Реабилитация (ЛП) - Кальвано Лидия - Страница 82

— Очень приятно.

— Пожалуйста, располагайтесь. Бетт занята телефонным звонком, но сразу же

подойдёт к вам.

Лорен вошла в апартаменты, оформленные с изысканной роскошью, менее вульгарной

и кричащей, чем вилла Даниэля, который своим девизом сделал показуху. Виктория привела

её в уютную гостиную. В воздухе витал аромат роз, которые стояли в вазе с китайскими

мотивами.

Они сели на диван, обитый светло-коричневой кожей, напротив стоял небольшой

столик, заваленный хламом. Виктория подняла серебряный колокольчик, и после того как его

встряхнула, появилась настоящая горничная, в накрахмаленном фартуке и наколке в волосах.

Лорен сдерживалась, чтобы не вытаращить глаза, учитывая абсурдность ситуации.

— Не желаете ли чаю или кофе?

— Прекрасно подойдёт вода.

Виктория попросила для себя чёрного чая, а после вернула к Лорен всё внимание.

— Может быть, бутерброды или пирожные?

Смущённая такой заботливостью со стороны незнакомки Лорен почувствовала, как к

щекам подступил румянец.

— Я...

— Вик, освободи барышню от твоих средневековых манер. — Элизабет Опкинс имела

странную привычку прерывать Лорен на полуслове, хотя на этот раз вмешательство

произошло своевременно.

Лорен попыталась встать, но адвокат жестом пригласила её оставаться на месте и

устроилась на диване, напротив.

— Вик, большое спасибо, ты можешь вернуться к своим картинам. Нам с Лорен

необходимо поработать над деликатным делом.

Элизабет бросила на Викторию понимающий взгляд, который превратился в

восхищение, когда женщина поднялась на ноги, разгладив несуществующие складки на

чёрной юбке-футляре, облегавшей стройное атлетическое телосложение.

— Тогда не буду мешать. Приятно было познакомиться, мисс Лорен. — Виктория

попрощалась с вежливой улыбкой, но прежде чем выбежать из комнаты погладила Бетт руку.

«Как же я сглупила, ревнуя по-чёрному, —подумала Лорен. — Они хорошие друзья

поэтому: Бетт в безопасности от очарования Джей Кея. И по этой же причине он ценит её

ещё больше».

Бетт скрестила ноги, глядя на Лорен тем откровенным, прямым взглядом, так

характерным для неё.

— В первую очередь, как вы себя чувствуете?

Рутинный вопрос, на который Лорен не нашла слов для ответа. Она лишь покачала

головой. Тогда Бетт решила проникнуть в суть темы, которая интересовала их обеих; Лорен

оценила этот переход прямо к делу, без задержек на притворном сочувствии.

— Мы знаем, кто украл документы, и кто заказал скандальную статью. Вам нужно

знать, что это выпад в сторону Даниэля, никто не выступает лично против вас, так что, с этой

точки зрения, вы должны быть спокойны. Мы подали жалобу на неустановленные лица и

открыли дело о возмещении ущерба больнице, учитывая, что ваша конфиденциальность

была жестоко нарушена.

— Я не хочу никакой компенсации, и приехала не ради себя. Я здесь по другой

причине.

— Я вся внимание. — Бетт наклонилась вперёд, обняв переплетёнными пальцами

колени.

— Даниэль должен знать, что я никогда не скрыла бы от него этого ребёнка, но... —

Лорен остановилась, чтобы проглотить комок слёз. — Он не был в состоянии получить

такую новость...

Бетт удивила, схватив за руки.

— Лорен, Даниэль ничего не знает.

— Ох... — С её округлённых губ не последовало другого ответа.

— Чтобы защитить частную жизнь Даниэля, я не могу рассказать вам много о его

конкретной ситуации. Он находится в тайном месте и лечится. Он не может иметь контактов

с внешним миром; ему придётся много работать над собой, чтобы вернуться к тому мужчине, кем когда-то был.

Лорен высвободила руки и стала играть с прядью волос, поглощённая изучением

цветочных мотивов персидского ковра.

— Надеюсь, он это сделает.

