Время проснуться дракону. Часть 1 (СИ) - Морецкая Анна - Страница 63

Но потом, посерьезнев, добавил жестким тоном:

— Ты меня услышал? До границы! А там ждать нас! — и Вика взглядом окинул не братским, а королевским. — После встречи с ламарцами, чтоб никаких вольностей. И так твои постоянные отлучки слишком много вопросов порождают. В Ламарисе чтоб все по правилам было!

А потом смягчившимся и вроде как даже просительным тоном:

— Оставь мне пажика своего младшего, а? Такой человечек легкий — я с ним рядом, прям душой отдыхаю!

Вот как отказать брату и так этикетом замордованному в такой малой радости?

«— А, была — не была! Придется правду говорить. Ему сейчас тоже двусмысленная ситуация с девицей в мужской одежде на пользу не пойдет, жених все-таки!»

— Не могу Рич. Я его и Рою не отдал. Это ж не мальчик, а девчонка!

— Твоя что ли? — тут же последовал быстрый и заинтересованный вопрос.

— Не-е, Лиона, — нашелся Вик.

Собрались они быстро — старые кожаные штаны, рубаха, что полегче, да плащ на вечер.

Льнянка, сняв кружева и шелка пажеских нарядов, за неимением подходящего дорожного костюма опять влезла в свои крестьянские портки, что были на ней в день ее первого появления на конюшенной биреме. Она все так же для удобства продолжала прикидываться мальчиком и уже вполне уверенно откликалась на имя «Лён».

Один Корр, как всегда, даже в дороге выступал в расшитом ярком камзоле. А оправдание себе он уж давно озвучил — натура у него, дескать, такая, воронья — блеску требует!

С конем для Льняны тоже все устроилось как нельзя лучше… поначалу так подумалось… потом оказалось, что не совсем. А преподнес его в подарок младшему пажу его светлейшество, когда прознал про то, что «мальчик» все-таки уезжает вместе с Виком. Обрадованные, что проблема так быстро решена, они все дружно благодарили Ройджена, а тот довольно и как-то по-хитрому улыбался. Про «хитро», кстати, они тоже позже вспомнили …

С корабля друзья сходили последними, когда уже толпа, встречающая своего короля, схлынула с набережной, потихоньку втягиваясь в улицу вслед за медленно ползущими каретами.

Подвох с подарком они прочувствовали, когда им подвели коней.

Вышколенные громадные мерины Вика и Тая, а также благополучный Лионов Туман, стояли смирно, ни обращая внимание, ни на развевающиеся по всей набережной флаги, ни на снующих по пристани слуг с барахлом. Красотка, конечно же, была в своем репертуаре — то есть, пока Корр не посюсюкал с ней и не чмокнул пару раз в морду, она капризничала, шарахалась от тех же слуг и взбрыкивала от каждого хлопка ткани на ближайшем флагштоке, как если бы рядом находился дикий зверь. А получив положенную ей порцию внимания от драгоценного хозяина — успокоилась.

И вот тогда-то к их тесно стоящей группе и подвели подарок Светлейшего.

Молодая гнедая кобылка с черными тонкими ножками и маленькой белой звездой во лбу была красива почти так же, как и Воронова Красотка.

Сначала вроде бы все было хорошо — все поцокали языками, обсуждая гибкие стати, наговорили кучу комплиментов лошадке и поздравлений Лёне. Только вот никто в тот момент не обратил внимания, что конюх-то, ведший в поводу сию красоту, как бы сторонится ее, вытянув руку, и все время косится на морду той настороженным взглядом.

Но не успел тот опасливый конюх и трех шагов сделать, спешно удаляясь от них, как все и началось!

Ли, не ожидающий подвоха от подарка святого человека, без какой-либо опаски нагнулся к своему коню подтянуть повыше стремя, как тут же чудное создание, молниеносно склонив голову, цапнуло его за зад.

Эльфенок с воплем взвился, потирая свое седалище, смеша друзей и пугая нервную Красотку:

— Ты че делаешь?! Дура совсем?! — и набросился с кулаками на лошадь.

Но Тай не дал ему добраться до обидчицы, отстранив его одной рукой, а другой, понятно, потянулся к поводу той. Но кобыла, не задумываясь, кто тут друг, а кто тут нападает, так же стремительно, как и в первый раз, ухватила зубами протянутую к ней длань.

