Подарок богов (СИ) - Лебедева Ольга - Страница 13

У Лариники на этот счёт имелось своё мнение. Может быть, Ватаур и не помнил, что у неё есть семья, зато она об этом не забывала никогда.

— Мне нужно несколько дней на то, чтобы попрощаться с роднёй: успокоить мать, выслушать наставления отца, переговорить с братьями и сёстрами, — заявила она твёрдо.

Ватаур успел хорошо изучить свою подопечную, а потому знал, что в такие минуты спорить с ней бесполезно. К тому же, несколько дней отсрочки не имели для них существенного значения. Главное он решил отвести Ларинику туда, где смогут помочь развиться её дару, а неделей раньше, неделей позже уже не важно.

Лариника, поняв, что наставник и не думает возражать, мигом утратила боевой настрой и коротко посетовала:

— Вот только не знаю, как быть с Вилланой. Боюсь, малышка не готова к расставанию со мной.

— Вы с Вилланой ровесницы. Ты не забыла? — не удержался от колкости Ватаур. Он никогда не понимал той странной заботы, которую Лариника проявляла к сестре. А больше всего его раздражала готовность представительницы расы хасуров жертвовать своими интересами в угоду человеческому ребёнку. Он и сам часто помогал людям, причём бескорыстно, но всему имелся предел. К его глубочайшему сожалению, Лариника так и не научилась видеть ту черту, переступать которую не стоило ни при каких обстоятельствах. Это могло принести ей немалые проблемы в жизни.

По-разному отнеслись родные Лариники к её отъезду.

Как и ожидалось, известие о нём сильнее всего потрясло Виллану. Её тщательно продуманный план неожиданно дал трещину. Она плохо представляла себе, как будет жить без Лариники и потому вместо истерики впала в задумчивость, чем буквально потрясла всю семью. Такое поведение было ей не свойственно и это настораживало, заставляя ожидать худшего.

К счастью, ничего страшного не случилось. Девочке пришлось заново переосмысливать свою жизнь, а заодно постараться примириться с будущим, в котором не будет Лариники. На это ей потребовалось ровно два дня. А после она предстала перед родителями серьёзная и повзрослевшая. Единственное, что в ней осталось прежним, так это эгоизм. Виллана переживала исключительно за себя, а о том, что станет с Лариникой в чужих краях, она даже не думала, уверенная в том, что сестре хватит сил противостоять любым невзгодам. К тому же с ней будет Ватаур, а значит, и волноваться не о чем.

Аскила тихо вздыхала, собирая приёмную дочь в дорогу. На душе у неё было тяжело. Доброй женщине всё казалось, что она не додала бедняжке любви и тепла. Она корила себя за то, что согласилась отдать Ларинику Ватауру, представляла, как будет маяться сиротка на чужбине и не могла сдержать слёз.

Валх, в отличие от жены, переживал молча. Только хмурился сильнее обычного и неодобрительно качал головой.

А вот с братьями Лариника попрощалась неожиданно легко. Молодые здоровые парни восприняли её отъезд с невиданным энтузиазмом и даже толикой зависти. Складывалось впечатление, что они и сами не прочь попутешествовать по миру и только ответственность перед родителями удерживает их на месте.

Пришла и Илати в сопровождении мужа. К слову, замужество пошло ей на пользу. Перед Лариникой стояла уверенная в себе молодая женщина, счастливая, а потому красивая какой-то особенной красотой. Тимат осторожно придерживал жену за талию, а Илати неосознанно прикрывала ладошкой живот. Без слов было ясно, что молодая семья ожидает первенца.

— Позволишь? — Лариника приблизилась к старшей сестре и протянула к ней руку.

Илати сперва отшатнулась, но после взяла себя в руки и согласно кивнула. Видно вспомнила, кто являлся наставником Лариники последние шесть лет.

Однажды Ватаур при свидетелях заметил, что ученица давно превзошла своего учителя и была бы она парнем, то могла бы стать превосходным целителем. Его слова быстро разнеслись по деревне, не обойдя Илати стороной.

