Цикл «Рождённый магом». Компиляция. Романы 1-14 (СИ) - Мэннинг Майкл Г. - Страница 299

Он осторожно следил за выражением моего лица:

— А если я откажусь?

— Тогда я прикажу высечь тебя за неповиновение, и заменю тебя. Мы, может, и друзья, но я не могу позволить своим людям игнорировать мои приказы, — просто ответил я.

Чад улыбнулся:

— Они будут охотиться менее чем через час.

— Отлично, — ответил я. — Ты ещё не обедал?

— Нет.

— Пойдём, поедим вместе — все остальные сегодня заняты, а я предпочёл бы обедать с другом, — сказал я ему.

— Разве трапезы не считаются формальными собраниями? — подал он мысль. Он намекал на то, что Главный Егерь обычно не ел за высоким столом.

Я фыркнул:

— Сегодня — нет. Завтра будет более чем достаточно формальностей, — хлопнул я его по плечу, после чего мы отправились в главный зал.

Глава 18

Следующим утром я спал допоздна, пока Пенни не выгнала меня из кровати на завтрак. Но даже это она отложила до девяти, что для нас было довольно поздним временем. Завтрак был в нашей семье чем-то вроде священного ритуала. То, что я был важным дворянином, наложило на меня самые разные ограничения и обязанности, которые имели тенденцию ограничивать мою способность проводить время с женой и детьми, но завтрак был тем местом, где Пенни провела черту.

Обед и ужин обычно ели в главном зале, и даже если у нас не было каких-то особых гостей, это всё равно происходило прилюдно. Обед и ужин никогда не были просто трапезой. Мы были символом. Но завтрак — другое дело. Он был только для нас. Пенни готовила, а мы с детьми ели вместе, в нашем тихом домике в горах. Каждый день завтрак длился недолго, но в это время мы могли притвориться обычной семьёй — мы ели и иногда смеялись вместе. Ну, в моём случае, учитывая то, как рано мне приходилось вставать, я часто ел и ворчал.

Это утро не было исключением. Я был в необычайно хорошем настроении — скорее всего потому, что нашёл вчера в Чаде Грэйсоне подлинного друга. Мы с ним быстро поладили, несмотря на трудное начало наших отношений. В итоге я улыбался, и корчил рожи, развлекая детей во время еды.

— Ты сегодня кажешься очень счастливым, — сделала наблюдение Пенни.

Мой рот был набит, с варёным яйцом за каждой щекой, поэтому ответить было немного трудно.

— Неужэвэ? Фы фоже фавэвша шашвывой, вовохая! — ответил я. Моя искажённая речь вызвала истерический смех у Коналла и близнецов.

Пенни улыбнулась:

— В прошлые годы сегодняшний день был единственным, когда я могла почти гарантировать, что ты будешь в плохом настроении. Приятно видеть, что ты наконец расслабляешься.

Я выплюнул одно яйцо, и быстро доел второе. Не судите меня по моему умению вести себя за столом — я был вынужден вести себя прилично и с достоинством большую часть каждого дня. Освободив рот, я ответил ей:

— То же самое я могу сказать про тебя. Обычно во время праздников ты волнуешься как курица-наседка.

Моя прекрасная жена на секунду приняла задумчивый вид, прежде чем ответить:

— Ты прав. Я думаю, что, возможно, грозящее нам на следующей неделе нападение заставило меня по-другому взглянуть на мелкие поводы для беспокойства. Я твёрдо намерена получить от праздника удовольствие.

— Ты не думаешь, что к этому имеет какое-то отношение вот эта штука? — спросил я, указывая на её меч. Она теперь постоянно держала его под рукой, и сейчас он висел на крючке рядом с духовкой.

— Эта штука, возможно, также вносит свой вклад. Мне её не хватало с тех пор, как мы разорвали узы, — честно сказала она. На самом деле мы говорили не о мече, а скорее о силе, которой она лишилась, когда мы разорвали узы между нами годы назад. Она продолжила регулярно упражняться с оружием, но без силы и скорости, которые она получала от уз, Пенни всегда ощущала себя жалким подобием себя-прежней. Узы земли всё это изменили.

— Чего Маме не хватает? — внезапно спросила Мойра. Как обычно, она тщательно следила за разговором. Мальчики, Коналл и Мэттью, больше интересовались попытками повторить моё достижение с двумя варёными яйцами.

