Пустая болтовня (ЛП) - Совуд Симона - Страница 26

Мое сердце колотится о грудную клетку, когда я врываюсь в нее. Черт, надеюсь, у нее не будет синяков на коленях. Во всяком случае, она не жалуется.

Эйвери тянется рукой назад и берет меня за яйца. Они безумно покалывают, когда она их касается, перекатывая их в ладони. Чтоб меня. Чтоб ее. Охренительные ощущения.

Я продолжаю вколачиваться в нее, заставляя ее издавать все больше и больше стонов. От их звука у меня по спине бегут мурашки. Как бы сильно мне ни нравилось врезаться в нее сзади, мне нужно, чтобы она еще раз назвала меня по имени.

Я перестаю двигаться, наклоняюсь к ней всем телом и говорю:

— Переходим на кровать.

— Давай на другую, там матрас намного лучше. На этой слишком отстойно, — говорит она хриплым, но умоляющим голосом.

Как бы ни было весело трахать ее в этой комнате, эта перина — полное дерьмо.

— Отлично, — говорю я.

Эйвери пытается отползти от меня, но я усиливаю хватку и снова вонзаюсь в нее. И еще раз. Я еще не закончил.

Я провожу рукой по самой мясистой части ее задницы, намечая цель, и шлепаю ее.

— Ах, — стонет она.

— Тебе понравилось? — спрашиваю я.

Она ничего не говорит, но издает еще один стон, который идет прямиком к моему члену.

Ее киска сжимается вокруг моего члена, когда она вздрагивает, после того, как моя рука касается ее округлой ягодицы. На этот раз я поднимаю руку выше и шлепаю ее по заднице сильнее.

Спина Эйвери сильно выгибается от шлепка, ее киска тисками сжимает мой член. Ее ягодица покраснела от моих манипуляций, и я меняю руки, чтобы жестоко отшлепать другую ягодицу. Я шлепаю ее раз, другой, улыбаясь, когда он начинает становиться розовой.

Мои яйца начинают подтягиваться, и покалывание приближается к своему максимуму. Без предупреждения, я выхожу из нее, встаю и поднимаю ее на ноги. Я разворачиваю ее и прижимаю к себе, как это было во время танца.

Танец, который казался таким правильным. Я не танцевал с тех пор, как родилась Пайпер. Возможно, танец с Эйвери стоил того, чтобы подождать.

Указательным пальцем я приподнимаю ее подбородок и прижимаюсь к ней губами. Мои яйца все еще покалывают как сумасшедшие, и мне нужно, чтобы они успокоились, но поцелуй не помогает. Во всяком случае, они покалывают сильнее, и я практически на грани оргазма.

Я прерываю поцелуй и делаю шаг назад. Это невозможно удержать мои глаза от созерцания ее обнаженного тела. Обнаженная полностью, не прикрытая ничем, даже теми волосами, что я сбрил. Теперь ее покрывают только мои засосы.

Эйвери поднимает руку и проводит пальцами по моей груди. Я закрываю глаза, когда ее рука приближается к моему члену, но она не прикасается к нему. Вместо этого ее пальцы снова двигаются вверх, обводя линии моего пресса и груди.

Добравшись до моей шеи, она проводит по моему плечу и вниз по руке, на этот раз слегка сжимая мои мышцы.

Она тяжело сглатывает, когда ее рука касается моей. Я переплетаю наши пальцы, и на моем лице появляется улыбка. Эйвери смотрит на меня, ее полные губы полуоткрыты, а взгляд томный.

Это уже слишком.

Все еще держа ее за руку, я веду ее в другую спальню. В отличие от той, что была на ее видео, эта выглядит точно так же, как и в то время, когда миссис Купланд жила здесь, но с другой мебелью. Шкаф открыт, одежда свалена в кучу на комоде и на краю неубранной кровати.

— О, черт, упс. Я забыла убраться, — говорит Эйвери, бросаясь вперед меня, сгребает одежду с кровати в охапку и бросает ее в кучу на комоде.

Разве она не ждала меня сегодня вечером? И где же, по ее мнению, мы должны были?..

— Иди сюда, — говорю я и, обняв ее, укладываю нас на кровать.

Матрас твердый, и мы не проваливаемся в него. Идеально.

Эйвери ложится на спину, а я устраиваюсь между ее ног. Я направляю член в ее киску, ее стеночки плотно сжимаются вокруг меня, когда я вхожу в нее.

Наши губы встречаются, и мы целуемся, когда я начинаю двигаться. Она прерывает поцелуй, чтобы глотнуть воздуха, ее грудь колышется от моих выпадов.

