я пришел трахнуть соседку, наверное, не самое лучшее воспитание в мире.

С другой стороны, у мужчины есть свои потребности, и я, вероятно, смогу стать лучшим отцом, если не буду постоянно страдать от синих шаров. Я мог бы нанять ей няню, пока сам развлекался бы с цыпочками после езды на своем классическом автомобиле, но после встречи с Эйвери и просмотра ее видео это потеряло для меня всякую привлекательность.

Мне пришлось бы представлять, что любая женщина, склонившаяся над моей машиной, была Эйвери. И я не настолько жалок.

Но мы должны быть осторожны. Пайпер никогда не должна узнать о нашей договоренности.

— Слишком рискованно, — говорю я, как бы мне этого ни хотелось.

— Хочешь сказать, что нам придется подождать до понедельника? — говорит она, блуждая глазами по моему лицу.

Я смеюсь, накрываю ладонью ее щеку и говорю:

— Вечер только начался.

— Да, тебе не обязательно возвращаться домой по крайней мере до полуночи. Дарле будет все равно.

— Ага.

Я расслабленно откидываюсь на кровать, смещение моего веса приближает Эйвери еще ближе ко мне, и наши тела переплетаются. Она положила голову мне на плечо, и мы отдыхаем. Ее соски затвердели, и я бездумно кружу по ним большим пальцем.

Хорошо. Комфортно. Типа того, как ужинать, потом тусоваться с ней. Хотя мне гораздо легче находиться рядом с Эйвери, когда я могу прикасаться к ней по своему желанию.

Моя спина начинает болеть от этой дерьмовой перины.

— Эта кровать — дерьмо, — говорю я, садясь.

— Я же говорила тебе идти в другую комнату.

— Оно того стоило, — говорю я, вставая с кровати.

— Что ты там делаешь? — говорит она с тревогой в голосе.

— Просто смотрю.

Я подхожу к задней стене, той, которую никогда не видно в ее видео. На полках полно товаров, связанных с сексом. Я не обращаю на них внимания, они мне ни к чему. Я хочу рассмотреть вешалку с нижним бельем.

Стеллаж вклинивается между полками и осветительной аппаратурой. Когда я подхожу ближе, что-то на полке привлекает мое внимание. Использованные корешки билетов на концерт. Я беру их в руки, мне любопытно узнать, где она побывала.

На мгновение я опешил. Они с концерта моей любимой группы «Red Hot Chili Peppers». Я хотел пойти, Маркус купил нам билеты, но я не смог найти хорошую няню для Пайпер и мне пришлось пропустить его.

А Эйвери должно быть побывала там.

— Это с их прошлогоднего концерта. Это было потрясающее шоу, но будем откровенны — Чилис потрясная группа, — говорит она.

— Согласен, — говорю я и кладу билеты обратно на полку.

Я перевожу свое внимание на вешалку для одежды. На ней все виды нижнего белья. Развратные, сексуальные и милые штучки. Я хочу, чтобы она надела их для меня. Она могла бы устроить для меня показ мод прямо здесь.

Я не спрашиваю, зачем ей все это нужно, потому что уже знаю ответ, и не хочу, чтобы она знала, что я знаю.

— Ты должна надеть это для меня в следующий раз, — говорю я, поднимая плечики с синим атласным корсетом. На нем нет чашечек, поэтому я мог бы наблюдать, как ее сиськи подпрыгивают и покачиваются, пока бы она меня объезжала. К тому же он синий, этот цвет ей идет лучше всего. — Да, определенно надень это.

Я продолжаю рыться, ища другие вещи, которые я хочу, чтобы она для меня одевала. Рядом со мной, появляется Эйвери. Она лезет в коробку на полке и что-то достает оттуда.

— Только если ты наденешь вот это, — говорит она, поднимая желтую вещицу.

— А что это такое?

Эйвери растягивает его между пальцами, и очертания жирафа становятся четкими.

— Мужские облегающие трусы. Ты вставляешь свой член вот сюда, и когда он становится твердым, шея жирафа устремляется ввысь, — говорит она, стараясь не рассмеяться.

— Ни хрена себе, даже не надейся, — говорю я, смеясь.

Она прыскает со смеху, а я поворачиваюсь к ней, притягивая ее к себе, и мы смеемся уже на пару.

Глава 24

ЭЙВЕРИ

Меня пугает, что Нокс сидит в моей фальшивой спальне, разглядывает мои сумасшедшие полки и стеллажи с бельем, которое компании присылают мне для обзоров. Одному Богу известно, что творится у него в голове. Должно быть, он считает меня чудачкой, но, по крайней мере, он не задает лишних вопросов.