Архимаги не ищут лёгких путей!,. Тетралогия (СИ) - "Архимаг" - Страница 204

Мысленно он приказал руке схватить демона за горло. И та подчинилась, подпрыгнула и впилась противнику в шею. Чёрная смолянистая субстанция, соединяющая руку с телом, извивалась при этом, словно змея, разбрызгивая в стороны чёрные капли. Демон взвизгнул и попытался махнуть тесаком, чтобы вновь рубануть по руке. Однако "смола" дёрнулась в его сторону и, изогнувшись петлёй, мощным ударом выбила оружие из когтистой лапы.

– Когда в душе пробуждается слишком много страданий, – мрачно произнёс Геренд, чувствуя, как чёрная субстанция струится из его глаз, стекает по щёкам. – Ты обретаешь силы за гранью разумения, способные уничтожить либо тебя... либо весь мир... Это мне сказал Врааль много лет назад.

– Что... что ты такое... – прохрипел демон, в ужасе глядя на вампира.

– Я Геренд, – произнёс тот. – Наследный принц Альрии. А теперь умри...

Тьма вновь заслонила ему обзор, и это была вовсе не вязкая субстанция, похожая на смоль... Геренд попытался воспротивиться видению, но и в этот раз его ждала неудача. Последнее, что он увидел прежде чем потерял сознание – торжествующая красная рожа демона.

Пропер глубоко вздохнул, решительно распахнул учебник и начал усердно изучать непонятные термины, но вскоре понял, что это бесполезно.

– Ладно... – бодро сказал он. – Попробуем импровизировать...

С глазами, горящими верой в лучшее, Проппер поводил над котлом волшебной палочкой и прошептал несколько слов. Взяв со стола склянку с соком мандрагоры, "шмаг" выдернул пробку и добавил в воду несколько капель. Жидкость потемнела и стала напоминать молоко, только серого цвета.

– Прекрасно... – пробормотал студент. – Вроде бы пока всё правильно...

Неожиданно перед глазами Проппера мелькнула маленькая муха. Изобразив в воздухе сальто, она залетела ему прямо в ноздрю. Не выдержав, "шмаг" оглушительно чихнул, и всё содержимое его носа оказалось в котле.

Зелье сменило цвет на приторно‑зелёный.

– Ой... – Евгений Проппер озадаченно почесал в затылке. – Не по плану...

Он ещё раз помахал палочкой над котлом, но сделал только хуже – зелье забурлило и начало источать сильный запах клубники. Вдобавок, от субстанции повалил густой пар. За несколько секунд он заполнил весь класс.

Очень скоро все "шмаги" весело хихикали, словно надышались веселящего газа.

– Ну ты даёшь... – кто‑то ткнул Проппера кулаком в плечо. – Твои сопли сносят крышу посильней сливочного пива... Как ты молчал о таком?

– Да я сам только что узнал... – оправдывался тот. – Теперь соплями буду из‑под полы приторговывать. Может быть смогу себе даже двухразовое питание в день позволить...

– А ты не пробовал добавить яда скорпиона? Для вкуса, хи‑хи...– предложил кто‑то из студентов.

– Яда, говоришь... – Евгений Проппер встал и, с трудом сохраняя равновесие, подошёл к другому столу, за которым сидело ещё три ученика – худой белобрысый юноша и два его более крепких на вид соседа.

– Ну‑ка, иди сюда, Панкхой... – схватив белобрысого за шиворот, Проппер выволок его из‑за стола и с деловым видом потащил к котлу.

Оставшиеся вдвоём здоровяки лишь глупо хихикали, глядя на происходящее.

– Отцепись! – завопила жертва, но Проппер был неумолим. Схватив белобрысого за волосы, он резко окунул его голову в своё зелье.

– Быстро выделяй яд! – сдвинув брови, приказал мучитель, давя Панкхою на затылок. Тот лишь булькал и махал руками и ногами. Но вырваться не получалось.

– По‑моему, ему уже хватит... – неуверенно произнес кто‑то из учеников.

– Ему хватит, а мне нет, – непреклонно произнёс Проппер. – Чем больше он выделит яду, тем лучше.

– Он дергается всё слабее и слабее...

– Это яд из него просто выходит...

