Ненавидеть или полюбить? (СИ) - Владимирова-Бойко Марина - Страница 35

— К сожалению, мне не доводилось встречать такую женщину. Возможно, если бы вы показали мне фото. Но по описанию, вроде не встречала.

— Она курит. Она попросила у меня зажигалку.

— Вы знаете, а вы еще раз съездите на то самое место. Вот знаете, съездите тогда, когда на самом деле вам будет очень плохо, и вы обязательно ее встретите.

— Почему, вы Рита, так в этом уверенны? — мне показался ответ ее очень странным. Она говорила загадками.

— Есть такая примета. Ой, а вас кажется, дети с мужем зовут.

Я обвернулась и увидела, как Марк и Соня махают мне. Игнат взял детей за руки и ждал меня. За разговором, я совершенно не заметила, как далеко отъехала.

— Извините, Рита, мне пора. Я была рада с вами пообщаться.

— Всего доброго! Рада была вам помочь.

Я попрощалась с ней и поняла, что ничего она мне не помогла. Сказала какую-то ерунду, в которую мне на самом деле не верилось вообще.

Пробыли на катке мы до самого вечера, пока полностью не выбились из сил. Хорошо, что на территории катка куча всяких кафешек и мы, набрав всякого фастфуда, поехали домой. Марк заснул по дороге. А Соня так сегодня накаталась, натанцевалась, что просто сидела и смотрела в окно.

По всей видимости, сил на разговоры у нее не осталось. Мы тоже с Игнатом не разговаривали. Хотя я видела боковым зрением, как часто он бросает взгляд на меня. Особенно, когда мы останавливались на светофорах, он то и дело поворачивался в мою сторону и смотрел на меня. Я делала вид, что этого не замечаю. Но когда мы уже подъехали к дому, нервы у меня сдали:

— Что ты так смотришь? Глаза сломаешь.

— Не сломаю, — он усмехнулся. Показались ямочки в уголках его губ.

— Зря ты такой самоуверенный.

— Почему зря?

— Знаешь, веди машину молча.

— Я просто хотел спросить, понравилась ли тебе наша прогулка? Мы можем повторить если что. К примеру, завтра поехать в цирк или в ледовый городок еще можно съездить.

— Детям понравилась. А я не хочу с тобой никуда ездить, — отвечала я ему грубо и смотрела совершенно в противоположную сторону.

— Зря ты, так себя грубо ведешь. Я хотел договориться с тобой мирно.

— О чем ты хотел со мной договориться?

— Да так, не о чем.

— Сначала заинтриговал, а затем в кусты…

Наш разговор явно не клеился. Я не понимала, что он от меня хотел, возможно, сильно устала. Все же день у меня оказался насыщенным. На его слова я так и не обратила никакого внимания, а утром меня ждал очередной сюрприз.

Глава 23

На следующее утро Игнат явился с молодой особой. Длинноногая блондинка, одетая в откровенную белую блузу и короткую черную, кожаную юбку. Настолько короткую, что было видно ее кружевные черные чулки. Я просто обалдела, когда вышла из своей комнаты сонная и потрепанная в теплом махровом халате и увидела, как Игнат помогает снять ей легкое пальтишко, предназначенное, совершенно не для зимы, а для поездок на машинах. Самое главное, чтобы дети этого не увидели. На проститутку она конечно не совсем похожа, но чем-то смахивает. Вот эти силиконовые губы, наращенные ресницы, волосы, а возможно и попа. Мягко говоря — попа. При виде этой особы у меня сразу возникла одна единственная мысль, зачем Игнат ее сюда привез? В моей голове крутился, всего один ответ: ему нужна баба. Не может же такой самец, постоянно на сухом пайке. Ну и вез бы ее в гостиницу. Должен адекватно оценивать ситуацию. Нет, здесь что-то другое…

— Здравствуйте! — сказала, она своим писклявым голоском и поправила свои хорошо нарощенные волосы.

— Здравствуй! — ответила я ей и поставила руки в боки. В этом теплом халате я, скорее всего, выглядела, как панда, которая только что вывалилась из своей берлоги. Нужно скорее ее выпроваживать. Не нужно, чтобы мои дети видели эту силиконовую куклу.

— Дорогой мой муженек. А ты разве не забыл, что тебе нужно детей в садик отвезти? Да, да и мне, своей законной супруге, ты обещал, что завтра мы всей нашей дружной семьей поедем в цирк?

— По-моему цирк устраиваешь ты прямо здесь и сейчас, — сказал Игнат мне, когда незнакомка сняла свои дорогие лабутены и прошла в направлении его комнаты. Она совершенно не обратила внимания на мои слова, как будто ей было совершенно все равно.

