Цикл «Рождённый магом». Компиляция. Романы 1-14 (СИ) - Мэннинг Майкл Г. - Страница 838

— Ты можешь её найти? Спросить…

— Она мертва, — сказал Сайхан, перебивая его. — Она умерла от рук шиггрэс, во время похищения Графини.

— О. — Грэм помнил эту историю. Его отец пытался спасти её, и его взяли в плен вместе с Графиней. О женщине, предводительнице похитителей, не рассказывали почти ничего, но похоже, что она была одной из любовниц Сайхана. «Что мне сказать человеку, у которого брат, дочь, и прежняя любовница все участвовали в попытках похищения членов семьи Графа? Что у него вообще раньше была за жизнь?

— Ты убил Т'лара, — заявил Сайхан, глядя прямо на Грэма.

— Да, Зайхар.

— Расскажи, как именно.

Грэм описал их бой, как Т'лар победил его, не убивая, как он попросил Алиссу убить его, и как Грэм использовал Шип, чтобы застать его врасплох. В конце он добавил тот факт, что срубил голову умирающему человеку.

— Мой брат был глупцом, — просто сказал Сайхан. — Ты проявил доброту, убив его быстро.

Грэму стало неуютно. «Я только что сказал ему, что я убил его брата, а он меня поблагодарил».

— Волнуешься, что я затаю обиду? — подал мысль Сайхан, прочитав выражение его лица. — Не затаю. Т'лар сам сделал свой выбор. Будь я там, я бы сделал то же самое.

— Ты смог бы убить собственного брата? — Эти слова сорвались с его губ прежде, чем Грэм осознал, что именно говорит.

— Я делал вещи и похуже, — ответил Сайхан. — Т'лар не зря меня ненавидел. У него была хорошая причина называть меня «предателем».

— Почему?

— Ты не рассказал мне обо всём, что тебе сказал Т'лар, — прямо сказал Сайхан, игнорируя вопрос. — Но я не желаю это слышать. Ты сказал, что он был учителем моей дочери, и я знаю, что именно это значит. Я рад, что ты его убил.

Слова Т'лара снова прозвучали у Грэма в голове: «Я научил её драться, и я научил её ебаться». Он также вспомнил слова Алиссы насчёт её детства: «Мне было двенадцать». От этих мыслей у него сжались кулаки.

Сайхан понаблюдал за его лицом, а затем продолжил:

— У моего учителя было три ученика. Я был старшим, а мой брат Т'лар был вторым учеником. Третьей… — На секунду голос застрял у здоровяка в горле.

— Третьей?

— Третьей была моя сестра. Она была на пять лет моложе меня, её звали Джазмин. Я убил своего учителя, когда мне было семнадцать.

Грэм уставился на старшего рыцаря с раскрытым ртом. «И Т'лар также назвал твою дочь Джазмин… Это же отвратительно!».

— Я… это…

Старый воин отвёл взгляд, повернувшись к Грэму спиной, чтобы скрыть своё лицо:

— Я не буду оплакивать смерть моего брата.

— Твоя сестра выжила? — спросил Грэм.

— Она была убита, в качестве урока для меня, за то, что я вмешался.

«А потом ты убил своего учителя», — подумал Грэм. Ему были любопытны подробности, но природа этой истории была слишком ужасна, чтобы совать в неё свой нос.

Они ещё немного прошли, связанные молчанием. Они остановились, достигнув той стороны стен, которая была обращена не в Уошбрук, а граничила с широким полем, тянувшимся вдаль, к лежавшему за ним лесу. Ветер и лунный свет на высокой траве создавали иллюзию того, что они смотрели на широкий водоём.

— Расскажи мне о моей дочери, — тихо сказал Сайхан.

— Ты встречался с ней, пока она была здесь…

— Я почти не обращал внимание. Едва замечал её присутствие. Я многое потерял в жизни. Теперь я потерял что-то, даже не зная об этом. — В его голосе звучали грубые нотки.

— Она была сильной, — сказал Грэм. — Это было первым, что я заметил. Практичной, уверенной, и сильной.

— Как она выглядела?

— Ты её видел.

— Но я не смотрел, — с ударением проворчал Сайхан. — Я едва могу вспомнить её лицо. Скажи мне, что ты видел.

— У неё была гладкая кожа, темнее моей, но не совсем твоего оттенка. Её глаза были тёмными, мягкими по краям, и они всегда содержали какой-то свет, будто она смотрела на мир, и видела что-то, что я упускал… — Грэм говорил ещё некоторое время, пока больше не мог продолжать, а потом они молча смотрели на траву.

