Подарок богов (СИ) - Лебедева Ольга - Страница 49

— Дорогая, тебе пора привести себя в порядок, — безапелляционно заявила гесса Алария, оттаскивая Ларинику в сторону.

Она поморщилась, увидев, во что превратилось платье внучки. Да и сама Лариника выглядела настоящей замарашкой. Оставалось только порадоваться тому, что на общем фоне это не слишком бросалось в глаза. Пока все находились под впечатлением от случившегося, никто не обращал внимания на неподабающий внешний вид новой главы рода. Но стоит шоку отступить, и злые языки не преминут отметить и чёрные разводы на щеках девушки, и поплывший макияж, и выбившиеся из причёски пряди волос, и вымазанное в грязи платье. Да и украшения следует подобрать получше.

По мнению гессы Аларии, скромное жемчужное ожерелье никак не вязалось с новым статусом её девочки.

К счастью, новый гардероб Лариники отвечал самым строгим требованиям действующего этикета. В нём имелись платья на все случаи жизни. В том числе и на возможную инаугурацию.

Гесса Алария мысленно похвалила себя за предусмотрительность, благодаря которой, её внучка сегодня будет выглядеть, как и полагается главе рода — гордо и величественно.

Гостям также было предложено привести себя в порядок, воспользовавшись помощью слуг и очистительных артефактов, коих у гесса Саторнила имелось в избытке. Некоторым всё же пришлось отправиться домой, для того чтобы переодеться, так как обгоревшая ткань не подлежала восстановлению.

Не смотря ни на что, гости были полны решимости вернуться обратно.

За час с небольшим слуги успели устранить последствия огненной стихии, и вскоре в доме Арменга ничто не напоминало о разыгравшейся тут трагедии.

Вечер продолжился с того момента, на котором его так грубо прервали.

Только теперь Лариника была облачена в платье с корсетом нежно-голубого цвета, лиф которого был расшит кристаллами, переливающимися всеми оттенками синего. Изящная диадема украшала высокую причёску девушки. В ушах поблёскивали капельками росы бриллианты, а шею охватывало ожерелье из крупных сапфиров.

Мужчины, не сговариваясь, преклонили перед новой главой рода одно колено, а женщины присели в низком реверансе.

Лариника, всё ещё не пришедшая в себя, после обрушившейся на неё новости, не знала, как на это реагировать. Гесса Алария, видя её растерянность, вновь взяла на себя труд обратиться к гостям. И пусть ей ещё не дводилось представлять общине главу рода, она надеялась, что это не намного сложнее, чем выводить подопечную в свет.

Речь Аларии в полной мере соответствовала моменту. Преисполнившись воодушевления, она звонким от волнения голосом провозгласила:

— Жители Аливасара. Примите над собой власть достойнейшей из дочерей нашей расы. Перед вами Лариника из рода Арменга, публично доказавшая своё право возглавить наш род. Отныне её обязанностью станет забота о процветании рода Аливасар, а ваш долг будет заключаться в том, чтобы неукоснительно выполнять все её решения, направленные на наше общее благо.

Лариника смотрела в зал и почти ничего не видела. У её ног колыхалось размытое разноцветное пятно, а в ушах звенело от восторженных криков, сливающихся в один непрекращающийся гул. Девушка старалась хотя бы за что-то зацепиться взглядом, чтобы удержаться в сознании, и не находила.

Роскошная люстра на тысячу свечей слепила глаза, в воздухе сгустились ароматы духов и цветочных композиций, украшающих зал. Просторное помещение, в котором когда-то гуляло эхо, вдруг сжалось до размеров спичечного коробка. Лариника почувствовала, что не может дышать. Воздух отказывался проникать в лёгкие, застревая где-то в горле.

По глазам полоснуло синим, и Лариника наконец смогла сделать вдох. Вилард смотрел на неё с противоположного конца зала, стоя у дверей. Это его взгляд привлёк внимание девушки и помог справиться с охватившей её паникой. Мужчина выглядел сосредоточенным, совсем как тогда в Салдеране, когда готовился объявить об их помолвке.

Помолвка! Лариника вдруг вспомнила, что о ней на сегодняшнем вечере не было сказано ни слова, хотя изначально приём посвящался именно этому событию.

