Помолвлены понарошку (СИ) - Кохана Лана - Страница 72

Лучше бы дальше просто стонала, вот честно!

Стоило это произнести, как ублажающие меня губы вероломно покинули место, где должны были оставаться до встречи с моими. Бен отстранился и хмуро взглянул на меня, явно ожидая пояснений.

Несмотря на повышенный градус возбуждения и ноющую тяжесть внизу живота, я решила, что, может, даже лучше покончить со всеми недомолвками здесь и сейчас, а потому мягко улыбнулась и обхватила ладонями красивое лицо.

— Мне поведали о том, как ты спас деву и ее опороченную честь, выудив одно занятное видео из паутины Шелоба [46], — я провела кончиками пальцев по лбу мужчины, разглаживая морщинку. — То хулиганы на площадке, то собаки около дома, то повсеместные пересуды… Какие уж тут игры, если ты на самом деле мой герой, Бен? Даже не представляешь, как я тебе благодарна!

— Хм… — ликерные глаза озорно сверкнули. — Если ты и будешь в какой-то паутине, то только из моих рук.

Взвизгнуть не успела — уже оказалась лежащей на диване под Беном. И да, в оплетении сильных рук, что стискивали в объятиях и прижимали к крепкому телу так, будто мужчина намеревался впечатать меня в себя, соединить нас один раз и навеки.

Вряд ли попавшая в паутину муха может считаться счастливым насекомым, но уж попавшая в лапы Бена я точно могу считаться донельзя счастливой женщиной.

Долгожданной, желанной, любимой…

Примечание:

[46] Шелоб — в легендариуме Дж. Р. Р. Толкина гигантская паучиха.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍87

Все же Ева была права. Если ты дорога мужчине, он будет стараться исполнять твои желания. Главное — о них не молчать.

Пусть о моем представлении идеального предложения Бен узнал непреднамеренно, я рада, что в его расположении была эта информация. Оказалось, это даже не испортило момент. Я-то думала, что если сказать мужчине, мол, хочу цветов, то, когда он их принесет, они даже пахнуть будут как тухлая рыба, а не как те, о которых он догадался бы сам, но нет.

Вот он, стоит на одном колене с маленькой коробочкой в руках. Только мы, последние лучи заходящего солнца и шум реки.

— К чему такая спешка? — не могла дать заранее известный ответ в силу одолевавших меня эмоций.

Впрочем, мой вопрос также имел место быть, ведь с признания в чувствах прошло меньше двух недель.

Мужчина сверкнул кривоватыми зубами:

— Нужно взять с тебя обещание, пока ты снова не засомневалась.

— Так ты хочешь, чтобы я сказала «да»? — неловко хихикала, вырисовывая круги на ладонях мужчины. — Это сложно, ведь я даже не знаю, на что соглашаюсь, а мама учила меня не принимать сомнительные предложения от молодых, и не очень, людей.

— Станешь моей, Лоис Лиз? — спросил он. — Невестой, для начала.

— Хочешь, чтобы я и дальше играла твою суженную?

— Хочу, чтобы ты ею была.

— А это будет только моим? — я ткнула пальцем в уголок его губ, и тот пополз дальше к уху.

— Только твоим.

— А что еще будет моим? — продолжала успокаиваться я, присев на корточки рядом с мужчиной.

— Все. Весь я и все, что могу тебе дать.

— Уточните, будьте любезны.

— Ну, такой требовательной мадам нужна защита, поддержка и обожание во всех мыслимых и немыслимых формах. Будет все это и чуточку больше.

— Мм, и что же это за чуточка?

— Она бывает с кремовой начинкой, бывает — с творожной, иногда — со сгущенкой…

Я засмеялась и коснулась губ Бена, которые вскоре могут стать моими. Пальцы заскользили по шоколадным волосам и шее, которые тоже пообещали отдать мне.

— Когда я скажу это слово, — заговорщицки шептала я, — все тоже станет твоим. Моя любовь, забота, поддержка и даже сосуд для хранения этого. Одно короткое слово, но с ним я соглашусь идти за тобой по жизни. Следовать в соответствии с решениями, который ты примешь. И не дай бог тебе, Бенджамин, завести меня в непроходимые дебри или бросить на съедение крокодилам, — пригрозила пальцем я, — в следующей жизни стану котом и сделаю с твоими тапками такое, что ругательств не оберешься.

