Мы - часть сделки (СИ) - Ли Джессика - Страница 38

Наконец Эштон освобождается от его хватки и, стуча каблуками, идёт к входу в дом. А ревность волной поднимается у меня внутри.

ГЛАВА 36. ЭШТОН

Каблуки ужасно подводят, когда пытаешься выйти из «Камаро» на студенческой парковке. Я так скучаю по-своему миленькому «Фарлайну», что готова прослезится. Но приятное тепло разливается по венам, потому что, Эйден сидел на водительском месте, прикасался к рулю и…зачем я вспомнила о нем? «Я люблю тебя» — сказал он мне вчера. Будто это что-то такое само собой разумеющееся и не требующее осмысления. Но, это признание настолько запало мне в душу, что даже этот утренний поцелуй, оставил горько-приторный осадок. Я старалась вести себя как обычно, но молилась, чтобы он не заговорил со мной о любви. Единственная любовь, что имела право на существование — мамина. Она всегда, была моим спутником. А после смерти, особенно. К тому, как открылся передо мной Эйден, я была не готова. И это факт. Поэтому, решаю, что как можно дольше, не появляться, сегодня в квартире.

На лекции по социологии, получаю короткое сообщение от отца «Лукас». Этим все сказано. Когда возвращаю телефон в сумку, нащупываю упаковку таблеток. Черт, я совсем забыла о них! Едва дожидаюсь, окончания пары и выхожу в коридор. Мне навстречу идет Оззи.

— Привет, детка!

— Хочу тебя попросить, не называй меня деткой? — целую его и отвожу в сторону

— Почему? А, наверно, твой ненаглядный против?

— Теперь только ему можно, так ко мне обращаться.

— Ого, какие заявления, — ухмыляется — все настолько серьезно?

— Он сказал, что любит меня. — Тихо отвечаю я, боясь этих слов, как огня

— Чего? Эйден Палмер влюбился?! Охренеть! — веселится Оззи, доводя меня до бешенства

— Тише! Не ори!

— А ты что? Растаяла, как клубничное мороженое? — задевает меня плечом

— Вообще-то, в очередной раз убежала.

Оззи кривится и его лицо в паре с улыбкой, выглядит жутко.

— Эш, вот тут я тебя не поддерживаю. Поставь себя на его место. Ты говоришь кому-то, что любишь, а он тебя закатывает в асфальт. Как? Приятно?

— Нет…я опять села задницей в лужу, — выдыхаю, провожу по волосам и, глянув на часы, понимаю, что пора в больницу — Договорим потом, ладно?

— А не о чем говорить, просто скажи ему, что сама чувствуешь и все. И к слову о луже, «Виктория» этого не простит!

Я улыбаюсь и замахиваюсь рукой на друга, а тот с диким хохотом, успевает увернуться от удара. Мы расходимся по своим делам, бросив друг на друга дерзкие взгляды.

На парковке меня ждет сюрприз. Какой-то урод, зажал Камаро в угол, а точнее, полностью преградил выезд. Я ругаюсь, но это никак не помогает мне вызволить красотку Эйдена из плена.

— Проблемы? — голос Фокса, раздается у меня над ухом

— Все супер! — отхожу и размышляю, как поступить

— Поехали, я тебя подброшу.

— Есть миллион способов добраться до места. Спасибо.

— Ты ведь спешишь? Не так ли?

Остин открывает дверь своего «Феррари» и приглашает меня.

— Только ни слова по дороге!

— Я глух и нем. — ехидно улыбается парень и ждет, пока я сяду

Бланка Новакова, провожает нас таким испепеляющим взглядом, что меня охватывает пламя. Она явно с ума сходит по Фоксу.

— Почему не дашь ей шанс?

— Ничего не вижу, ничего не слышу.

— Фокс?!

— Сама сказала заткнуться и везти тебя.

— Я задала тебе вопрос.

— Не люблю восточную Европу.

— Она красивая, сексуальная, вроде не дура. Так что же?

— У нее нет шикарных каштановых волос и обворожительных голубых глаз. — Усмехается, и я улавливаю его намек

— Та, о ком ты говоришь, уже занята.

— Нет, та, о которой я думаю, сделала неправильный выбор. — Его правая бровь плывет вверх

— Хватит, я люблю Эйдена, — фраза сама срывается с моих губ, и я теряюсь — То есть, ну ты понял меня.

— Интересный расклад, Эштон. Особенно для меня.

— В каком смысле?

— Не столь важно. Мы приехали.

Машина занимает место на больничной парковке. Откуда он узнал, что мне нужно именно сюда? Я не говорила. Хотя в этом весь Фокс. Выбираюсь наружу и, бросив ему «спасибо», захожу в фойе «Маунтин Рок». Отец, Миранда и Лукас уже в полной готовности ждут доктора с документами.