Следующим утром Грэм поднялся пораньше, и сразу же после завтрака присоединился к Графине, выйдя с нею во двор. Там она их остановила, и они принялись ждать.

— Она летит сюда? — спросил Грэм.

Пенни кивнула:

— Да.

— Как вы с ней говорите?

— К этому нужно привыкнуть. Я слышу её здесь, — постучала она себе по виску.

— Мэттью и Мойра тоже так могут, — сказал Грэм.

— Для них это почти естественно, — сказала Пенни. — Они это делали с тех пор, как обрели свои силы. Меня это всё ещё сбивает с толку.

— Они теперь могут и со своими драконами так говорить, — прокомментировал Грэм. — Интересно, а не получается ли неразбериха, когда в голове так много голосов.

— Они могут говорить и с Лэйлой, — сказала Пенни, — не только со своими.

— Думаю, я бы сошёл с ума.

— Мойра говорит, что это вопрос внимания. Они не слышат друг друга, и не проецируют друг другу мысли, если не делают это намеренно.

Это показалось Грэму осмысленным:

— А что Мэтт говорит?

Графиня нахмурилась:

— Он редко описывает такие вещи. Если я спрашиваю, то он обычно просто говорит «всё хорошо, Мама».

Тут на них упала тень Лэйлы, и миг спустя массивная драконица приземлилась, послав порывы ветра и пыли хлопками своих крыльев по воздуху. Она согнула передние лапы, и опустила своё тело, чтобы на него было легче взобраться.

Грэм помедлил, заставив Графиню с любопытством на него глянуть:

— Ты идёшь?

— Я немного нервничаю, — признался он.

— Ты же ехал домой с Мэттью. Тут то же самое.

Но тогда-то он был полумёртвым. Падение со спины дракона тогда казалось почти желанным. Теперь же он был лишь одеревеневшим, болящим и побитым. Он очень хотел жить.

— А тут не должно быть седло, или что-то вроде того? — спросил он.

Пенни улыбнулась:

— Морт всё время говорил, что хотел подождать, пока она не закончит расти. Сейчас ничего не поделать. Садись позади меня, и держись. Лэйла будет нести нас осторожно.

Грэм подумал о Мэттью и Дэскасе, резко падавших с неба после выстрела Чэл'стратэка. Ни он, ни Графиня не были волшебниками, и он сомневался, что сможет выжить после такого падения. Вздохнув, он взобрался наверх, и обхватил руками её талию. Лэйла начала мощно хлопать крыльями, и он закрыл глаза.

Несколько минут спустя он снова открыл их, и мгновенно об этом пожалел. «Это было ошибкой», — подумал он, когда его желудок сделал кульбит. Земля была далеко внизу, и ползла мимо с медлительностью, нисколько не отражавшей их истинную скорость.

Прошли часы, прежде чем они достигли места, где он оставил Алиссу — но там, где он ожидал найти тело, ничего не было. Меч, который он ей дал, был брошен на земле. Тело Т'лара всё ещё лежало там, где тот пал, где-то в сотне ярдов. Вокруг его трупа кружили и прыгали канюки.

— Она могла уйти? — спросила Пенни.

— Нет, — сказал Грэм.

— Возможно, она была не так сильно ранена, как казалась.

— Из неё торчало две стрелы. Она едва могла сидеть, — ответил он. — Когда я оглянулся в последний раз, она уже упала. Дайте мне оглядеться.

Земля была изрыта после всадников, преследовавших Грэма и Айрин, но он знал, что некоторые из них вернулись после их боя с ним. Десять или пятнадцать человек выжили, как минимум. После уничтожения Чэл'стратэка они с Мэттью отправились прямо в Замок Камерон, но оставшиеся в живых всадники вернулись этой дорогой.

Он заметил некоторые следы, указывавшие на лошадей, двигавшихся в обратном направлении, подтверждая то, что он уже знал. «Они бросили Т'лара и его стрелков, но забрали Алиссу. Зачем?»

«Неужели она ещё была жива? Если это было так, то она наверняка умерла вскоре после этого, трясясь в седле». Может, они подумали, что она выживет. Если да, то они, наверное, бросили её тело где-то там, в Северных Пустошах, после её смерти.

Лэйла понесла их вдоль того, что он определил как их путь к отступлению, но хотя она и летела как можно ниже, Грэм ничего не заметил. По его просьбе она полетела кругами, двигаясь вовне по медленной спирали, но после нескольких часов он так и не нашёл никаких следов.