Даррелл. Тетралогия (СИ) - Мельцов Илья Николаевич - Страница 129

Среди шума, создаваемого ногами полусотни бегущих воинов, я внезапно услышал голос Ульрика. Командир северян сказал какую-то команду на своем языке, и двадцать человек замерли на месте как один. Я же, пробежав по инерции еще несколько шагов, тоже зачем-то остановился, но, поняв, что обращался командир только к своим, побежал дальше.

— Парень! — окрикнул меня Ульрик. — Погоди, разговор есть.

Завести полезные знакомства я всегда был не против, поэтому без раздумий вернулся к наемникам:

— Слушаю.

— Ты хорошо бился. Я видел, как ты спас нескольких моих людей.

— Меня твои бойцы тоже выручали не один раз, — ответил я на похвалу.

— Ты ведь с этими был? — Ульрик кивнул в сторону лагеря повстанцев, оставшегося далеко позади. — Они слабые, не выживут в последней битве. Как смотришь на то, чтобы пойти дальше с нами? Деньгами не обижу, будешь получать равную долю в добыче.

Вопрос поставил меня в тупик и ответить на него сходу я просто не мог. Слишком неожиданно прозвучало предложение. В принципе, влиться в отряд северян было бы неплохо, но это не слишком совпадало с моими текущими задачами, поэтому, после некоторых раздумий я все же ответил отказом:

— Извини Ульрик, пока не могу.

— Сегодня состоится последняя битва между Александром Орловым и каспийцами. Мы взяли плату и теперь скованы контрактом, поэтому будем защищать столицу до тех пор, пока не падет купол, а затем мы уйдем.

— Понял, я ценю твое предложение, Ульрик. Спасибо.

— Удачи в бою. Я так и не узнал твое имя.

— Даррелл.

— Пусть ветер всегда дует тебе в спину, Даррелл, — отсалютовал кулаком Ульрик.

Попрощавшись с северянами, я покинул их и двинулся дальше — туда, где на центральном тракте, ведущем в столицу, собралась основная масса людей. Мне нужно было найти Ершова или Игоря, если он все-таки выжил в мясорубке сражения.

Чем ближе я подходил к толпе взволнованных людей, тем чаще замечал последствия, проигранной битвы: людей, прижимающих к себе кое-как перебинтованные руки, матерящихся офицеров, пытающихся навести хотя бы подобие порядка в разбитом войске, горожан, испуганно выглядывающих из своих домов.

Тяжелораненых людей я почти не видел — их просто не смогли вытащить с поля боя, но вот легких травм, порезов и ожогов насмотрелся до дурноты. Но даже не это было самым плохим — в воздухе витал страх. Жители столицы боялись. Боялись до жути, до дрожи в коленках. Уверен, многие, уже убегали из столицы, не надеясь на победу князя Орлова.

Чем дальше я пробирался, тем дисциплинированнее становились бойцы вокруг меня. Армия, какая бы она не была, все же не позволяет людям в экстремальных ситуациях впадать в панику. Командиры батальонов и взводов уже наводили порядок, кое-как собирая толпу обескураженных солдат в нечто похожее на воинские отряды. Повсюду слышалась ругань, крики, раздавались зуботычины.

Дворяне также начали организовываться. Лейтенанты, капитаны, пару раз я даже видел несколько полковников. Все эти люди постепенно перетасовывали разбитые группы, формируя из них новые боевые отряды.

Ершова мне все-таки удалось отыскать хоть и далеко не сразу — видимо они бежали с поля боя позже. Шныряя в толпе военных, уворачиваясь от солдат и офицеров, я заметил знакомые одежды повстанцев, а дальше пошел на звуки брани и криков.

Савелий собрал вокруг себя остатки повстанцев и сейчас выслушивал много «лестного» в свой адрес. В чем только его не обвиняли: и в том, что он обманул людей, и в том, что по его вине погибли многие бойцы. Послушав людей, складывалось ощущение, будто именно их новый лидер был виновен в проигранной битве.

Любовь людская слишком переменчивая штука. Уговоры Ершова не могли успокоить взбешенных людей, и дело дошло бы до кровопролития, если бы не вмешавшийся в начинающуюся потасовку отряд военных. При их появлении, крикуны как-то резко замолкли, и дальше диалог проходил в более спокойной обстановке.

