Так нестерпимо хочется в Питер (СИ) - Лакина Ирина - Страница 19

Очнувшись от звука резкого торможения, Роман пригнулся, чтобы рассмотреть в окно станцию. Оказалось, что он проехал только две остановки, хотя по его ощущениям прошло не меньше часа.

Только сейчас он вспомнил, что на нем арендованный костюм, который необходимо сдать обратно в бутик сегодня вечером.  Решив, что продолжение поездки окончательно добьет дорогую ткань, он решил пробиваться сквозь толпу к выходу.  С трудом успев выскочить до закрытия дверей из вагона, он, наконец, осмотрел себя снизу до верху. Низ брюк был безжалостно покрыт густым слоем пыли, а ботинки хранили на своей поверхности следы чьих-то ног. Рукав пиджака с правой стороны был смят, а на левом обнаружился яркий отпечаток красной помады. Не хватало нескольких пуговиц. Это был кошмар. Единственное, что могло его спасти – прачечная, на которую не было денег.

С трудом совладав с чувством гордости, он набрал номер Макса.

— Да, — голос друга на этот раз звенел от радости.

— Макс, займи денег. — Роман решил сразу перейти к сути вопроса.

— Без вопрр-осов, б-брат! — очевидно, что Макс был пьян. — Подъезж-жай к нам, м-мы там же, в До-о-остоевском.

Закончив говорить, Макс звучно икнул в трубку, сопроводив это действие заливистым смехом. Роман поспешил убрать трубку телефона от уха, опасаясь за свои барабанные перепонки.

— Буду через полчаса.

— Ждем-с. — Макс снова икнул и, забыв нажать отбой, начал о чем-то ворковать с незримым собеседником. Роман положил трубку.

Другого выхода не было. Нужно было ехать обратно. Он перешел на противоположную сторону платформы и сел в поезд, на этот раз полупустой.

Добравшись через четверть часа до уже знакомого здания пафосного ресторана, Роман несколько секунд постоял перед дверью, еще раз осмотрел свой уже далеко не идеальный вид, затем решительно открыл дверь.

Все тот же расторопный официант, увидев странного гостя, лишь слегка повел бровью.

— Позвольте, я провожу вас к вашим друзьям. — Он слегка наклонил голову и указал рукой направление движения. Роман кивнул.

 Подойдя к столику, он почувствовал крепкий запах спиртного. На столе стоял высокий кувшин с русской водкой, окруженный щедро заказанной закуской.  На свободных от блюд и рюмок местах в хаотичном порядке лежали какие-то бумаги, папки и набор печатей.

— А, вот и он! Наш беглец! — Макс, увидев друга, попытался привстать со стула, но степень его опьянения достигла той стадии, когда тело уже не слушается своего хозяина. Вздохнув, Макс с грохотом опустился обратно на свой стул.

— Вечер добрый! — Роман подал ему руку, краем глаза рассматривая его собеседника —большого, тучного мужчину с лоснящимся подбородком, высокой залысиной и крепким набитым животом, на котором едва не трещала по швам дорогая рубашка. От мужчины шел шлейф запахов: дорогой парфюм, запах жареной рыбы и водки.

— З-з-накомься! Альберт Борисович! Альберт Борисович   — это Роман, наш партнер!  Ой, пардон, уже не нн-наш. — Макс звучно загоготал. Роман повернул голову и протянул руку незнакомцу.

— Рад знакомству. Роман!

Альберт Борисович слегка улыбнулся, оголив пару золотых зубов,  и крепко сжал его ладонь.

— О-очень смышленый малый! — Макс расплылся в улыбке.

— Если такой смышленый, чего ж тогда вывел его из бизнеса? — Альберт Борисович взял со стола кусок буженины и быстро отправил его в рот, издавая при этом громкие звуки.

 Роман решил не дожидаться пьяной исповеди от Макса и сам ответить на этот вопрос.

— Потому что влюбленный. Любовь зла, как говорится….

Мужчина прокашлялся и понимающе закивал головой.

— Что, все так серьезно? — Он жестом пригласил его присесть.

— Боюсь, что да… — Роман кивнул ему в ответ и осторожно присел на край стула.

— Макс, налей товарищу. — Альберт Борисович бросил властный взгляд на молодого человека и поближе подвинул свой стул к Роману.

— А что, раз друг говорит, что ты толковый, возможно, ты мне сгодишься? — Мужчина беспардонно положил свою широкую и тяжелую руку на плечо Романа.

— Эм-м-м, в смысле? — Роман резко опрокинул налитую Максом рюмку жгучей водки.

— Да вот парня ищу толкового, чтобы в технике разбирался. Ты как, с начинкой железных коней дружишь?

