То время с тобой (СИ) - Джолос Анна - Страница 51

— Ты знаешь, как я к тебе отношусь, — тихо говорит она.

— Сандерс, мы кажется с тобой всё выяснили, — раздражаюсь я и делаю затяжку. Мне не нужен этот разговор по второму кругу. И слёзы, которые она льёт — меня не трогают.

— У нас с тобой всё было отлично, до тех пор пока не появилась эта девчонка! — срывается Хейли. Похоже, алкоголь, который она активно вливала в себя весь вечер, даёт о себе знать.

— Прекрати истерить! — одёргиваю я.

Она вытирает слёзы и улыбается, глядя на меня сверху вниз.

— Не будет она с тобой, ещё вспомнишь мои слова!

Я подхожу к ней ближе. Прищуриваюсь. Прекрасно понимаю, что она говорит всё это от обиды, и потому не вижу смысла спорить и что-то доказывать.

Хейли забирает из моих пальцев сигарету и вставляет её себе в рот.

— Ты будешь разочарован, Лерой, — произносит она, выпуская дым мне в губы.

— Посмотрим, — отвечаю я и оставляю её одну.

Уже по дороге в Блу Бэй я звоню Роуз. Снова и снова. Она не отвечает, и это бесит. Мне нужно, чтобы она просто выслушала меня! Только и всего…

Но ни через день, ни через два, этого не происходит. В ответ только: длинные гудки, закрытые двери и гнетущая тишина. Роуз избегает меня, молчит, игнорирует, а потом и вовсе уезжает в Сан-Бернардино к Лоретте. Очевидно, не хочет со мной пересекаться. И конечно же Элис Онил торжественно сообщает мне об этом, заявляя, что её дочь не желает меня видеть. От себя добавляет, чтобы я держался от Роуз подальше и не морочил ей голову. Собственно, ничего нового. И да, она так довольна происходящим, что даже не пытается это от меня скрыть.

От тупой безысходности я впадаю в отчаяние. Потому что в моих мыслях только она, Роуз Онил, девчонка из соседнего дома.

Под конец недели это настолько выматывает, что хочется лезть на стенку. Успокоиться не помогает ни груша, ни уличная драка: цепляю какого-то парня по незначительному поводу. Слово за слово — и он на земле, умывается своей кровью, а Рид в недоумении смотрит на друга с нарушенной психикой.

В зале тренеру Джо намекают, что не хотят связываться со мной и моими кулаками. Парни считают, что я не в духе и явно не собираются помочь мне выпустить пар.

— Ты дикий совсем? — спрашивает Джо, наблюдая за тем, как я остервенело даю выход тому негативу, что у меня внутри.

Ловко ловит грушу и смотрит на меня долгим проницательным взглядом. Я сгибаюсь пополам и пытаюсь выровнять дыхание.

— Курить бросай, дымишь как паровоз, а потом задыхаешься, как мадам при родах!

Я молчу, а он только задумчиво чешет подбородок.

— Дурная кровь покоя не даёт? — ухмыляется дед. — Что с тобой происходит, парень? Распугал мне тут весь молодняк!

Что со мной происходит? Да понятия не имею. Я взвинчен, раздражён и зол. В том числе на самого себя.

Окружающие люди всё чаще жалуются на мою грубость и вспышки неконтролируемого гнева, а всё, чего хочу я — послать их куда подальше. Друзья и те не лезут сейчас с вопросами, предпочитая держатся в стороне. За что я им в общем-то благодарен…

Один паршивый день сменяется другим, а я похоже, совсем слетаю с катушек: мне всюду мерещится Роуз. Она снится мне и не желает убираться из моей головы. Безумие какое-то…

В пятницу на побережье я слышу её смех и нутром чувствую, что на этот раз — это не галлюцинация. Замечаю скамейку, плохо освещённую фонарями. И да, чутьё меня не подводит. Там моя Роуз. Весёлая и с кем-то другим. Занятно. Пока я сатанею без неё, она развлекается здесь на пляже.

Айрис пугается, потому что замечает мою неадекватную реакцию. Представляю как я смотрюсь сейчас со стороны. Глаза наливаются кровью, по лицу ходят желваки, и я уже готов убить их обоих: Онил и парня в кепке, лица которого разглядеть не могу.

Уже направляюсь к ним, готовый выпустить весь тот гнев, что накопился за прошедшие недели. Подхожу ближе… и в какой-то момент меня отпускает. Совсем рехнулся, идиот. Она здесь со своим братом.