— Почему князь не участвовал в битве? — раз за разом звучал вопрос.

— Не знаю, — терпеливо отвечал Ершов, — но он сейчас здесь в столице, и наверняка готовится дать отпор врагам.

— Нас тут всех перебьют! Зачем ты нас сюда привел?! — кричал другой.

— Да! — поддержали его. — Надо было сразу уходить!

— В Миргороде есть стационарный артефакт, его просто так не пробить. Ничего еще не потеряно.

Подобные перепалки звучали еще очень долго, но в итоге Савелию все-таки удалось немного успокоить людей. В ход пошла и лесть, и уговоры, и напоминания о достойной награде, ждущей каждого повстанца. В конце концов от Ершова отстали, и он наконец слез с бочки, выступавшей ему в роли трибуны.

— Савелий, — обратился я этому уставшему, изможденному человеку. — Ты обещал узнать адрес.

— Тебе это надо прямо сейчас? — вздохнул Ершов.

— Да.

— Храмовая улица, пятый дом от колокольни. Большим помочь пока не могу. Все наши люди здесь, если мы победим, найди меня, посмотрим, что можно сделать.

Поговорить дольше с Ершовым не получилось — вокруг нас собралось слишком много народа, желающего перекинутся с Савелием парой слов.

А тем временем все больше и больше людей скапливалось в пригороде на главном тракте, ведущем в столицу. Дворяне, мечники, наемники, кого тут только не было, и вся эта масса ждала, что же произойдет дальше. Остатки армии готовились защищать Миргород.

Громкий хлопок в небе заставил нас поднять голову в поисках новой напасти, но, как оказалось, звук означал лишь то, что стационарный защитный артефакт включился в работу. Город накрыл купол, а спустя полчаса на горизонте показались знамена Каспия.

Враги не спешили. Зачем, если столица Орловского княжества осталась практически без защитников, а пробить купол — дело времени. Магам требовался отдых, чтобы восполнить запасы энергии. Поэтому войско остановилось за пару километров от окраин Миргорода, и вскоре мы заметили отблески костров — Каспийцы разбили лагерь. Штурм на какое-то время откладывался.

Понять издали, сколько именно людей осталось у противника, было очень сложно. По приблизительным прикидкам не меньше трех тысяч. По земным меркам — крохи, такое количество бойцов даже армией называть смешно, вот только эти три тысячи человек являлись боевыми магами, способными в одиночку уничтожить сотни простых людей. И не позднее чем через пару часов все эти маги будут штурмовать город. Очень сомневаюсь, что каспийцы откажутся от идеи захватить столицу. Понять бы только, сколько у нас осталось времени. Если судить по себе, то магам потребуется как минимум три-четыре часа на восстановление, а значит вряд ли атака начнется раньше.

Тратить впустую отведенные мне часы, категорически не хотелось. Зачем ждать у моря погоды, если можно потратить время с пользой. Теперь у меня есть адрес, куда не мешало бы наведаться. Велика, конечно вероятность, что Обрезков по своей трусливой натуре уже слинял из города, но проверить, так это или нет, мне ничего не мешало. К тому же, другого шанса поквитаться с этой мразью, могло и не представиться.

До щуплого беловолосого юноши, одетого в обычную одежду, но со шпагой на поясе, никому не было дела. Ну бежит куда-то юный аристократ, вот и пусть бежит, у людей своих проблем хватало — в столице постепенно начиналась паника. Многие жители понадеялись на могущество князя и его армию, поэтому до последнего не решались оставить нажитое добро. Теперь же, они лихорадочно собирали вещи, надеясь спасти хоть что-то.

У испуганного мужичка, тащащего куда-то мешок муки, мне удалось узнать, что храмовая улица располагалась в центральном районе Миргорода. Добраться туда труда не составляло — дороги пока не были перекрыты, так что через полчаса я уже разглядывал указатели, прикрепленные к домам, в поисках нужного адреса.

Большой двухэтажный особняк, в котором проживал Нестор, хоть и старался выделиться среди таких же солидных строений изящными барельефами и вычурной лепниной, все же мало чем отличался от остальных таких же претенциозных зданий.