Подарок богов (СИ) - Лебедева Ольга - Страница 46

Надо сказать, Алария, единственная из всей семьи, получала от всей этой суматохи несказанное удовольствие. Она разослала приглашения за неделю до предполагаемого приёма и всё это время хранила загадочное молчание, тем самым накаляя атмосферу в городе до предела. Даже её приятельницам не удавалось её разговорить. Хотя попытки сделать это, предприимались неоднократно.

Имя жениха также держалось в тайне вплоть до последнего момента. Об этом родных попросила сама Лариника. Алария ожидаемо сочла её просьбу милой и до ужаса романтичной. Лариника не стала разубеждать бабушку в собственном бескорыстии. Она считала, что слишком жестоко лишать женщину иллюзий, особенно в отношении тех, кто ей дорог.

Себе же девушка лгать не стала и честно призналась, что действовала скорее из эгоистических побуждений, нежели из желания оградить жениха от нездорового интереса окружающих. Всё дело в том, что Лариника боялась лишиться общества Виларда, к которому успела привыкнуть. А навязчивое внимание со стороны жителей Аливасара могло вынудить его перебраться на время в деревню.

Вопреки её опасениям, мужчина также не пытался избегать с ней встреч. Напротив, старался чаще её навещать. Подозрительно много интересовался её детством и приёмной семьёй. Складывалось впечатление, что он задался целью, выяснить о ней как можно больше. Зачем Вилард это делал, пока оставалось неясным. Вернее, была у Лариники одна догадка, поверить в которую она никак не решалась. Да и как тут поверить, если за всё это время так называемый жених ни словом не обмолвился ей о своих чувствах.

Девушка утешала себя тем, что у него на это были свои основания. Дело в том, что всю неделю они не имели возможности остаться наедине и поговорить откровенно. Алария совершенно неожиданно приставила к ним соглядательницу в лице престарелой родственницы, напрочь игнорируя тот факт, что Лариника с Вилардом провели вместе не одну ночь, а потому все её попытки соблюсти приличия выглядят, по меньшей мере, нелепо. Однако никакие доводы не действовали на женщину, вознамерившуюся всё сделать по правилам. Приходилось терпеливо выносить все её заскоки и молиться о том, чтобы не стало ещё хуже.

Неделя пролетела, как один день. Перед самым приёмом Лариника, до того старавшаяся держать себя в руках, вдруг разволновалась, да так сильно, что начала искрить, причём в прямом смысле этого слова. На её волосах и коже вспыхнули голубоватые искры. Сперва это показалось ей красивым. Но, увидев своё отражение в зеркале, девушка ощутила себя трансформаторной будкой. Не хватало только таблички с черепом и знакомого по прошлой жизни предупреждения: «Не влезай, убьёт».

Лариника даже не сомневалась в том, что сейчас она опасна не меньше, чем высоковольтная линия передач.

Подтверждение её мыслям не заставило себя ждать. Стоило девушке пошевелить рукой, и в то же мгновенье с кончиков её пальцев сорвались небольшие молнии, угодившие прямо в паркет, отчего тот украсился подпалинами. В воздухе поплыл едкий запах гари. А стихийница запаниковала ещё больше.

Ей вдруг представилось, что станет с тем, кто решится войти в её комнату прямо сейчас. А ведь это, скорее всего, будет Алария. Её немного взбалмошная, но горячо любимая и любящая бабушка. Эта женщина не заслужила участи быть сожженной заживо собственной внучкой. Такого никто не заслуживал. А значит, нужно немедленно это прекратить.

Лариника мысленно застонала и попыталась вспомнить всё, чему её учили. Но чем больше она старалась, тем хуже у неё выходило. В конце концов, помогло осознание того, что она может, пусть и невольно, стать убийцей. Именно оно отрезвило и позволило взять над стихией контроль.

Её ещё немного потряхивало от пережитого, когда дверь отворилась и в комнату впорхнула улыбающаяся Алария. Окинув взглядом внучку, женщина просияла:

— Ты такая красивая, дорогая. Просто удивительно, как до сих пор этого никто не заметил. Уже завтра у наших дверей выстроится очередь из желающих просить твоей руки.

— У меня уже есть жених, бабушка. Ты не забыла? — улыбнулась Лариника, целуя Аларию в щёку.

