Даррелл. Тетралогия (СИ) - Мельцов Илья Николаевич - Страница 243

* * *

К концу августа книги Рейно были практически зачитаны до дыр. Я почти не ел, не отдыхал, спал урывками и постепенно начал напоминать бледного, как смерть, призрака с огромными темными кругами под глазами. Наверное, выглядело это довольно устрашающе, потому что некоторые слуги с трудом скрывали дрожь, находясь рядом со мной, бросая испуганные взгляды на своего правителя. В итоге, мое состояние начало напрягать даже близких людей, и Маркусу пришлось буквально вытаскивать меня из этого информационного запоя.

После очередного едва ли не суточного марафона в астрале я вынырнул в реальность, ощущая жуткую головную боль, и увидел в своем шатре крайне недовольного друга.

– Даррелл, ты себя угробишь скоро. Я тебе серьезно говорю. Был у меня один знакомый – тоже наемник, давно еще, так вот он очень любил маковое молочко. До того любил, что мог едва ли не каждый день его пить. И ты сейчас выглядишь ровно так же, как этот самый знакомый, перед смертью – бледный, страшный и глаза безумные. Завязывай, тебе говорю! Когда ты последний раз ел?

– Не помню, – ответил я честно.

– Я так и думал. Жди минуту, сейчас еду принесут, только не уходи в транс снова! Ты меня слышишь?

– Постараюсь.

Минуты не прошло, как стол в шатре начал буквально ломиться от еды. Слуги, удерживая в руках сразу несколько блюд, быстро заходили, оставляли свою ношу и тут же убегали за новой порцией еды и питья.

– Куда столько? – я с удивлением смотрел на то, как поверхность стола исчезает под натиском многочисленных тарелок, блюдец и стаканов.

– Нормально, – отмахнулся Маркус. – Ты же совсем вкус к жизни потеряешь со своей магией. Вообще перестал расслабляться.

– Это вынужденная мера. Я боюсь, что не смогу остановить Алена. Этот враг на голову сильнее всех, кто пытался захватить княжество.

– А мне кажется, что дело не только в этом, – Маркус уселся на подушку, схватил вилку, подцепил жареную тушку перепелки и начал смачно обсасывать кости.

– Возможно, – согласился я. – Магия затягивает. Когда ты чувствуешь, что в твоих силах находится чистая и безоговорочная мощь, это пьянит.

– А я что говорил. Вот не было бы меня и все – пропал бы человек, с голоду бы помер. Цени!

– Не переживай, – усмехнулся, – ваш с Айвином вклад сложно переоценить. Как там жрецы, кстати?

– Да что с ними станется? Идут потихоньку через границу, рассасываются по городам. Пока, вроде, с ними нет проблем, но нужные люди за ними присматривают. Некоторые жрецы, между прочим, просятся в солдаты.

– Обойдутся. Все равно расширять армию не имеет смысла. Следующая драка будет последней на долгое время.

– С чего бы?

– Ален Фобер перебил почти всех князей на западе и востоке, а нас оставил на сладкое, так что скоро просто некому будет воевать. Да и вряд ли в предстоящей драке простые маги будут хоть что‑то решать. Поэтому‑то Маркус я и пропадаю сутками в астрале, другого способа остановить Фобера нет.

– А может к нему убийц подослать? Или налет устроить, когда они на ночевку встанут?

– Не получится. Если книги не врут, то Ален – уже не совсем человек.

– Не понял?

– Ты ведь помнишь легенды о том, что Четверо были когда‑то людьми, но затем вознеслись и стали богами? Это не легенды. Все так и произошло, и скорее всего, история начинает идти по кругу. Каждое использование высших заклинаний меняет тебя, а прямое столкновение с равным противником многократно ускоряет этот процесс. Так что Алена уже не получится отравить или заколоть.

– А тебя? – внезапно спросил Маркус.

– Скорее всего тоже, – ответил я и решил продемонстрировать другу кое‑что из того, чему научился за последнее время.

Небольшое мысленное усилие, и мое тело медленно отрывается от кресла, зависая в метре от пола. Со стороны Маркуса слышен тихий мат. Чтобы еще сильнее удивить друга, я телекинезом поднимаю со стола нож и направляю его себе в грудь. Кусок металла, разогнанный до приличной скорости, пролетает мое тело насквозь, а мат Лоренсона становится еще громче.

