Ангелы живут вечно (СИ) - Талан Светлана - Страница 28

«Она красивая, — подумал Дмитрий, — но не идет ни в какое сравнение с Евой. Броская красота не может затмить привлекательную скромность».

Анжела заехала к Дмитрию в субботу на своей машине. Он испытывал неловкость из-за того, что за рулем не он, а девушка. Дмитрий не страдал от того, что не имеет личного автомобиля, хотя уже мог позволить себе приобрести недорогое подержанное авто. По дороге он вспоминал Еву, как они мечтали купить небольшую однокомнатную квартиру и не скитаться по чужим углам, как представляли обстановку в ней, ремонт, скромный, но со вкусом, чтобы было уютно и тепло.

— О чем задумался? — вырвала его из воспоминаний Анжела.

— Да так, — ответил он. — Ты сегодня такая нарядная! Обалденное розовое платье!

— К твоему сведению, я всегда хорошо и со вкусом одеваюсь. Если бы ты был немного внимательнее ко мне, то заметил бы.

— Наверное, — рассеянно ответил он.

После торжественной части в загсе молодожены и гости пошли в небольшой ресторанчик, где были забронированы места на двадцать пять человек. Столы уже были накрыты, и после поздравления молодоженов включили музыку. Дмитрий выпил бокал шампанского, потом — второй, третий и пригласил на медленный танец Анжелу. Высокая и стройная, да еще в туфлях на каблуке, девушка была почти одного роста с Дмитрием. Он обнимал Анжелу за талию, а сам вспоминал Еву, которая была небольшого росточка, с осиной талией и пышной, как для ее фигуры, грудью. От Анжелы приятно пахло, но этот запах не пьянил парня.

— Давай выпьем, — предложил он.

— Хочешь напиться?

— Хочу! Имею на это право!

Дмитрий пил вино, затем коньяк и снова вино. В голове приятно шумело, стало весело, и алкоголь немного вытеснил воспоминания о Еве.

— Хочешь со мной уединиться? — тихо произнесла Анжела.

— Где? — ухмыльнулся Дмитрий. — В туалете? Нет, не пойдет!

— Я знаю где, — горячо прошептала она ему в ухо. — Идем?

— Идем!

Дмитрий плохо соображал, куда идет и зачем. Анжела привела его на второй этаж, ключом открыла дверь гостиничного номера. Он зашел вслед за ней, сел на кровать. Анжела села ему на колени, обвила руками шею.

— Я нравлюсь тебе? — спросила она и томно закатила глаза.

— Да, ты красивая, — заплетающимся языком произнес он.

Девушка медленно расстегнула пуговицы на его рубашке, поцеловала в шею.

— Теперь ты! — сказал парень.

— Что я?

— Сама разденься.

Анжела поднялась и стала медленно снимать с себя одежду. Оставшись только в нижнем черном кружевном белье, она толкнула парня на постель, он упал навзничь, и девушка села на него сверху. Она наклонилась и хотела поцеловать его в губы, но Дмитрий, как будто вмиг отрезвев, грубо столкнул ее с себя.

— Нет! — сказал он. — Не надо!

Опешившая от неожиданности Анжела удивленно посмотрела на него.

— Да ты дурак! — крикнула она рассерженно.

— Да, я дурак! — сказал он, надевая рубашку. — Извини, Анжела, но тебе придется поискать умника, а я дурак! Пьяный дурак!

Дмитрий выскочил из номера, огляделся, ища выход. Он спустился вниз, подошел к Максиму, отозвал его в сторону.

— Макс, я еще раз поздравляю вас! — сказал он. — Берегите любовь, дорожите друг другом! Извини, но я перебрал и хочу уйти.

— Но веселье только начинается!

— Прости, я пойду на улицу и поймаю такси. Будьте счастливы! — сказал он и поспешил уйти, пока не вернулась Анжела.

  Глава 37

Ева быстро подружилась с мальчиком. Каждый день она ждала его в детской комнате. Наум находился там почти целый день и, как заметила Ева, никогда не играл с детьми. Похоже, ей удалось найти путь к взаимопониманию и мальчик с удовольствием общался с Евой.

— Может, сегодня выйдем во дворик? Погода замечательная! — предложила она.

— Пойдем! — согласился он и подал руку.

