Тень машины войны (ЛП) - Бейли Кристин - Страница 12

Это иррационально, я знаю, но я ещё не полностью проснулась и до сих пор пребывала в потрясении.

— Люсинда послала за мной. Она сказала, что были какие-то проблемы, кто-то пытался проникнуть сюда. Она подумала, что вам может понадобиться помощь с наведением порядка, но я вижу, что вы уже всё сделали, — Молли наклонилась и помогла мне подняться. — Божечки, вы всю ночь работали? Неудивительно, что вы так утомились. Я заново развела огонь в печи. На кухне есть варёные яйца с тостами и чай.

— Спасибо, Молли. Я приду через несколько минут, — я сделала несколько глубоких вдохов и постаралась замедлить бешено бьющееся сердце. У меня ушло почти всё утро на то, чтобы взять себя в руки.

Поскольку магазин был приведён в порядок, я смогла открыть его для постоянных покупателей, несмотря на разбитую витрину. Приток покупателей занимал меня до самого чаепития. Мы с Молли уселись пить чай в узкой кухне. Я была слишком измотана, чтобы настаивать на чём-то официальном. Тосты, сыр и джем на потёртом столике в углу — этого достаточно.

— Эта записка пришла вам, — объявила Молли, положив бумагу на стол. Я тут же узнала барсучью голову печати Питера. Я быстро сорвала печать и прочла записку.

«Встречаемся в полночь у Львиных Ворот».

Отлично. Надеюсь, я найду те ответы, которые ищу.

Только закрыв магазин и отпустив Молли домой, я осознала, что мне не на чем добираться до дома Питера. Было уже очень позднее время, на улице стоял пронизывающий холод. В такой поздний час мне не хотелось в одиночку ловить извозчика. Это попросту небезопасно.

Мне надо как-то добраться до дома Питера. Нельзя тратить время впустую. Мой дедушка где-то там, и Рэтфорд наверняка знал, где он. Я застегнула своё тёплое пальто, потуже затянула чепчик, затем замоталась в толстую шаль. Мне хотелось скрыть свой силуэт, чтобы не привлекать внимание мужчин на улицах, но я не могла сама одеться мужчиной. Поэтому приходилось надеяться, что темнота и холод отобьют желание большинства людей высовываться на улицы между магазином игрушек и Сент-Джеймсом.

Я решила рискнуть.

Держа ключи в руке, я вышла за дверь и повернулась, чтобы запереть её. На моё плечо опустилась рука.

Я резко развернулась и закричала на мужчину позади себя.

— Полегче, Мег. Это я, — там стоял Уилл, хотя без килта он не так походил на шотландца. Вместо этого он был одет в простые чёрные брюки и плотное пальто.

— О, слава небесам, — я обняла его, затем быстро заперла дверь. — Ещё раз так меня напугаешь, и...

— И ты что? — Уилл лукаво улыбнулся.

— Не скажу. Но поверь, что месть будет стремительной и ужасной, — я шлёпнула его по плечу. — Питер тебе тоже послал записку?

— Конечно, — сказал Уилл, когда мы зашагали по улице. Днём широкие авеню и витрины магазинов кишели людьми и духом праздничного веселья. Теперь, когда на Мэйфер опустилась глубокая, долгая зимняя ночь, веселье испарилось и воцарилось ощущение запустения и холодного страдания, которое праздники не могли унять. Уилл подвинулся ближе к моему боку. — Я намеревался прийти в магазин, чтобы мы смогли составить план, но Люсинда упомянула, что послала Молли тебе на помощь, и я не захотел вызывать подозрения.

Я выдохнула, и моё дыхание превратилось в пар, заклубившись вокруг моего лица.

— Я рада, что сейчас ты здесь, — сказала я, переплетая его пальцы со своими.

Костлявая старая лошадка с низко опущенной шеей и просевшей спиной тащила тележку. Кучер выглядел таким же сгорбленным, апатично щелкая поводьями, пока лошадь усталыми шагами шла по улице. Образ из сна до сих пор преследовал меня. За последний год я столько раз оказывалась в опасности, что уже сбилась со счета. Уилл несколько раз едва не лишился жизни, и эта мысль заставляла моё сердце холодеть. Год назад я не думала о последствиях. Теперь они вторгались в мою жизнь даже во сне.

И вопреки этому я всё равно радовалась, что он со мной.

