Солнечный зайчик (СИ) - Рей Ольга - Страница 36

Не выдержав напряженной тишины, давящей на плечи, спускаю ноги на пол и сама задаю вопрос, который мучает:

- Мне уйти? — Нахожу свою майку, поднимаю с пола и начинаю ее натягивать на себя. Руки подрагивают и путаются в ткани, не давая нормально справиться с одеждой.

Макс выдерживает паузу, доводящую меня. Выпрямляется, поворачивает ко мне голову и удивленно приподнимает темные брови:

- Зачем? — Но глаза хитрые, хитрые сбивают меня с толка.

- Ну…- озадачено тяну я, растерявшись, и не зная, как на это реагировать. Неловко обсуждать интимные темы, тем более в такой ситуации. И вижу, как на губах коварного Коршуна растягивается шкодливая улыбка.

Что это с ним? Ничего не понимаю.

- Дуреха! — Ласково произносит он, потянувшись навстречу и снова повалив меня на диван. Нависает сверху, удовлетворенный своей выходкой. Проводит по лицу ладонью, пальцами убирая мои распустившиеся волосы. — Мне просто было любопытно, как ты себя поведешь. Насколько дашь мне свободу действий? Но моя зая оказалась совсем робкой, - улыбаясь, чмокает меня в кончик носа.

- Дурак, - я смущенно отвожу глаза. Устроил тут показательную порку и доволен.

Толкаю его рукой в плечо, чтобы слез с меня, но он ловит мою ладонь и подносит к губам. Целует в запястье, пробуждая толпу мурашек, которые рассыпаются в разные стороны, будоража нервные окончания.

- И знаешь что? — Шепчет Максим, подаваясь ближе. - Так даже интереснее, потому что это невыносимо сексуально развращать маленький смущенный аленький цветочек, который сгорает в моих объятьях, - оставляет легкий поцелуй на губах и поднимается. — Пойдешь со мной в душ? — Оборачиваясь, протягивает рук, а в черных глазищах хитрости через край.

- Нет, спасибо, я чистая, - мотаю головой, принимая вертикальное положение. — Я подожду тебя, - а про себя думаю:

Вот говнюшка, развел, как чай в стакане, но все равно хороший: не стал настаивать, не оттолкнул, и даже не расстроился. Провожаю прищуренным взглядом широкую спину Коршуна. Теперь мне он еще больше нравится.

Макс скрывается за дверью купальни, а я расслабленно вытягиваю ноги и улыбаюсь. Ой, а что это? Смотрю на свое запястье, на котором появилось ранее невиданное украшение — золотой браслетик с вкраплением симпатичных синих камушков. Такой аккуратный, с замысловатым плетением тонкой работы. И когда он только успел надеть его на меня? Зачарованно перебираю пальцами элегантное ювелирное украшение. Коршун умеет быть внимательным?

Встаю с дивана, поправляю задравшиеся шорты, разглаживаю футболку, и пока за дверью ванной приглушенно стучит вода, выхожу на балкон. На улице так хорошо: легкий соленый ветерок доносится с моря; птички щебечут, наполняя душу музыкой; яркое солнце припекает щеки. Отпуск — это рай наяву, а в моем случае еще и романтики через край. Не это ли настоящее счастья?

Перекатываюсь с носка на пятку, засмотревшись вдаль. На пляже полно людей, волейбол в самом разгаре, бар переполнен. А мне до отъезда осталось чуть больше полутора дня. Становится немного грустно, что такой короткий отпуск. Но с другой стороны, хорошо, что он вообще есть. Потому что если бы не мамина работы, я бы никогда не попала в этот шикарный отель и не познакомилась с Максимом.

Снова вытягиваю перед собой руку, кручу ее туда-сюда, рассматривая элегантный, переливающийся на солнце браслет. Раньше мне никто не дарил золотые украшения, не решал мои проблемы, так настойчиво и откровенно не заводил, доводя до исступления. Только он смог пробудить во мне интерес. Жаль, что все это ненадолго.

Балконная дверь приоткрывается и ко мне выходит Коршун. Он босиком, на бедрах низко посажены короткие белые шорты, волосы мокрые и немного вьются от влаги. Он подходит сзади, обнимает за талию, прижимаясь к моей спине обнаженным торсом. Целует в шею.

- Куда моя зая хочет сегодня поехать? В Родос, Линдос, Камирос?