— Не забудь мое имя, — тихо говорю я ей на ухо.

— Как я могу забыть твое имя, Нокс?

Ее голос, ее слова. Мое имя слетевшее с ее губ. Мне нужно больше. Я даже не могу думать об этом прямо сейчас.

— Скажи его, — рычу я и вжимаюсь в нее с еще большей силой.

— Господи, Нокс, это безумие! О Боже, О Боже! Нокс.

Каждое произнесенное слово громче предыдущего, от чего мои яйца все больше и больше подтягиваются.

— Нокс, — кричит она так громко, что у меня звенит в ушах, и я теряю контроль.

Мой член выстреливает в презерватив, от мощного оргазма мое тело сотрясает дрожь, от которой у меня подгибаются колени.

Эйвери вскрикивает, впивается в меня ногтями и извивается подо мной. Клянусь, я готов снова наполнить презерватив при виде ее кульминации.

Несколько минут мы молчим, переводя дыхание. Я еще не готов уходить.

Я скатываюсь с нее и ложусь на спину рядом с Эйвери. Сняв презерватив, я положил его на еще одну из ее прикроватных тумбочек.

— Который час? — спрашивает она.

— Полночь, — говорю я, глядя на ее будильник.

— Тебе ведь еще не пора уходить. Правда? — спрашивает Эйвери, хватая меня за руки.

— Пока нет, — отвечаю я, перекатываясь на бок.

Эйвери стягивает одеяло с края своей не застеленной кровати и накрывает нас им. Она перекатывается на бок, повернувшись спиной, и прижимается ко мне всем телом.

Я обнимаю ее и притягиваю ее еще ближе к себе.

Это единственный раз, когда у меня есть шанс заснуть с Эйвери в моих объятиях, или с любой другой женщиной в моих объятиях. Это одна из жертв, на которые я пошел ради Пайпер. Трахать их — да. Держать в объятиях — нет. Никаких отношений, никаких женщин в моей постели. С тех пор, как мне исполнилось двадцать два.

Будь это в среду меня бы здесь уже не было. Но после того, как мы вчера весь день тусовались с Эйвери, да и сегодня тоже, я не знаю. Я не могу заставить себя уйти.

— Это было здорово, — говорит Эйвери.

— Очень здорово.

Мое тело отяжелело, и я закрываю глаза.

***

Дерьмо. Будильник показывает, что сейчас четыре утра, а я планировал отдохнуть минут десять. Может быть, пятнадцать. Но только не полночи.

— Мне нужно идти, — шепчу я на ухо Эйвери, не желая ее будить.

— Нееет, — стонет она.

— У меня нет выбора.

Я целую ее волосы, в последний раз провожу рукой по ее бритой киске и выбираюсь из постели так плавно, как только могу. Найдя свою одежду в другой спальне, я одеваюсь и ухожу.

Не издав ни звука, я открываю дверь и прокрадываюсь в свой дом. Дарла подпрыгивает на диване.

— Срань господня, да вы просто машины, — говорит Дарла.

— С Пайпер все в порядке?

— Да, она отличный ребенок. Нам было очень весело. В любой момент, когда вы двое захотите еще раз устроить фестиваль секса, просто дайте мне знать. Я с радостью приду потусоваться с Пайпер и дам вам двоим весело провести время.

Я ворчу, желая, чтобы она ушла, пока не испортила мне хорошее настроение.

— Тебе не нужно беспокоиться о том, как долго я здесь пробуду, у меня есть айпад. Я просто трахнула своего мальчика-игрушку, вот и все. Бедняжка, ему будет очень трудно очистить клавиатуру. Вся эта сперма под кнопками и все такое.

Да в чем, черт возьми, ее проблема? Я молча смотрю на нее.

— В любом случае, мистер, вам лучше позаботиться о потребностях Эйвери, а не только о своих собственных.

Потрясенный, уставший, я по-звериному скалюсь на нее.

— Я иду спать, — говорю я и поднимаюсь по лестнице.

Глава 26

ЭЙВЕРИ

Я просыпаюсь в семь, полная сил и энергии. Несмотря на всю физическую активность прошлой ночью, я уже несколько месяцев не чувствовала себя настолько хорошо.

Благодаря Ноксу, я переполнена идеями для моих влогов. Идеями о том, о чем никогда раньше я даже подумать не могла. Или о том, что Натан никогда бы не сделал. Например, как я сидела на лице у Нокса, порка, бритье. Да чтоб меня, но Нокс хорош.