— Могу я быть честной? — воскликнула Бетт, привлекая всё её внимание.

Лорен кивнула.

— Даниэль — актёр, и, как и у всех артистов, у него огромное эго. Никто не может с

уверенностью утверждать, что он излечится от зависимостей, и будет ли он снова вас искать, вернувшись в свой мир.

Лорен нахмурила лоб.

— Что вы хотите сказать?

— Вы стали связующим звеном между жизнью с зависимостями и свободной от них.

Вы оказались в нужном месте в нужное время, чтобы вызвать серьёзные перемены, но это не

значит, что Даниэль вас любит или вернётся к вам. На данный момент то, что произойдёт в

будущем, совершенно непредсказуемо. Единственное, что можно сказать наверняка — это то, что, если всё пойдёт хорошо, мы увидим его на экране в роли, которая вернёт ему законное

место на Олимпе киноиндустрии.

Лорен снова опустила взгляд и когда вернула его к Бетт, попыталась скрыть агонию, которая безжалостно убивала сердце.

— Понятно.

Она встала и расправила вокруг тощих ног платье. Бетт тут же последовала за ней.

— Спасибо за информацию, адвокат.

Движения Лорен были неуклюжими и нервными из-за потребности спрятаться и

спокойно поплакать.

— Лорен, простите, если я вас расстроила.

— С чего бы? Вы выполнили свой долг. И вы правы во всём. В глубине души я всегда

знала, что Даниэль — не что иное, как прекрасный сон.

— Поверьте мне, потеря такого мужчины, как Даниэль, может оказаться для вас

благословением.

Лорен скрестила руки под грудью, приняв внезапно враждебную позу.

— Позвольте мне понять: вы не испытываете к нему ни капли уважения, но вы так

едины.

Улыбка, с которой Бетт сопровождала ответ, наполнилась горечью.

— Я бы хотела дать вам уверенность, но я очень хорошо знаю его взлёты и падения.

Предпочитаю быть поражена успехом, а не разочарована ещё одним поражением.

Лорен попрощалась, уверенная, что их пути больше не пересекутся. Она отказалась от

машины, которую предложила Бетт, солгав о ряде поручений, которые необходимо

выполнить и для которых автомобиль не требовался. Женщина, похоже, поверила ей и не

стала настаивать, указав на задний выход из здания, где было легче избежать преследований

со стороны журналистов, неотступно следовавших за Лорен.

Она вернулась домой с опухшими от слёз глазами, которые без стыда проливала на

глазах у всех, и обнаружила, что привычная группа репортёров-стервятников, окружила её, засыпая вопросами.

— Что случилось с Джо Кингом?

— А правда, что вы, хромая, потому что он вас избил?

— Вы часто участвовали в оргиях, организованных Аидой Санчес?

Кларк, который, должно быть, видел и слышал всё из окна, выбежал на улицу ей на

помощь. Он защищал Лорен своим телом, отталкивая папарацци, пока они пробирались к

дому и закрыл дверь перед носом этих ублюдков без капли совести.

Лорен прижалась к брату и разрыдалась.

Она плакала о том, что её жизнь рушится, о потере ребёнка, которого никто ей не

вернёт, и о безмолвном прощании Даниэля. Как же она ненавидела Лос-Анджелес, лицемерие его жителей, лживость обещаний.

— Кларк, давай уедем.

Она обратилась к брату с той же мольбой, которую неделями ранее обращала к

Даниэлю. На этот раз ответ был другим.

— В любое время, сестрёнка.

Глава 30

Кларк стал ответственным и взял на себя роль брата-защитника. Лорен с радостью

передала ему эстафетную палочку. Она устала бороться и нести на своих плечах за обоих

бремя обязательств и забот. В её душе оставили неизгладимый след последствия решений, принятых несколько месяцев назад. Лорен продолжала считать месяцы до рождения ребёнка

так, словно беременность не прерывалась. Она жадно смотрела на витрины магазинов для

младенцев, а когда мимо проходили мамы с маленькими детьми, то не могла сдержать

жгучую боль, которая расцветала в груди, иногда принимая форму ядовитой зависти.

Она также старалась не думать о Даниэле, помня убедительные советы Элизабет. Она