Лариника уверенно провела ладонью по животу сестры, ощутила частое биение двух сердечек — на диво сильное и уверенное. Сразу определила, что это мальчики. Девочки ощущались иначе. Не удержалась и влила в малышей силу, хоть в этом не было особой необходимости — дети развивались нормально. Перебарщивать не стала, каждому досталось не больше капли, но и этого хватит на то, чтобы малыши росли крепкими и здоровыми, родителям на радость.

Илати вздрогнула, ощутив разливающееся по телу тепло. На её хорошеньком личике отразилось удивление

— Уже решила, как деток назовёшь? — спросила Лариника с намёком.

Так уж в их деревне повелось, что дочерей нарекал отец, а имя мальчикам выбирала мать.

Илати ахнула и глянула на мужа, желая убедиться, что и до него дошла счастливая весть. В глазах Тимата было столько любви, что другая бы позавидовала. Но Лариника лишь искренне порадовалась за сестру.

Тем временем за воротами стал собираться народ. Толпа недовольно гудела. Люди не теряли надежды уговорить Ватаура остаться. В их понимании он поступал очень глупо. Кто же в здравом уме станет срываться с насиженного места? Как известно, от добра добра не ищут. Разве плохо жилось целителю в их деревне? Непонимание нарастало.

Успокоить толпу могло лишь обещание вернуться и Ватаур, не раздумывая, его дал. В конце концов, обещание это не клятва. К счастью, люди не видели разницы между этими понятиями и удовлетворились ничего не значащими словами.

Совесть Ватаура при этом не мучила. Он считал, что и так сделал для этой деревни слишком много, даже вырастил преемницу, хоть это и вышло случайно. Просто Виллана не отлипала от сестры и присутствовала на всех их занятиях. Она то в скором времени и должна была занять его место, причём добровольно и с большой охотой.

К слову, себялюбивая Виллана неспроста загорелась идеей стать великой целительницей. Причиной тому стали почёт и уважение, выказываемые Ватауру жителями деревни. И надо отдать ей должное, к занятиям по травоведению девочка относилась серьёзно. Пусть в ней не было ни капли свойственной хасурам силы, но травы она изучила на совесть и наверняка сможет в будущем использовать их целебную силу на благо себе и людям.

Итак, прощальные слова были сказаны, проблемы решены, задерживаться дольше не имело смысла. Лариника в последний раз обняла родителей, подмигнула братьям, послала виноватую улыбку Виллане и помахала рукой Илати и её мужу. А затем шагнула в марево портала, открытого Ватауром при помощи невзрачного амулета, назначение которого Лариника поняла только сейчас. А в следующее мгновение она оказалась в другом месте. Да так и застыла с открытым ртом. Неверие, потрясение, восторг — все чувства смешались в ней воедино, не давая опомниться и перевести дух.

В своих мечтах Лариника представляла себе замок Аливасар совсем иначе. Разве могла она подумать, что за этим коротким словом скрывается целый город? Дрожащее перламутровое марево бескрайним куполом укрывало белокаменные дворцы с золочёными шпилями башен, увитыми зеленью террасами и многоцветием роскошных лужаек, по которым прогуливались люди в нарядных одеждах.

«Нет, не люди, это хасуры», — поправила себя Лариника.

За редким исключением, людям не было хода в Аливасар. Немногие счастливчики могли похвастаться тем, что побывали в городе хасуров. Ватаур относился спокойно к такому положению дел и даже считал его верным, а вот Ларинику заранее тошнило от подобной дискриминации. Даже лучшие представители расы хасуров, к коим она относила своего наставника, не были лишены снобизма. К счастью, у Ватаура он проявлялся довольно редко и не столь явно, как у тех, кто никогда не жил среди людей и считал их не намного разумнее животных.

Лариника растерянно оглянулась на Ватаура, стоящего за её спиной. Мужчина выступил вперёд, бросив на неё предостерегающий взгляд. Она сразу потупилась и приняла безучастный вид.

Ватаур довольно хмыкнул и потянул её за собой. Он не виделся с матерью долгих двенадцать лет и теперь мечтал лишь об одном — поскорее очутиться на пороге родного дома.