— Ничего, дорогая, — мгновенно ответил я, пытаясь чисто по привычке подавить её вопрос.

Однако Пенни, судя по всему, была в настроении ответить:

— Моей силы, душа моя… Твой отец вернул мне силу, которая была у меня раньше, когда я была его телохранителем, — ответила она. Мы неоднократно рассказывали детям истории тех лет, что были до их рождения.

— Как Дядя Дориан?! — возбуждённо вставил Мэттью. Очевидно, он был внимательнее, чем я думал.

Мойра была слегка выведена из себя его дерзкой мыслью:

— Нет, она не может быть настолько сильной. Дядя Дориан — самый сильный человек в мире.

— Ну, в таком случае, я готов поспорить, что она почти не уступает… — начал я, но они увлеклись.

Коналл подал голос:

— Я думаю, что Папа — самый сильный человек в мире.

— Магически, — очень невозмутимо проинформировал его Мэттью, — но физически Дядя Дориан, наверное, самый сильный.

— Если Мама и Папа подерутся, как думаете, кто победит? — сразу же спросил Коналл. Как и ожидалось, ребёнок задал самый неудобный из возможных вопросов. Я смущённо улыбнулся Пенни.

Мэттью серьёзно обдумал вопрос с секунду:

— Наверное, Папа, против магии особо ничего не сделаешь. Он может поджечь её, или что-то типа этого, ещё до того, как она вообще к нему приблизится.

— Ха! Да ты ничего не знаешь! — встряла Мойра. — Мамы обладают секретным оружием. Не важно, насколько Папа могуч, она всегда может его победить, — заявила она. Теперь уже Пенелопа смотрела на меня вопрошающим взглядом. Она явно раздумывала, не вложил ли я в голову нашей дочери какие-то странные идеи. Я сразу же отрицательно покачал головой.

У Мэттью разыгралось любопытство:

— Что это за секретное оружие?

Его сестра посмотрела на него, задрав нос, оттачивая свой высокомерный взгляд:

— На днях я слышала, как о нём говорили горничные, когда не думали, что я их слышу. У леди есть что-то, без чего их мужья жить не могут.

— Что? — спросил Коналл.

— Я не уверена, что это, но называется это п… м-м-мх!? — начала Мойра, но её слова были внезапно оборваны, когда Пенни закрыла ей рот рукой.

— Пока хватит, дети. Мальчики, помогите своему отцу помыть посуду. Мойра, идём со мной… нам надо немного поговорить, — с проворной эффективностью сказала Пенни. Встав из-за стола, она за руку повела свою дочку прочь.

Я не мог удержаться от широкой улыбки, когда они ушли, что, естественно, сильно распалило любопытство Мэттью. Он хорошо понимал — что-то осталось недосказанным.

— Что с ними такое? — спросил он меня.

Я взял яйцо, которое прежде отложил, и осторожно съел его, обдумывая вопрос своего сына. Вскоре я ответил:

— Потом объясню.

— Но Пап…! — заныл он.

— Не ной, а то будешь мыть посуду один, — сказал я ему. После этого он заткнулся.

День прошёл быстро, и большую его часть мне нечем было заняться кроме как хорошо выглядеть и выставлять себя напоказ. За прошедшие годы я выдрессировал свою улыбку для многих подобных случаев, и теперь она казалась почти такой же подлинной, как моя настоящая улыбка, хотя я был уверен, что мои близкие друзья могли их отличить.

Одной замеченной мною мелочью было то, что все Рыцари Камня, похоже, были облачены в полный доспех, с оружием наготове, и трезвые взгляды людей, которые не выпили ни капли. Обычно я этого не приметил бы, но, учитывая мою вчерашнюю дискуссию с Дорианом и Сайханом, я был более внимательным. Никто из моих рыцарей не был особо склонным к пьянству, но на праздник можно было бы ожидать, что они отведают часть обильного потока вина и эля.

Я упомянул об этом факте при первой же возможности, которая выдалась мне ближе к концу дня. Дориан и Сайхан тщательно избегали меня. Я поймал Сайхана в коридоре после того, как намеренно выследил его. Трудно избегать человека, который может точно определить твоё местоположение в радиусе пары миль.