Войдя в Сент-Джеймс, мы прошли под высокими платановыми деревьями, чьи ветки теперь были припорошены мелким белым снегом. Время от времени приглушенный гомон праздничной вечеринки доносился из элегантных домов с высокими садовыми изгородями.

Наконец, мы подошли к огромному городскому дому, обнесённому толстой каменной стеной. По обе стороны от ворот сидели бронзовые львы с блестящими чёрными глазами. Один лев смотрел на улицу, другой надзирал за двором. Я знала, что устройство в мастерской Рэтфорда позволяло ему смотреть через глаза львов. Возможно, Питер смотрел на нас. Я помахала той статуе, которая смотрела на улицу, но дом оставался тихим и неподвижным. Питер говорил мне, что собирается повозить со львами и расширить их функции охранного устройства. Возможно, теперь он мог нас слышать.

— Питер? — позвала я. — Ты там?

Львы оставались неподвижными.

— И что теперь? — спросил Уилл, глядя внутрь через ворота из кованого железа.

— Мы всегда можем вскарабкаться на стену, — предложила я, хотя в моём платье это будет почти невозможно.

— И столкнуться с этими шипами? Мы ещё не настолько отчаялись.

Так что мы ждали и ждали, но время всё утекало и утекало, оставляя нас дрожать на холоде, а Питера всё не было видно.

— Который час? — спросила я Уилла, стискивая зубы, чтобы они не стучали.

Он взглянул на карманные часы.

— Четверть первого. Должно быть, что-то случилось.

— Ну, я отказываюсь и дальше торчать тут как замёрзший увалень, — я осмотрела ворота. Заперто. Придётся карабкаться. — Подсади меня, — я встала ногой на лапу льва, затем вскарабкалась на его колено, а рукой сумела ухватиться за завиток гривы за ухом. Если я перелезу через стену возле его плеч, я сумею избежать чёрных железных шипов, которыми была увенчана каменная стена. Я не хотела, чтобы подол моих юбок зацепился за них.

Я повернулась к Уиллу, держась за замёрзшую бронзу. Мои руки онемели от холода, несмотря на перчатки.

— Ты мне поможешь или нет?

— Я бы назвал тебя сумасшедшей, если бы это не было давно установленным фактом. Мы теперь докатимся до кражи со взломом? — произнося эти слова, он сложил свои руки и позволил мне поставить ногу в его ладони.

— Это не кража со взломом, если мы не собираемся ничего красть. Это просто светский визит не в самое удобное время, — я посмотрела на голову льва, когда Уилл поднял руки, подбрасывая меня к шее льва. Я перегнулась через его макушку и попыталась ухватиться, затем развернулась всем телом на гриве и попыталась найти опору для ноги по другую сторону.

Я не удержалась за ухо льва и скатилась по изогнутой спине зверя. Я ударилась подбородком и оттолкнулась от статуи из того чувства самосохранения, которое заставляет человека спрыгнуть с опасной лошади. Хоть я и пыталась удержать равновесие, приземление было жёстким, и инерция отбросила меня назад, заставив плюхнуться попой в сугроб.

Уилл вскарабкался на льва и без проблем спрыгнул на другой стороне. Он протянул мне руку.

«Мальчишки».

— Давай будем надеяться, что никто не видел этого грациозного шоу, — сказал он мне, когда я взяла его за руку, и он поднял меня на ноги.

— Это не смешно, — сказала я, отряхивая снег сзади. Я сняла чепец, чтобы смахнуть с него снежинки, и убрала в карман пальто. Головной убор был функциональным, но мне не нравилось, как он ограничивал мне угол обзора. — А теперь как нам попасть в дом?

— Ты умеешь вскрывать замки?

Я уставилась на него.

— А ты?

Уилл пожал плечами.

— Давай попытаем удачи с дверьми. Нам придётся действовать осторожно, чтобы никого не разбудить.

Я окинула взглядом знакомый двор. Казалось, буквально вчера я стояла здесь такой же снежной ночью и набиралась смелости войти в каретник. Он возвышался перед нами как тихий страж, и с его крыши свешивались сосульки и замерший в зимнее время плющ.

Подождите-ка, вот оно.

— Нам вообще не нужно идти в дом.

— Ты о чём? — переспросил Уилл, растирая ладони для тепла.

— В мастерскую Рэтфорда можно войти через каретник, — я тут же направилась к высокому каменному зданию, но Уилл сжал мою ладонь и потянул назад.