Амулет богини Бэнтен (СИ) - Льеж Ли - Страница 65

Вечером этого же дня Широ развернул игральную доску на полу своей комнаты и попросил Юки присоединиться к нему.

- Сёги? Я плохо играю. – Юки с явной неохотой посмотрел на самшитовые фигурки, но противиться не посмел.

Широ выиграл у него первую партию и почувствовал некоторое удовлетворение. Может быть, он и не совсем безнадёжен.

- Смотри, Юки, я на поле превращения! Превращаю «Колесницу» в «Королевского Дракона». Теперь тебе меня не одолеть!

- Что ж, поздравляю, - равнодушно заметил Юки.

Широ согнул ноги в коленях и обхватил их руками.

- Юки, я хочу спросить, только отвечай честно. Ты ненавидишь меня?

- Нет, - без запинки ответил Юки.

- А если я запрещу тебе жениться на Цуё, тогда возненавидишь?

- Не знаю. Думаю, что нет.

- А если я прикажу слугам выгнать её за границы Мино?

- Но ты ведь не сделаешь этого, Широ? – В глазах Юки промелькнул испуг.

- А если тебе придётся выбирать между её жизнью и моей?

- Не знаю. Не задавай таких вопросов, это нечестно!

Широ смёл фигурки с доски и сказал:

- Собери игру, мне надоело. Можешь жениться, если захочешь. Я распоряжусь, чтоб слуги начали приготовления к свадьбе.

Юки подавился словами, а Широ развернул мятый чертёж вражеского замка. Надо всё-таки закончить это задание, пока Мицуёри-сэнсей не заставил его играть ещё в какую-нибудь детскую игру.

Глава 12 ПЛАНЫ ВРАГА

Неудавшееся торжество

В замке Мино начались свадебные приготовления. По правде сказать, никаких особых действий не предпринималось, только из храма богини Инари был приглашён священник, да две швеи изготовили для Цуё скромный брачный наряд. Будучи отверженным, Юки, конечно, не мог рассчитывать на пышную свадебную церемонию, но она и ему и не требовалась. Он был счастлив, и единственным, что его по-настоящему огорчало, было хмурое настроение Широ.

Тот и не пытался делать вид, что хоть сколько-нибудь рад за друга. Он всё ещё не понимал Юки и непрестанно жалел себя. Вот что он, к примеру, будет делать, если в очередную бессонную ночь начнёт терзаться мыслью, которую срочно нужно с кем-нибудь обсудить? Широ вообще плохо спал ночами и не видел ничего зазорного в том, чтобы, растолкав Юки, заставить его полуночничать вместе с собой. Но после женитьбы Юки, наверное, не будет спать в его комнате? Придётся выделить отдельные покои им с Цуё? Но ведь тогда он уже не сможет будить Юки всякий раз, как ему что-нибудь потребуется! А если он захочет пить, кто принесёт ему воды? Сам себе он, что ли, будет теперь прислуживать?

Только после разговора с Мицуёри-сэнсеем Широ начал понимать, что потакание бесконечным прихотям господина, оказывается, не является вершиной жизненных устремлений Юки. У Юки были какие-то свои желания и надежды, не связанные с Широ. Он не говорил о них, совершенно справедливо полагая, что Широ не захочет слушать ни о чём, что не касается его лично. Юки любил друга и готов был прощать ему слабости и пороки, даже не упоминая о них, так что Широ вырос законченным себялюбцем, совершенно о том не догадываясь.

Так что стороны характера, которые Широ неожиданно узрел в самом себе, очень ему не понравились, и он решил учиться быть благородным. Первое же испытание требовало немалой выдержки: нужно было позволить Юки отдалиться. Широ решил, что выдержит его с честью: это неприятно, но и вполовину не так страшно, как потерять товарища на поле боя.

В общем, жених и невеста готовились к свадьбе, а Широ, запершись в комнате, постарался с головою скрыться в книгах. Юки, всё ещё витающий в облаках от счастья, несколько раз пытался заговорить с ним о своих мечтах, но вскоре понял, что сочувствия не дождётся. Юки хотел попросить друга о том, чтобы на свадьбу прибыла из далёкой деревни его матушка, да всё не решался. Он надеялся, что Широ сам догадается о его желании, но Широ, упивающийся своей самоотверженностью, об этом даже не подумал.

Наконец, когда до свадьбы оставалось только три дня, Юки отважился на разговор.