— Не говори мне об этом каменном истукане, родная. У твоего Виларда нет сердца, — картинно заломила руки Алария. — Ты достойна большего, милая. И ещё встретишь того, кто полюбит тебя по-настоящему, а не как друга.

Лариника отвернулась к зеркалу, делая вид, что поправляет причёску, хотя та была в полном порядке. В уголках глаз защипало. Пришлось себя уговаривать, что сейчас неподходящий момент для слёз и истерик. Внизу её появления ожидали сотни гостей. И этот день для её семьи слишком важен, поэтому она не имеет права всех подвести.

Губы привычно растянулись в улыбке. Если удерживать её на лице в течение долгого времени, то настроение вскоре изменится к лучшему. Лариника не раз убеждалась в действенности этого метода. Не подвёл он её и на этот раз.

— Мы можем идти, бабушка, — обратилась она к Аларии, — я готова.

— Запомни этот день, милая. Отныне в твоей жизни всё изменится, — торжественно произнесла Алария, подавая ей руку.

Так, взявшись за руки, они и вышли к гостям.

Стоя на площадке второго этажа, Лариника с ужасом и восторгом обозревала бальную залу, наполненную гостями до отказа. Казалось, весь Аливасар собрался тут, чтобы на неё посмотреть.

— Друзья мои, — срывающимся от волнения голосом начала представление наследницы гесса Алария. — Я счастлива представить вам мою внучку и будущую наследницу рода Арменга — гессу Ларинику. Эта девушка наша радость и гордость, а ещё надежда на возрождение рода. Я благодарна своему сыну Ватауру и его избраннице Малини за столь дивный подарок. Не иначе боги благословили их семнадцать лет назад на зачатие этого ребёнка, потому что у Лариники обнаружился потрясающий по силе дар. И сейчас вы сами сможете в этом убедиться.

Алария развернулась к слугам, устанавливающим за их спинами какое-то сооружение. Лариника видела перед собой нечто, напоминающее гигантский термометр, и мечтала лишь об одном, чтобы не опростоволоситься перед всеми. Недавнее происшествие могло негативно сказаться на её показателях. Сама то она этот позор как-нибудь переживёт, а вот Аларию действительно будет жаль. Вряд ли она спокойно воспримет подобный удар по самолюбию.

— Обхвати этот кристалл ладонями, дорогая, — мягко велела ей Алария, — и постарайся наполнить его своей силой.

Ларинике ничего не оставалось, как послушаться бабушку. Глубоко вздохнув, она прикоснулась к холодной поверхности вытянутого кристалла, служащего мерилом, и расслабилась, позволяя источнику выплеснуть всю скопившуюся в нём силу.

Этот кристалл отличался от тех, с которыми она привыкла иметь дело. В первую очередь размерами. В длину он достигал полутора метров, а в диаметре был около тридцати сантиметров. Выращивать такие кристаллы хасуры пока не научились. Лариника знала об этом со слов деда, и у неё не было причин ему не верить, а, значит, в её руках сейчас находилось самое настоящее чудо — посланец из другого мира.

Представление Лариники вышло поистине триумфальным. Когда она появилась в сопровождении Аларии на площадке второго этажа, зал замер. Её преображение было столь сильным, что Вилард не сразу признал в этой восхитительной девушке свою невесту.

Её светлые волосы сегодня были уложены в изысканную причёску, а стройное тело, не лишённое, тем не менее, приятных округлостей, облегало красивое платье из бледно-золотистого шёлка: открытая зона декольте, высокая талия и как дополнение — нитка жемчуга в тон, редкого солнечного оттенка.

Вилард поймал себя на мысли, что встреться он с Лариникой при других обстоятельствах, ему было бы не просто подойти к такой красавице. В первую очередь потому, что не смог бы пробиться сквозь толпы её поклонников.

Ярко-голубые глаза девушки были широко распахнуты, на губах играла неуверенная улыбка. Связь между ними продолжала работать. И Вилард так остро ощутил волнение наречённой, что с трудом удержался от того, чтобы не сорваться с места, преодолевая разделяющее их расстояние, и не схватить невесту в объятия, давая понять, что здесь и сейчас ей есть на кого опереться. Только предупреждающий взгляд гессы Аларии удержал его от столь опрометчивого поступка. Она будто бы говорила: «Не вмешивайся в мои планы, мальчик. Я лучше знаю, что нужно делать. Пока я рядом, с Лариникой не случится ничего дурного».