— Привет. — Обнимаю брата, даже не глядя на родителей

— Что у вас случилось? — шепчет мне Лукас, удерживая в объятиях

— Все хорошо, твоя сестренка не даст себя в обиду.

— Я люблю тебя, Эш. Навещай меня, хоть иногда.

— И я тебя люблю, мелкий засранец.

Доктор прерывает наши родственные узы и произносит:

— Мистер Гласс, здесь все необходимые заключения, выписки из больничной карты. Вас встретят на месте.

— Спасибо. Пойдем сынок. — Папа берет сумку Лукаса и вместе с мачехой первым выходит на улицу.

— Удачи, Лукас! — желает доктор и собирается уходить.

— Подождешь пять минут, братишка?

— Конечно, хоть воздухом подышу. — Смеется и тоже уходит.

Я догоняю врача и вытаскиваю из сумки серебристую упаковку, с пятью пустыми ячейками.

— Простите, доктор Хаусер, вы не могли бы пояснить, что это такое?

Мартин Хаусер, берет у меня таблетки и меняется в лице.

— Откуда они у тебя? Ты знаешь, что это сильнейшее снотворное. В сочетании с Прозаком, настоящий яд.

— Я нашла их у мачехи. А может быть, что именно они вызвали такое состояние у брата?

— Вполне. Возьму-ка их, и проведу кое-какое исследование. Если обнаружится сходство по всем показателям, вашей мачехе придется предстать перед судом.

— Спасибо, доктор Хаусер. Позвоните мне, как что-нибудь узнаете? — в тетради записываю свой телефон и отрываю Мартину уголок с цифрами

— Хорошо. До свидания.

— До свидания.

На выход меня несет высоченной волной ненависти к Миранде. Сумасшедшая стерва, хотела убить Лукаса!!! Ради чего? Даже не сомневаюсь, всему виной денежки папы. Я знаю, что у него в офисе, в сейфе, хранится завещание на всякий непредвиденный случай. Видимо, Миранда прознала о том, что ей ни черта не перепадет, после кончины мужа. Но насколько можно быть такой безжалостной, чтобы пойти на преступление? Насколько, должно быть высоко желание разбогатеть, чтобы пойти по головам?! По моим простым подсчетам, следующая я. И ведь, она уже начала приводить в действие свой коварный план. Выжила из особняка, рассорила с отцом и наверняка, нашептала папе, чтобы разобрался с Эйденом. Подлая, мерзкая сучка!

Возле отцовской машины, я натягиваю улыбку и долго-долго сжимаю Лукаса, радуясь, что он будет подальше от этой ведьмы. Миранда проводит языком по белоснежным винирам и говорит:

— Нас ждут Лукас.

— Должен согласится с Мирандой. — добавляет отец

— Пока, мой наркобарон и герой-любовник, — целую брата — за Алексис не переживай, я слегка отомстила за тебя.

— Уже в курсе. Она написала мне гневное сообщение. Спасибо, что всегда где-то рядом со мной.

Лукас подарил сухой поцелуй в лоб, а потом сел в машину. Я отошла на тротуар и обхватила себя руками. Отец ни сказав, ни слова, запустил жену в салон, а следом и сам исчез за тонированными стеклами.

— Какой печальный момент. Только душераздирающей песни не хватает. — Язвит Остин, подходя ко мне

— Не сейчас, Фокс, пожалуйста! — бросаю взгляд на больницу, в надежде, что Мартин даст делу ход и перехожу дорогу, чтоб поймать такси

— Постой же ты! Извини за неуместную шутку. Давай на сегодня, я стану твоим личным водителем? Можем перекусить где-нибудь?

— И с чего такая доброта?

— Мы не чужие люди, Эш. Я просто пытаюсь наладить мосты.

— Ты же не отстанешь? — сморщиваю нос и ощущаю пустоту в желудке

— Ни на минуту. — Остин улыбается и это не выглядит подозрительно или отвратительно

— Поехали, Остин Харпер Фокс, пока я не передумала.

Через полчаса, мы подъезжаем к незнакомому ресторану. Как иначе, мистер Фокс, не мог не выпендриться и не посветить своим кошельком. Его встречают, как частого гостя. Ничего удивительного. Я уже решаю, что это будет самый тяжелый вечер в моей жизни, но выходит неплохо. Вкусный ужин и не занудный Фокс, немного расслабляют мою оборону. На часах двенадцатый час ночи, и я хочу вернуться домой. К Эйдену. О чем тут же сообщаю собеседнику. Хозяин ресторана желает доброй ночи, и мы покидаем заведение.