Вилард поднял руку на уровень груди и отдёрнул манжет, обнажая запястье, на котором больше не было татуировки. Лариника повторила его жест и обнаружила, что её браслет тоже исчез. Всё случилось именно так, как он и обещал. Наступило полнолуние, и связь между ними оборвалась.

Но какое это имеет значение теперь, если они так и так решили быть вместе?

Вилард между тем улыбнулся, изобразил поклон и вышел за дверь, оставляя её в недоумении относительно его поступка.

Лариника промучилась весь вечер, гадая, что же хотел сказать Вилард своим уходом. Он обиделся? У него появились срочные дела? Он решил наведаться в храм к богине за новым благословением?

Ей сгодилась бы любая причина, кроме той, что была очевидна — Вилард её бросил. С этим Лариника не желала мириться ни за что на свете, потому что понимала, что двигало этим глупым гордецом, решившим в очередной раз проявить никому не нужное благородство. Во всяком случае, она очень надеялась, что не ошибается в мотивах его поступка.

В этот вечер всё пошло не так, как было задумано. И началось всё с провокационного поступка гессы Аларии, вздумавшей не только представить общественности свою наследницу, но и заявить о её праве на верховную власть в Аливасаре.

Нет, Вилард конечно и раньше догадывался о том, что Лариника не обделена силой, но не думал, что её показатели окажутся столь впечатляющими. Девушка, не особенно напрягаясь, наполнила кристалл до отказа, доказав тем самым своё превосходство над нынешней главой рода.

И всё равно он не понимал, зачем нужно было устраивать это представление именно сейчас, когда в городе только о том и говорят, что гесса Кордиана нестабильна. Неужели гесса Алария не догадывалась, чем всё может закончиться, когда вознамерилась потешить свои непомерные амбиции?

А потом случилось то, что и должно было случиться. Разгневанная Кордиана, не пожелавшая мириться с потерей власти, направила на соперницу огненную стихию, но не справилась с ней и в результате сама вспыхнула ярким пламенем. Огонь перекинулся на тех, кто имел несчастье стоять с ней рядом. Началась паника, появились первые жертвы.

Вилард впервые забыл о том, что он целитель. Получившие ожоги хасуры нуждались в исцелении, а он мог думать только о том, что стало с Лариникой. У него перед глазами стояла стена огня, преодолеть которую он был не в силах.

Повезло, что рядом с ним оказались родные Лариники, они то и вспомнили про обходные пути.

Вилард и сам мог бы до этого додуматься, если бы только был в состоянии что-то соображать. Но эмоции, как назло, заглушили голос разума. Картины, одна страшнее другой вставали у него перед глазами, и он боялся, что всё это окажется правдой.

К счастью, Лариника осталась жива и даже не пострадала, а ведь могло всё сложиться иначе. Вилард постарался отбросить в сторону эти мысли, приказав себе не думать о дурном. Оставалось надеяться, что гесса Алария сделает верные выводы из случившегося и больше не станет так рисковать. Судя по её затравленному виду, она успела здорово перепугаться. Да и сын с супругом вряд ли оставят её поступок без внимания. Иногда такая встряска необходима, чтобы разумные существа, кем бы они не являлись, начали ценить жизнь.

Когда всё закончилось, выяснилось, что гости и не думают расходиться. По ощущениям Виларда, огненная вакханалия длилась вечно, хотя на самом деле, от начала разгула огненной стихии и до его завершения прошло всего-то несколько минут.

Эмоции продолжали горячить кровь. Все хотели поделиться друг с другом впечатлениями, ведь для многих из присутствующих на приёме хасур сегодняшнее происшествие стало самым ярким событием в их жизни, пусть и смертельно опасным, но уж точно незабываемым.

О помолвке, разумеется, не было сказано ни слова. А Вилард не счёл возможным о ней напоминать. Глядя на уставшую Ларинику, пытавшуюся облегчить страдания раненых, он тоже взялся за дело. Так они работали около часа, едва ли замечая, как бежит время. А когда Вилард обработал ожоги последнего пациента и обвёл взглядом зал, то увидел лишь край её платья, исчезающего за дверью.