Ева вела Наума за руку и представляла, что у нее тоже мог бы быть ребенок, если бы не болезнь. Незнакомое ощущение волной залило ее тело, когда она почувствовала тепло, исходящее от ребенка.

«Это чувство материнства», — мелькнуло у нее в голове.

Они вышли из помещения, сели на скамейку. Наум посмотрел на небо.

— Сегодня глупые тучки, — заявил он.

— Почему?

— Их мало, и они не хотят сочинять сказки.

— Я тоже в детстве любила смотреть на небо, — сказала Ева. — Только смотрела тогда, когда на нем не было туч.

— На чистое синее небо? — удивился мальчик. — Глубокая синева — это хорошо, но вовсе не интересно. Что вы там хотели увидеть?

— Ничего. Просто мама сказала мне, что если долго смотреть на синее небо, то глаза будут такие же.

— И вы поверили?

На лице мальчика мелькнула улыбка. Ева про себя отметила, что это было впервые, когда он улыбнулся.

— Да, я верила в это.

— Сколько вам тогда было лет?

— Наверное, как сейчас тебе.

— И вы поверили?! — удивленно повторил мальчик.

— Ну да! У меня же глаза и правда голубые!

— Это все генетика, цвет неба не имеет к этому никакого отношения.

— Ты такие слова знаешь! — воскликнула Ева.

— Да, я не по годам развит, — согласился мальчик. — Вот только пока не разобрался почему. Возможно, пошел в своего отца, но есть и другая теория.

— Какая же?

— Говорят, что дети, потерявшие одного родителя или сразу двух, рано взрослеют.

Ева не решилась спросить, кого потерял Наум, и поинтересовалась, кем он хочет стать.

— Ева, у вас плохая память, — сказал он и добавил: — Впрочем, такое бывает после наркоза, так что не стоит отчаиваться, память можно тренировать. Я уже говорил вам, что буду писателем, но это, скорее всего, станет моим хобби. Мне легко даются языки, поэтому, вполне возможно, я буду переводчиком. Хочется перевести свои сказки на другие языки, чтобы дети могли читать их на английском, французском и китайском.

«Способность к изучению иностранных языков есть у Димы», — подумала Ева и спросила:

— Наумчик, а ты не думал, что твои сказки к тому времени, когда ты вырастешь и их напишешь, устареют?

— Я могу сочинять их хоть каждый день, — ответил он, — папа говорит, что у меня большая фантазия.

«Значит, он потерял мать», — сделала вывод Ева и спросила:

— Ты не предполагаешь, что такие сказки уже кто-то до тебя написал?

— Странный вопрос! — Мальчик снова улыбнулся. — Как можно заниматься плагиатом, если я никому не рассказываю свои сказки?

— Даже папе?

— Никому! Они мои личные.

— Ты знаешь, что такое плагиат?

— Это знает даже первоклассник! Не хотите зайти со мной в кафе? Я хочу угостить вас стаканом сока, — сказал он вполне по-взрослому. — Вам полезно после операции.

— С удовольствием! Но угощаю я!

— Это неправильно, — заявил Наум, взяв Еву за руку. — Я — будущий мужчина и должен к этому готовиться уже с детства.

— Хочу отметить, что у тебя это неплохо получается! — улыбнулась Ева.

  Часть пятая

  Глава 38

Последняя неделя августа радовала погожими, безветренными днями. Лето, будто пытаясь удержать свою власть перед наступлением осени, дарило людям тепло днем и приятную прохладу ночью. Листья на деревьях и кустах были не такими ярко-зелеными, как весной, но и не спешили опадать, лишая их своего убранства. Утром на землю опускался туман, который с первыми лучами солнца быстро рассеивался.

У Евы подходил к концу курс реабилитации, и она уже собиралась домой после окончательного обследования. Она сдружилась с Наумчиком, и ребенок тоже успел привязаться к ней. Она так и не спросила, к кому и с кем он приходит в клинику, но случай помог все раскрыть.

Они с мальчуганом сидели на скамейке в больничном дворике, когда мимо проходил Лаурин Борисович. Доктор подошел к ним и спросил Еву:

— Он вас еще не утомил?

— Напротив! Нам вдвоем интересно.

— Да, папа, — подтвердил мальчик. — Хочу отметить, что Ева — интересный собеседник.