Ложь за ложь - Хантинг Елена - Страница 5

Эта девушка казалась просто глотком свежего воздуха. Ее неискушенность была тем соблазнительнее, что впереди меня ждали несколько недель одиночества. Кадьяк – довольно большой остров; не исключено, что этот коротенький перелет – единственная возможность пообщаться с Лейни, и я решил не терять ни минуты редкого мгновения нормальной жизни.

– Неужели вы никогда раньше не летали?

– Я все как-то больше поездами… Но на остров на поезде не попадешь, а на пароме долго, вот я и решилась… – Мы попали в зону турбулентности, и Лейни с тихим писком уткнулась лицом мне в плечо. – Простите, – проговорила она мне в руку, – мы с вами почти незнакомы, а я вас тискаю, как плюшевого мишку!

Я засмеялся:

– Я бы перебрался к вам на колени, чтобы вы меня обняли, но боюсь не уместиться.

А вот Лейни, без сомнения, отлично устроилась бы у меня на коленях.

– Да, жалко. Вы вон какой огромный, – она еще раз сжала мой бицепс и отпустила, медленно выдохнув.

– А что, если я сделаю вот так? – я обнял ее за плечи.

– Приятно, – Лейни пододвинулась поближе. – Так мне… надежнее.

Я не понял, заигрывает она со мной или ей действительно необходим физический контакт, чтобы справиться с тревогой, однако происходящее мне очень нравилось, поэтому я продолжал:

– Надежно – это хорошо.

– Да, – согласилась она.

Несколько минут я рассказывал о здешней географии, а Лейни смотрела в иллюминатор, но тут мы снова ненадолго попали в зону турбулентности, и девушка побледнела.

– О нет! – она зажала рот ладонью.

– Все нормально?

Она покачала головой и замерла, побледнев еще сильнее:

– Меня что-то тошнит.

Я достал пакет из кармана на спинке переднего кресла, надул, чтобы расправить, и подал ей.

– Дышите в него.

Дрожащими руками она взяла у меня пакет и нагнулась вперед. Волосы соскользнули с плеч, и я собрал их и скрутил, придерживая мягкие, шелковистые пряди у затылка.

И тут Лейни вырвало.

Стараясь делать все потише, она вытерпела еще пару позывов. Я сочувственно погладил ее по шее большим пальцем, и гладкая кожа покрылась мелкими мурашками.

Свободной рукой я шарил в карманах в поисках носового платка и обрадовался, обнаружив целую пригоршню. Мятые, но чистые, поэтому я передал их Лейни. Она отвернулась, вытерла рот и бросила использованные платки в пакет, плотно сжав верх. Я отпустил ее волосы, раскрутившиеся и рассыпавшиеся по плечам, и погладил Лейни по спине:

– Все в порядке?

– Не считая ужасной неловкости, да, – промямлила она. – Я не знаю, куда это деть, – она приподняла пакет.

– Давайте сюда.

– Господи, не надо, там же это самое…

– Лучше, если оно окажется в мусоре, чем где-нибудь еще, правда?

– Конечно, гораздо лучше, чтобы в урне. – Лейни отдала мне пакет.

Я отстегнул ремень безопасности, боком протиснулся по проходу и выбросил пакет в мусорный бачок у двери самолета, после чего тем же манером вернулся на место.

– Получше?

– Немного. Простите, я худшая в мире попутчица.

– Вовсе нет. Мне понравилось быть для кого-то личным плюшевым мишкой. Я готов даже вызваться на эту вакансию, если она еще открыта. – Я сунул руку в карман, нашарил жвачку и предложил Лейни. Она радостно схватила пачку.

– Ох, какое же вам за это спасибо!

Я засмеялся.

– Во рту противно, да?

– Хуже некуда. Я в аэропорту буррито съела…

– У-у-у, тогда это жесть.

– И не говорите. – Она сунула пластинку в рот и прикрыла глаза, жуя.

– Легче?

– Неимоверно. – Она подала мне оставшуюся пачку, но я сомкнул ее пальцы вокруг пластинок:

– Это вам.

– Спасибо. – Она положила жвачку в сумку, достала маленький пузырек санитайзера для рук и выдавила каплю на ладонь, после чего передала санитайзер мне.

Вскоре самолет пошел на посадку. Лейни сидела, зажмурившись, положив на колени сжатые кулаки.

– Эй, – я снова обнял ее за плечи, – ты в безопасности. Живой плюшевый мишка рядом и готов раскрыть объятия.