Наконец, Проппер убрал руку. Панкхой резко поднял голову, забрызгав всех вокруг, и начал лихорадочно глотать воздух.

– Ты весь яд выпустил? – с подозрением спросил Проппер.

– Проппер... – Панкхой бросил на него странный взгляд. – Я люблю тебя!

– В смысле? – тот чуть не упал.

– Люблю и всегда любил, маскируя чувства под кажущейся ненавистью! Давай абсорбируемся!

Он бросился на мучителя с явно недвусмысленными намерениями. У девушки с каштановыми волосами глаза заблестели ещё сильнее. И дело было явно не в клубничном "зелье".

– Отстань от ме... – Проппер не успел договорить. Вдохнув мощный запах, исходящий от Панкхоя, он громко закричал:

– Я тоже тебя люблю!

Оба обнялись и разрыдались.

– Ах, как это романтично! – послышались женские голоса, полные умиления.

– Тьфу, развели тут гомосятину... – прозвучало альтернативное мнение со стороны рыжего парня. – Ладно Панкхой, я всегда знал, что он из этих самых, но чтобы ты, Женька...

В коридоре послышались чьи‑то быстрые шаги, которые мгновенно отрезвили класс.

– Это он... – пробежал по рядам испуганный шепоток.

Несколько студентов, сохранивших относительно трезвую голову, прочитали заклинания, и дым вылетел сквозь щели в окне (на улице послышались крики "Мир! Дружба! Любовь! Давайте абсорбироваться!"). Проппер и Панкхой с удивлением посмотрели друг на друга и с гневными воплями отскочили в стороны.

– Быстро делаем серьёзные лица! – приказал Проппер, отплевавшись. – Может, он не заметит...

"Шмаги" собрались с силами и попытались сосредоточиться. Получилось плохо.

Открылась дверь, в помещение вошёл профессор Заубебер.

– Хм... а что это у вас с лицами? – с подозрением спросил он, окинув класс взглядом.

– Это мы рады вас видеть, профессор, – сообщил Проппер, стараясь улыбаться как можно приветливей. Заубебер почему‑то бросил на него удивлённый взгляд и бочком‑бочком двинулся к своему столу, провожаемый взглядами учеников, полными любви и обожания.

– Он прекрасен... мудр... велик... сексуален... – неслось преподавателю вслед. Студенты по непонятной причине чувствовали сильную любовь к ранее ненавистному вредному профессору.

Заубебер невольно краснел, не зная, то ли смущаться, то ли гордиться. На всякий случай он нацепил на лицо маску царственного равнодушия. Добравшись до стола, преподаватель сдвинул брови к переносице и спросил:

– Вы приготовили зелье?

– Да, профессор! – хором отозвался класс.

– Тогда начну с вас, мистер Проппер, – преподаватель приблизился к столу намеченной жертвы. – Ну же, что такой кислый взгляд? Веселей, мистер Проппер! Надеюсь, вы меня не разочаруете? – вкрадчиво спросил он, глядя на котёл, на который студент предусмотрительно положил крышку.

– Разуметься, да... то есть, нет! – отозвался Евгений Проппер. – Профессор Востокус Сухх... ой, простите, Югус Дождд... извините... Западус Туманн...

– Вы меня с кем‑то путаете. Я Заубебер. Парацельсофарингейт Фарингейтопарацельсович Заубебер. Очень простое имя, в отличии от тех глупых вариантов, что вы назвали.

– Да‑да‑да, я именно это и хотел сказать! – не моргнув и глазом, откликнулся Проппер.

– Показывайте, что приготовили, – произнёс преподаватель и демонстративно закатил глаза. Словно заранее ничего хорошего не ждал.

Глубоко вздохнув, Проппер снял с котла крышку. Парацельс внимательно оглядел ярко‑зелёную жидкость, которую приготовил его ученик и... удивлённо вскинул брови!

– Отлично, Проппер, судя по запаху и виду зелья, вы всё сделали правильно, – озадаченно произнёс он. – Хламендододия мантирокампуньская у вас получилась отменная! Не ожидал, честно говоря. Похоже, ваши таланты не ограничиваются одной лишь борьбой с мировым злом... Вы явно способны на куда более полезные для общества вещи.