- Широ, хватит дуться, давай побеседуем, как раньше!

- Ну, говори.

- Ты злишься на меня?

Вот как отвечать на такой вопрос? Широ чувствовал, что лопается от злости, и ответил:

- Нет. Ещё чего. С какой стати?

- Тогда можно попросить тебя кое о чём?

- Проси. Только быстро, я занят.

Говоря всё это, Широ не поворачивался к другу лицом, Юки вынужден был общаться с его затылком.

- Можно я приглашу на свадьбу мою мать?

Рука Широ, водившая кистью по бумаге, замерла.

- Госпожу Моринага?.. Но ведь она не успеет приехать… Ты хочешь отложить свадьбу?

- Нет, но…

- Тогда почему ты не сказал мне об этом раньше? – Широ повернулся в профиль.

- Боялся, что ты откажешься.

Широ усмехнулся.

- А теперь уже не боишься?

Юки промолчал.

Широ дёрнул рукой, поставил на бумагу огромную кляксу и, тихо пробормотав ругательство, промокнул чернила рукавом.

- Всё из-за тебя!.. Хорошо, пусть кто-нибудь из охраны берёт вторую лошадь и не мешкая выезжает за госпожой Моринага. Если он поторопится, то может и успеть вернуться к свадьбе. Твоя матушка ведь умеет ездить верхом?

- Когда-то она в числе других дам сопровождала господина Райдона на охоте, - кивнул Юки. – Да, конечно, она умеет. Спасибо, Широ. Ты настоящий друг.

- Я пытаюсь быть хорошим другом, но не знаю, получается ли у меня это. Мне не с чем сравнивать. У меня никогда раньше не было друзей. – Широ огорчённо посмотрел на тёмно-коричневый след от туши на бумаге и рукаве.

- У меня тоже. – Юки присел на корточки и посмотрел на свиток, прикидывая, что можно сделать с пятном. – И не будет. Даю слово.

Вдова Моринага прибыла в самый день свадьбы, за несколько часов до начала церемонии. Почтенная дама, исхудавшая и бедно одетая, держалась с таким достоинством, что под её взглядом присмирели и будущая невестка Цуё, и сам хозяин замка Йомэй. Глядя на мать Юки, Широ снова спохватился, что забыл позаботиться о праздничном наряде для неё, но выйти из неудобного положения помог Сагара-сан. Мельком оглядев более чем скромные одежды гостьи, распорядитель наклонился к уху Широ и спросил, нельзя ли ради такого случая одолжить госпоже наряд одной из бывших жён Асакура Райдона. К великому облегчению Широ оказалось, что в замке хранятся многие сотни разнообразных одеяний, парадных и повседневных, запертых в сундуки из лиственницы, чтобы до них не добралась моль.

Быстро переодевшись в кимоно из тёмно-бордового шёлка, вдова Моринага стала выглядеть настоящей красавицей и совершенно затмила малышку Цуё в её красно-белом свадебном костюме. Широ сразу заметил разницу между природной аристократкой и простолюдинкой, не укрылось от его взгляда и то, что мать Юки, оглядев Цуё, едва заметно поджала губы.

- Какая красивая у тебя матушка! – Шепнула Цуё на ухо жениху. – И какая худая! Она не больна?

- Не знаю, - Юки с тревогой смотрел на мать. – Когда Широ стал властителем Мино, он втрое увеличил мне жалованье. Я надеялся, что теперь матушка больше не голодает. Надо поговорить с ней и выяснить, в чём дело.

Но разговор пришлось отложить на потом: почтительно поклонившись хозяину замка, вдова испросила разрешения поговорить с ним наедине, и Широ, смущаясь строгих манер гостьи, не мог ей отказать.

После случившегося несколько лет назад печального события Широ не любил парковую беседку и старался в неё не заходить, но госпожа Моринага, уверенно ориентирующаяся на территории замка, повела его именно туда. Усевшись на толстый соломенный мат, женщина сложила руки на коленях и улыбнулась Широ:

- Я вижу, вы повзрослели, Йомэй-сама.

- Благодарю вас, госпожа. Я рад видеть вас в добром здравии. Вы ведь в добром здравии?

- О да, в добром, просто я уже не так молода, как хотелось бы. Я слишком долго прослужила в свите здесь, в замке, прежде чем вышла замуж. Мино всегда была благополучной провинцией, с замужеством можно было не торопиться.