От мужчины приятно пахнет свежестью и цитрусом, капельки воды на груди, оставшиеся после душа, впитываются в ткань моей футболки, остужая согретое солнцем тело. Я облокачиваюсь на Макса спиной, удобнее устраиваясь в его руках, и задумчиво приподнимаю глаза вверх. Куда бы мне хотелось? Да хоть куда-нибудь. За всей этой суматохой я съездила всего на одну экскурсию и почти не видела чудесный остров, на котором мы отдыхаем.

- Кстати, ты знаешь легенду о Родосе? — Не дождавшись моего решения, продолжает рассказывать Максим. - Давным-давно, всемогущий Зевс решил поделить землю между богами Олимпа. Каждый получил свою долю, кроме бога солнца Гелиоса, который отсутствовал, совершая свой ежедневный обход, освещая землю. Ему ничего не досталось. Зато, когда он делал последний облет, свысока приметил новый остров, поднимающийся из глубин моря. Он ему так понравился, что Гелиос пришел к Зевсу и, склонив перед ним колено, попросил его для себя. И Зевс ему не отказал. Возникший из морской пены прекрасный зелёный остров был настолько красив, что стал домом для Гелиоса и его жены нимфы Родос. Там родились их дети и внуки. Первые внуки – Линд, Ялис и Камир основали города, дав им свои имена.

- Хочу, - согласно киваю я, наслушавшись загадочной истории. — И в Родос, и в Линдос, я везде хочу, - развернувшись к Максиму лицом, обнимая его за шею. — Я везде хочу, где ты, - произношу слегка охрипшим голосом, смотря прямо ему в глаза.

- Значит так и будет, моя сладкая, - улыбается Коршун. — Родос, Линдос…Барселона, Токио, Амстердам, Майорка - все, что пожелает моя девочка, - его взгляд медленно спускается к моим губам, и он подается навстречу, делясь своим дыханием.

Мы снова целуемся, забыв обо всем на свете. Долго, страстно, до опьянения и умопомрачения. Так, что время замирает и земля перестает свой бег, оставляя этот момент только для нас. Правда наедине мы остаемся недолго, в дверь раздается настойчивый стук. Приходится оторваться друг от друга, потому что гость, тарабанит, не желая сдаваться.

- Кому там жить надоело? - Не отпуская мою руку, рычит Коршун, выходя с балкона и направляясь в коридор. — Я и голову откусить могу не хуже Венума, - распахивает дверь, где стоит Никита, а из-за его спины выглядывает принарядившаяся Лерка. На ней чудесный алый сарафан-разлетайка и черные сандалии без каблуков.

- А я ему говорила, чтобы не мешал, - тут же сообщает подруга, под недовольным взглядом Коршуна.

- Хватит кувыркаться, - ворчание Макса Никите по-барабану. Он как к себе домой входит в номер и опускается в свободное кресло. Закидывает ногу на ногу и начинает вещать: — Я взял напрокат мерседес. Если хотите погулять по городу пока еще светло, то надо выезжать сейчас. Плюс я заказал на восемь вечера столик в ресторане. Поехали, пора выдвигаться, - командует он, как у себя на работе. Только меня его повелительный тон совсем не смущает. В принципе он прав.

Я поднимаю на Макса согласный взгляд и киваю. Да, я очень хочу посмотреть остров, пока есть такая возможность.

Макса долго уговаривать не надо, быстро собравшись, мы всей честной компанией отправляемся ко мне в номер, чтобы взять сумку, сменить шорты и майку на что-то более поличное, и уехать. Благо мои тетки оказываются на месте, и я беспрепятственно попадаю в свою комнату.

Пока я переодеваюсь, мои родственницы атакуют вопросами пришедших со мной друзей: Куда мы едем? Что будем там делать и когда вернемся? А заодно не тонко намекают, что совсем не против отправиться в Родос погулять вместе с нами.

Благо на Коршуна где сядешь, там и слезешь. Немного потерпев воркующих тетушек, бросающих на него заинтересованные взгляды, он набирает кого-то в телефоне и отправляется разговаривать на балкон. А Никита с Лерой, отговорившись тем, что хотят прихватить в дорогу питьевую воду и что-то перекусить, уходят в бар. В номер они больше не возвращаются, прислав Максиму смс, что подождут нас в холле.

Я быстро забрасываю в рюкзак нужные вещи, надеваю жемчужное асимметричное платье с бретелей на одно плечо и юбкой-колокольчиком. Легкие босоножки с тонкими ремешками на невысоком каблуке, а в рюкзак бросаю балетки на случай, если устанут ноги. И махнув Максу, который до сих пор на балконе разговаривает с кем-то по работе, выхожу в коридор.