Так значит, она еще и знает куда идти, значит, она тут не впервые. Вот поддонок! Вот сволочь. У меня просто нет слов. Увидев мой задумчивый взгляд, Игнат добавил:

— Ты не о том подумала. Это моя сотрудница по работе.

— Да кому ты тут заливаешь, а? Сотрудница…Знаем мы таких сотрудниц. А должность у нее случайно не стриптизерша? А может буфетчица-мин…, - он не дал мне договорить и резко перебил меня:

— Замолчи! Не позволю так тебе говорить! Я что-то не понял, ты ревнуешь?

— Я? К кому к тебе? Ты совсем что ли! Просто я не хочу, чтобы ты водил сюда всяких баб, — сказала я это едва слышно, так как боялась, что дети могут проснуться раньше положенного времени.

— По-твоему красивая женщина сразу распутная женщина?

— Кто? Она красивая? Она же ходячий силикон!

— Не твое собачье дело. — Больше мне он ничего не ответил. А тоже сняв верхнюю одежду, прошел за своей пассией.

Я никак не могла поверить, что это его сотрудница по работе. Не совсем я дура. Я стала метаться по комнате. Что же делать, что делать… Нужно это срочно присечь. В данный момент разум мой почему-то отключился, и мною управляло, лишь чувство злости и обиды.

Пройдя на кухню, я увидела оцинкованное ведро. В этом самом ведре сотрудник ЖЭКа приносил мне землю для рассады цветов. Требовалось мне земли много, так как пальма, растущая у нас на лоджии, вымахала так быстро, что ее срочно нужно было пересаживать в большой цветочный горшок. А этот самый сотрудник, в ядовито-оранжевой жилетке, утверждал, что он накопал отличного чернозема. Нет, на самом деле земля оказалась нормальной, пальма, как росла, так и растет, но вот ведро я так ему и не отдала. Оно так и продолжало стоять у окна. Я мигом схватила это ведро, которое никак не гармонировало с моей современной кухней. После чего я побежала в кладовую, я знала, там лежит канатная веревка. Я налила в ведро воды, привязала один конец веревки к ручке ведра и направилась в прихожую. То, что я задумала, мне понравилось, хотя, то, что я делала — не совсем правильно и разумно. Я собралась привязать ведро с водой таким образом, что когда будет Игнат открывать дверь со своей силиконовой пассией, оно упадет на них. Желательно на Игната. Он уже один раз искупался под холодной водичкой, так я ему напомню. Так сказать, освежу его память.

Я спешила совершить свой план. Хотя я действовала и быстро, но старалась не шуметь, все же дети еще спали. Будет знать, как водить сюда своих баб. Мало, что я его терплю, а он еще себе такое позволяет. Совсем уже совесть потерял! И пусть мне потом что-то еще и скажет.

Подставив табуретку, я кое-как установила полное ведро с водой на слегка приоткрытую дверь и привязала его к турникету, который был расположен чуть выше. Все равно, чтобы пройти им в прихожую, нужно открыть дверь и тогда ведро упадет и польется вода. Из этой двери мог выйти только Игнат, так как комнаты детей и моя комната, находились по ту сторону квартиры. Грубо говоря, дверь, на которой я еле-еле установила ведро, разделяло квартиру на правое и левое крыло. Левое крыло у Игната, правое у нас.

Я продолжала стоять на скамейке и устанавливать ведро с водой так, чтобы оно упало в нужный момент. Я не знала, где я этому научилась, и как получилось так, что эта мысль пришла мне в голову. Я просто хотела отомстить. Я просто хочу, чтобы Игнат понял, что хозяйка здесь я. На самом деле, мне не понравилось, что он привел сюда женщину. Если она является его сотрудницей, пусть в едет ее в кафе, разговаривает на работе, да где угодно, только не здесь. Мой муж Толик никогда не позволял себе водить в дом своих знакомых, друзей или просто сотрудников по работе. Я старалась поступать точно также. Дом — это моя крепость и в эту крепость я приглашала лишь самых близких. И я призадумалась. Гости в нашем доме, действительно, очень большая редкость. Даже когда Лара настаивала прийти к нам в гости, я противилась. И когда Соня просила устроить на ее день рождение праздник, пригласить одноклассников, к нам домой, я отказалась и перенесла его в детское кафе. Иногда я разрешаю, чтобы к Соне приходила ее подружка Настя, но и то, это лишь по той причине, чтобы она лишний раз сидела дома, особенно в холодную погоду. Оказывается, я такая противница, чтобы у меня дома, в моей квартире, на моей территории, кто-то был. Только я и мои дети, но и еще и Толик. Теперь я понимаю, почему я веду такую активную борьбу с Игнатом. Я никак не могу примириться, что он так нахально вторгся на мою территорию. На ту самую территорию, где я годами, создавала уют, берегла очаг и все такое. Еще и позволяет водить сюда баб.