 Алкоголь разлился по сосудам Романа, освободив дыхание и успокоив сердцебиение.

— Вполне. С 12 лет ковыряюсь. Последние три года в сервисе с Максом починяем.

— Отлично. А в большегрузах как? — Альберт Борисович пронзительно впился глазами в Романа, отчего тот немного поежился.

— Да пока не сталкивался, но не думаю, что там есть что-то, что мне не по плечу.

— Ну и отлично.  — Мужчина больно похлопал Романа по плечу, явно не соизмеряя силу своего удара с ожидаемым эффектом.  Его рука потянулась к кувшину с водкой, остатки которой он вылил в свою стопку. Через секунду жидкость уже была уничтожена.

— Мне нужен дельный и надежный парень. Я открываю новое направление в бизнесе — аренда строительной техники, сам за всем не успеваю. Ключевое требование тут — надежный, сечешь? — Он впился в Романа жестким взглядом, которым вполне мог бы убить. — То, что ты толковый, я вижу, а вот как насчет надежности? Некрасиво ты друга сегодня подставил. — Альберт Борисович кивнул головой в сторону Макса, который внимательно вслушивался в этот разговор.

— Я подвел, не спорю.  Но судить о моей надежности по одному случаю за три года нельзя. — Бросив эти слова, как упрек Максу, который потупил глаза, Роман продолжил. —  Я готов на деле доказать свои способности. К тому же, если бы вы не увидели во мне того, что вам нужно, вы бы не завели этот разговор, не так ли? — Он хитро прищурил глаз и посмотрел на Альберта Борисовича.

— Ну, ты пройдоха, точно говоришь! Я в тебе сразу заприметил хватку и смекалку. — Мужчина откинулся на спинку стула и звучно засмеялся. — Ну, тогда решено, по рукам! Беру тебя, зеленого, управляющим. Пахать будешь много, денег на первых порах получать мало. Зато опыта от меня унесешь три чемодана, как бы не надорвался. Согласен?

У Романа что-то зажгло внутри, как будто его сущность в данную минуту получала второе рождение. Приятные мурашки побежали по коже. Он невольно улыбнулся, не удержавшись от того, чтобы с усмешкой посмотреть на Макса, у которого от услышанного округлились глаза.

— Согласен, я вас не подведу!

— Вот и чудненько. Жду тебя завтра в 8 утра у себя в офисе, на Ветеранов.  Держи визитку. Там точный адрес и мои телефоны.

 Роман взял визитку и бережно спрятал ее во внутренний карман пиджака.

— Я буду.

— Макс сказал, ты денег занять хотел. Не буду спрашивать на что. Держи вот, аванс. — Альберт Борисович, немного покряхтывая, засунул руку в задний карман брюк,  достал оттуда несколько тонких, хрустящих, новеньких купюр и протянул их Роману. — Сбежать с баблом не выйдет, я тебя из-под земли достану. Так что не думай.

Роман, все еще не до конца верящий в происходящее, взял купюры со стола.

— Я не из любителей халявы.

— Тогда до завтра. Иди давай, а нам с Максом еще нужно пару бумаг обсудить по аренде.

Роман понял намек и, встав из-за стола и откланявшись, быстрым шагом покинул ресторан.

В голове было шумно.  На душе одновременно радостно и страшно.  Зато теперь наверняка все сложится. Будет работа — будут деньги. Значит, он сможет привезти Алису.  От мысли о ней в его груди приятно потеплело. Он вдохнул вечерний питерский воздух и, довольный собой,  неспешно  уже направился домой.

Глава 19

Ему не спалось. Неожиданно сваливавшаяся на него удача в лице Альберта Борисовича рисовала в его воображении фантастические сцены из голливудского кино. Вот он — стильный, в дорогом костюме, с огромным букетом пионов (розы — так банально) — стоит возле своего железного коня с узнаваемым значком льва, вставшего на дыбы, на решетке радиатора.  Он периодически смотрит  на новенькие «Rado» за 7 штук (у.е., конечно) на своем запястье, дожидаясь ее поезда. Она выходит из вагона в том самом чудесном платье с голубыми отливами, ее волосы развеваются на ветру, пропуская сквозь локоны редкие лучи солнца, отчего ее лицо озаряет свет. Она улыбается ему глазами, влажными от подступающих слез, и бросается в его крепкие объятия. Затем он провожает ее к машине. Он держит руль одной рукой, а вторая крепко сжимает ее руку, влажную от волнения. Он привозит ее в свою квартиру на 22 этаже новой многоэтажки и, едва ступив за порог гостиной, набрасывается на нее со страстью испанского тореадора, безжалостно уничтожая голубой шелк ее наряда.