Глаза Бена горели небывалой радостью, когда я торжественно кивнула:

— Да, я стану твоей самой любимой на свете, раз ты так просишь.

Жених (как же приятно не ставить это слово в мысленные кавычки) впился в мои губы поцелуем настолько жадным, что стало ясно, граф Дракула в нем вернул себе царствование.

Мне стоило догадаться раньше. Еще в тот раз, на диване гостиной, когда он искусал мое тельце, так удачно извивающееся под ним. Но куда же нам, наивным девам, постигать такие истины!

Бен достал из коробочки кольцо. То самое, которое выбирал для меня всего пару месяцев назад и которое раньше было не более чем шалостью. Теперь на внутренней стороне красовалась гравировка: «Л+Б».

Очевидно, промедление в почти две недели было вызвано исключительно техническими причинами: столько потребовалось, чтобы увековечить мое первое признание в любви на изделии, что теперь должно было скрепить союз, на этой самой любви построенный.

Я закрыла глаза, смахнула слезинку и протянула руку Бену, не в силах перестать улыбаться. Как только золотой ободок очутился на безымянном пальце, мне показалось, что все встало на свои места.

— И вот мы снова вместе, моя Прелесть, — приговаривала я, прижимаясь щекой к кольцу. — Никто не посмеет нас разлучить. Нет-нет, мы им не дадим.

— Настоящее кольцо Всевластия ты получишь только у алтаря, — засмеялся Бен и сгреб в охапку свое добро, то есть меня.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍88

Келли летала по квартире в поисках блузки, наиболее подходящей к комплекту белья, который она выбрала для встречи с друзьями. Мы планировали провести субботний вечер в компании Бадди, Коллинзов, а также Евы и Зака. Последние неделю назад переехали в Чапел-Хилл, поближе к новому месту работы Зака. Теперь он руководит отделом по связям с общественностью в одной фирме с Филом, младшим из моих братьев от плодовитого папаши и одной из его «единственных».

Келли была так занята подбором наряда, что я решила, она не заметит кольца. Поэтому, хотя мы с Беном и собирались огласить помолвку всем сразу при встрече в кафе, не особо прятала руки. Спойлер: это я зря.

— Вы женитесь! — завизжала Келли без малейшего намека на вопрос в интонации.

Она начала прыгать по гостиной, словно резиновый мячик. Если бы у этого мячика были золотистые кудри, еще два мячика в районе груди, и он способен был бы издавать ужасающие восторженные звуки.

— А ты сможешь повторить то же самое, когда мы скажем об этом ребятам? — поинтересовалась я. — Прыжки не обязательны. Не хочу, чтобы нас выгнали из кафе за погром.

— Ребята будут в шоке! — хлопала в ладоши блондинка, вертясь вокруг нас с Беном.

— Келли, меня уже подташнивает, — сказал мужчина, закрывая глаза. — Могла бы ты подсказать, где у тебя находится заводной ключ, чтобы я остановил это безумие?

Высвободив еще немного неуемной энергии пружины, Келли затормозила прямо перед нами и предала лицу серьезное выражение. Ну, насколько это было возможно: уголки ее губ отказывались отлепляться от ушей.

— Только не вздумайте жениться в этом году! — покрутили перед нами ухоженным пальчиком. — Поженитесь, когда тебе, мистер, исполнится двадцать шесть. Разобьем этот порочный круг!

— Ты хочешь, чтобы мы жили во грехе? — Бен прикрыл рот в деланом ужасе.

Блондинка водрузила ладони на плечи мне и брату:

— Благословляю!

— А на кого мы оставим Келли? — вдруг задалась вопросом я. — У нас совместная опека над ребенком, ты не забыл?

Бен хмыкнул, на секунду задумавшись, и ангел решил воспользоваться его замешательством:

— К слову, брак ведь этого не изменит. Что будете делать со мной тогда?