Здороваюсь с ним, жму руку, что-то спрашиваю — отвечаю. Смотрю мимоходом на неё: гордую и красивую. И думаю о том, что не вынесу, если реально увижу эту девчонку с другим. Уничтожу, порву, сотру в порошок. И его, и её.

Может, я болен? Очень похоже на то…

А что же Роуз? Она ведёт себя непредсказуемо. Дерзит мне. С лёгкостью кидает колкие фразы в ответ, а в глазах плещется ненависть и обида. Признаю, её голос звучит уверенно и твёрдо как никогда.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Слушаю, наблюдаю, запоминаю каждое её движение. Смеюсь. Ведь она злится и ревнует, сама того не осознавая. Подозреваю, что нафантазировала себе невесть что… В сложившейся ситуации виноват я сам. Ложь всегда раскрывается, просто в моём случае — это случилось практически мгновенно.

Хочу, чтобы выслушала меня, но понимаю, что момент уже упущен, и потому даже не пытаюсь.

— Это твоя девушка? — мягко спрашивает Айрис, когда я возвращаюсь за наш столик в Родео-патио. — Если честно, ты меня здорово напугал! Ведёшь себя как безумный.

— Не ты первая говоришь мне об этом, — устало потираю виски. Головная боль стала неотъемлемой частью моей грёбаной жизни. — Ты договорилась в больнице?

— Да, мы всё решили. Толпу конечно не пустят, но несколько ребят вполне. Медсестра Грин согласилась помочь.

У моего приятеля Хью выписка на следующей неделе, что и стало поводом для встречи с Айрис. Мы готовим ему сюрприз, хотим поддержать мальчишку.

— Как он? — мне стыдно, что я не нашёл времени навестить его за последние три недели, но учитывая мою нестабильность — думаю, это даже к лучшему.

— У него сейчас довольно сложный период реабилитации. Психолога принял в штыки, — смеётся Айрис. — Заявил этой дамочке, что не позволит копаться в его голове!

Я улыбаюсь. Наверное, впервые за последнее время. Когда-то давно и меня пытались водить к мозгоправу. Отец ушёл из семьи, когда я был в том же возрасте, что и Хью, и мать переживала, что моё агрессивное поведение — своего рода последствие некой психологической травмы. Кстати говоря, ничего тогда с доктором у нас не вышло. Я откровенно издевался над ней минут сорок, после чего мы с матерью вернулись домой.

Хью… чем-то похож на меня в детстве. Он такой чудаковатый малый, что невозможно не проникнуться к нему тёплыми чувствами, даже такому мрачному и неприветливому человеку как я.

С той самой нашей первой встречи у меня возникло острое желание хоть чем-то помочь этому парнишке. Мою карму это вряд ли спасёт, и мне просто искренне приятно, что мальчишка так нуждается в общении со мной.

— Спрашивал о тебе, — задумчиво говорит Айрис, — Пообещала, что скоро ты обязательно навестишь его.

Я киваю, стряхивая пепел.

— Представляешь, сказал, что не будет возражать если ты на мне женишься, — продолжает рассказывать она. — Я сказала, что подумаю.

Я уже почти не слушаю её. Смотрю на пустую скамейку, и грудь раздирает отвратительное чувство горечи.

— Картер, у тебя какие-то личные проблемы? — осторожно интересуется девушка. Неужели у меня на лице написано, что я просрал что-то важное и абсолютно не понимаю, как это исправить. В последнее время все только и делают, что пытаются раздавать мне советы, которых я не просил.

— Мне пора, созвонимся, — прощаюсь, оставляя деньги по счёту.

Айрис расстраивается, что я ухожу так быстро, но у меня нет ни желания, ни привычки изливать душу. Зато внезапно приходит неожиданный позыв: напиться в хлам и забыться к чертям собачим. Давненько такого не было…

Оставляю свою машину в гараже, веду пса на прогулку, а потом прошу Рида за мной приехать. Он зависает у братьев Осмо, и это идеальное место, чтобы расслабиться этим вечером.

В полуподвальном помещении гремит музыка, голые девицы в сетке эротично извиваются в клетках, а неадекватный народ дёргается на танцполе.

Этот клуб принадлежит Рою и Гаю Осмо, и он по праву входит в число самых злачных местечек Блу Бэй. Потому что в этом месте дряни столько, что хватит накормить ею весь Лос-Анджелес. Исайя и тот предпочитает проводить время здесь, а не в сахарном цивильном Руно, которым управляет его папаша.