Тай, надо отдать ему должное, не стал скакать и во всю глотку голосить, как эльфенок, а, легонько хлопнув по нежным ноздрям, все-таки подхватил ее под уздцы и слегка пригнул лошадиную голову, заставляя ее стоять в таком покорном положении.

Кобыла, через секунду оправившись от хлопка, попыталась взвиться на дыбы, но удерживаемая мощной силой, стала взбрыкивать задними ногами, чуть не зашибив, пристроившегося в той стороне Ворона.

И неизвестно, сколько бы они так простояли — взмокший от натуги, с вздувшимися на плечах и шее мышцами Тай и пытающаяся вывернуться из его железной хватки лошадка, если бы не опомнилась новоявленная хозяйка сей капризницы.

До этого момента Льняна была слегка занята — сначала смеялась над эльфенком вместе со всеми, а потом, опять же, как все, прибывала в оторопи от случившегося.

— Стой, дитё! — прохрипел Тигр, видя, что она направляется к нему: — Не видишь что ли, какую свинью нам Светлейший подложил с твоим подарком?! Вот уж пошутил — так пошутил! Не лошадь, а дракон какой-то! Даром что мелкая — кулаком и хребет перешибить можно! Мож так и сделать? Чтоб сама не мучилась и людей не калечила! — продолжал он втолковывать девушке, глядя, как она медленно, но безбоязненно приближается к ним.

— Не вздумай бить ее! Я с ней договорюсь, — спокойно сказала та, кладя руку на морду лошади и слегка нагибаясь, чтоб заглянуть в налитый кровью глаз.

Как только ясный зеленый взор встретился с бешеным карим кобыла успокоилась и сама опустила голову, более не натягивая повод. А Льняна придвинулась к ее уху и тихо заговорила:

— Не бойся милая, никто тебя больше не ударит. Никто к тебе больше не подойдет. Ты моя, только моя, — продолжая поглаживать лошадь по морде и твердить свое заклинание, Лёна забрала уздечку из рук Тая.

Потом потрепала кобылку по холке, подтянула стремя, перекинула через круп и пристегнула седельную сумку к седлу. И, о чудо, тот дракон недомерок, что еще несколько минут назад бесновался перед ними, теперь стоял спокойно, как и положено послушной, хорошо объезженной кобылке.

— Мда… эта толи шутка, толи месть за не отданного пажа, Рою явно не удалась, — протянул Виктор, наблюдая эту метаморфозу.

— Дык откуда ему было знать, что его подарочек с подвохом попадет прямо в руки к потомку дриад! — добавил к этому Корр.

А Льняна уже была в седле и в ожидании поглядывала на всю компанию сверху:

— Ну, мы едем?

— Едем! — провозгласил Вик, приметив стоящих рядом двух мужчин в ливреях старших слуг, которых в пылу бурного происшествия они сразу и не заметили. Вот и последние члены их маленького кортежа прибыли.

Новое пополнение их компании состояло из двух уважаемых динов, приданных им в качестве людей, сведущих во всех вопросах по обустройству двора в походных условиях.

Первый был невысоким, щуплым и остроносым, с замашками настоящего лакея — мало говорил и много кланялся. Сразу и не разберешься, что за типчик такой. Звался он дином Рябчем.

Второй экземпляр был куда как интересней с виду — рассудительный, держался со спокойным достоинством, хотя явно был самых простецких корней, толи из кузнецов, толи из забойщиков с мясной лавки — пока история умалчивала, откуда он в обслугу дворца затесался. И это не ему, точно, начальство охрану в дорогу выпрашивало — такой, если захочет, сам с одного удара Тая с ног свалит. И имечко у него подходящее имелось — Вол. Здоров, широк в плечах, шея, как у Льнянки талия, но маленькие глазки под нависшими бровями — умненькие, заинтересованные. Видно недаром ему перед именем приставка «дин» теперь положена — своим умом дослужился.

Вот такой компанией и выдвинулись. Сразу подались на выезд — влево по набережной вдоль стены, не заезжая в ворота города.

Вскоре после того, как последние домишки предместья остались позади, дорога пошла в гору. Река, вдоль которой они так и ехали пару верст, бросая их, вильнула, устремляясь к породившему ее озеру, разлегшемуся где-то вдалеке.