Она через силу улыбнулась и прильнула к моему боку.

– Спасибо за то, что ты такой хороший, Эр Джей.

Вряд ли она сказала бы это, зная, что я скрыл свое настоящее имя. Но сейчас в «Цессне» я не форвард НХЛ, новый капитан команды и опытный хоккеист, известный своим азартом и на льду, и в жизни. Я просто молодой человек, а Лейни – очаровательная девушка.

Глава 4

Хижина в лесу

Если самолет упадет, я, по крайней мере, умру на верху блаженства.

Обаяние Эр Джея заставляет женщину забывать, куда она шла, и едва не удавиться собственным шарфом. Он высокий и изумительно сложенный, с темными волосами, которые чуть вьются на затылке, над самой шеей, зеленовато-карими глазами с темно-зеленым ободком и улыбкой, от которой приятно слабеет все внутри.

Я жмусь к его боку, а Эр Джей обнимает меня за плечи, чтобы мне было спокойнее. Рука у него просто здоровенная – твердая и неохватная, как ствол дерева. А еще он замечательно пахнет – свежим чистым бельем и одеколоном с ноткой перечной мяты, как жвачка, которую он дал мне для свежести дыханья.

Он собственноручно выбросил мой пакет с рвотными массами, что было ужасно стыдно и одновременно невероятно мило (хорошо еще, что шарфом я придушила себя до этого эпизода). А сейчас я вцепилась в его толстовку, другой рукой прижимая к груди перчатки, и старалась зарыться лицом ему под мышку. Несмотря на долгий перелет из Сиэтла и тесноту и даже, я бы сказала, скученность в этом самолетике, Эр Джей все равно пах как дезодорант. Он накрыл ладонью мою руку, комкающую его фуфайку.

– Извини. – Я с усилием распрямила пальцы, выпустив мягкую ткань, но не успела убрать руку, как Эр Джей переплел свои пальцы с моими. Такой уровень близости стал для меня неожиданностью.

– Еще несколько минут, и мы снова окажемся на земле, – заверил он.

Я стиснула его руку, когда «Цессна» пошла на снижение, и пискнула от волнения, уткнувшись в грудь Эр Джея, когда шасси коснулись взлетной полосы.

Наконец, когда уже не было сомнений, что самолет потряхивает на твердом покрытии, я отважилась поднять глаза.

Эр Джей, глядя на меня сверху вниз, улыбался подкупающе очаровательной улыбкой:

– Мы живы.

Я повертела головой, увидев в иллюминаторы горы, высившиеся справа, и водную гладь слева.

– Похоже на то. – Теперь, когда мы оказались на земле, меня снова охватило жуткое смущение. – Спасибо, что побыл моей жилеткой и плюшевым мишкой…

Улыбка Эр Джея стала еще шире.

– Я только рад.

– Не представляю, чтобы смотреть, как меня выворачивает, могло быть приятно, но спасибо за такую обходительность. – Я подхватила сумку и перчатки и проверила, что ничего не забыла перед выходом. Чемоданы уже сгрузили прямо на асфальтобетон. От воды веяло холодом, и меня пробрала дрожь – я все же целый час парилась в своей парке, простите за каламбур. Я поспешно натянула перчатки, нетерпеливо отбрасывая волосы от лица (получилось не очень, погода выдалась ветреной).

– Позволь помочь, – сказал Эр Джей, глядя на мои хлопоты. Забросив на плечо огромную спортивную сумку, он взялся за ручку моего чемодана, и мы направились в тепло и безопасность терминала. Мне пришлось почти бежать, чтобы не отстать от широко шагавшего Эр Джея.

Оказавшись внутри, я, избавленная от досадной помехи в виде ветра, засунула варежки в сумку и наскоро заплела косу. Эр Джей остановился у стойки проката автомобилей.

– Ты отсюда куда поедешь?

– В коттедж в лесу, милях в десяти от города Кадьяк. Это дом на сваях – я искала жилье с местным колоритом…

Распечатка маршрута лежала у меня в сумке.

– Значит, на машине? – Эр Джей показал на киоск. – Я в любом случае буду брать автомобиль. Если хочешь, могу подвезти тебя до Кадьяка, там тоже есть прокат, выйдет гораздо дешевле, чем от аэропорта…

Я смущенно затеребила косу.

– Это очень любезно с твоей стороны, но у меня нет водительских прав.