– Что‑то ты меня начинаешь пугать, командир, – высказался Маркус, когда я приземлился на кресло. – Жутковато это все выглядело. Я прям мурашками покрылся.

– Вот поэтому я и говорю, что Алена вряд ли получится убить мечом или ядом. Только магия.

– Уверен, у тебя все получится. Я таких фокусов, какие ты сейчас делал, ни разу еще не видел.

– Ты правильно сказал – это фокусы, не больше. Таким Алена не удивить. Он наверняка очень силен. Человек, завоевавший почти всю Европу, просто не может быть другим, но у меня есть пара сюрпризов для него.

– А может договориться с ним? Ну зачем ему этот север? Тут леса, камни и зима такая, что деревья лопаются от мороза. Пусть себе правит на югах, объединит под своей властью всю Европу и жизнью наслаждается.

– Да ему не столько север нужен, сколько драка со мной. Ты недавно говорил про маковое молочко, так вот – изначальная магия и высшие заклинания для нас как наркотик, и отказаться от него очень сложно, а максимальное наслаждение ты получаешь именно в драке. К тому же сражения с равным по силам магом дает очень неслабый толчок для развития способностей. Укрепляется связь с астралом, становятся толще энергетические каналы.

– То есть драка неизбежна?

– Все так. Ален придет сюда, и произойдет это очень скоро.

– Ну да, он сейчас в восточных княжествах. Орловское, кстати, неделю назад пало. Фобер вроде даже не задержался там особо, завалил Георгия Орлова и дальше двинулся.

– А я ведь помню этого Георгия, он как‑то к нам в интернат приезжал – малоприятный тип.

– Ну и пес с ним тогда, – усмехнулся Маркус и ухватил один из бокалов, где уже плескалось вино, – предлагаю сегодня напиться, как тебе такая идея?

– Знаешь, – задумался я, – а почему бы и нет.

* * *

В княжество Камерон, как и на весь север пришел сентябрь, а война, что разорила десятки княжеств и королевств, так и не добралась до наших краев. Крестьяне смогли собрать пусть не самый богатый, но урожай, города и села не пали под ударами вражеской магии, а люди с неким, пока очень робким, оптимизмом смотрели в будущее.

Да, в княжестве было очень много лишних ртов, но зиму мы должны пережить. По отчетам Эдвина запасов провизии пусть и впритык, но хватало до весны, и если я смогу отразить нападение Фобера, то все – других противников на горизонте не наблюдается, и можно будет наконец вздохнуть спокойно. И пускай где‑то в Америке, Азии и Африке найдутся свои покорители мира, нас пока это не касается. Когда они еще доберутся до нашего северного захолустья? Как минимум год у меня есть в запасе, а за это время вполне можно подготовиться к любым неприятностям. Осталось только выжить и победить.

По словам беженцев и жрецов, которые продолжали идти на север, Ален все еще находился в восточных княжествах, магией и сталью уничтожая любые очаги сопротивления, но не было ни малейших сомнений, что вскоре он обратит внимание на Камерон и меня, соответственно. Через месяц начнутся первые серьезные заморозки, а в ноябре здесь уже во всю будет царствовать зима, так что тянуть Фобер не станет.

Мои мысли вскоре подтвердились. В середине сентября стало известно, что покоритель Европы, император Ален, как он себя назвал, отправился завоевывать север. Число беженцев у нашей границы сразу же пошло на убыль. Пускай мы почти никого не пускали, но народ все равно пытался пробиться в безопасные земли, однако новость о наступающей армии Фобера резко сократила количество людей у кордонов – никто не хотел оказаться на пути у воинственного короля.

К концу месяца армия противника достигла границ нашего княжества, но оказалось, что армией ее можно назвать лишь с огромной натяжкой. Скорее уж крупный военный отряд численностью около четырех сотен человек. Алену не было смысла тащить с собой кучу народу – их и прокормить сложнее и скорость движения падает. К тому же, я был почти уверен, что цель короля – не столько захват княжества, сколько победа надо мной. Какой смысл пытаться завладеть еще одним куском земли, когда ты по силе практически стал равен богам? Уверен на все сто – если Ален победит, он просто уйдет. Возможно, разграбит пару приграничных городов, но долго на севере задерживаться не станет – нечего тут зимой делать. Впрочем, это вовсе не означало, что меня устраивал такой расклад.