Фадрагос. Сердце времени. Тетралогия (СИ) - Мечтательная Ксенольетта - Страница 354

Жди. Враг должен замахнуться.

– Малышка, аккуратнее надо быть, могла ведь упасть, – вкрадчиво произнес первый атлет, продолжая обнимать меня. На его груди тускло принимал свет тигровый глаз. Почти песочного цвета…

Малышка? Прости меня, моя девочка. Я была ужасной хозяйкой.

– Я не падала, – тихо ответила, одной рукой пытаясь сдвинуть с места его руку.

Парень напрягся, вытянул губы. Позади раздались тихие приободряющие шепотки. Наглец беспечно соврал:

– Ты точно падала, а я хотел помочь. Я же видел.

Он смотрел как‑то странно. Так смотрят пьяные, возбужденные, но было в этом всем что‑то неправдоподобное. Актер явно переигрывал роль горячего любовника и ждал от меня реакции.

Я кивнула.

– Спасибо. Я пойду?

– Таня? – не растерялся парень. – Тебя ведь Таня зовут?

– Нет.

Он нахмурился.

– А как тогда?

– Я не заинтересована в знакомстве, – процедила в ответ, сдерживая накатывающую злость и напоминая себе, что нахожусь на Земле, но было трудно: сердце билось быстро, разгоняло кровь и ярость. – Тебе стоит отпустить меня.

По‑хорошему.

Он вскинул брови; его друзья смеялись, но явно пытались скрыть веселье.

– Ва‑а‑ау, – протянул надоедливый поклонник, – холодная. Тебя можно звать Снежной королевой? Я могу растопить твой лед.

Мой лед? Что ты несешь, олух? Неужели думаешь, что такая тупость кого‑то способна завести? Я усмехнулась. Парень тоже улыбнулся шире, но показался выбитым из колеи.

– Побуду твоим Каем, – добавил он, нарушая затянувшееся молчание.

Кейелу бы твой юмор не понравился.

В груди горела злость, гнев рос и просился на волю. Тени вокруг оживали, предлагали укрытие и помощь; шелест листвы обещал спрятать шум шагов; легкий ветерок звал южнее, где принесенными запахами он расскажет мне о каждом враге и немного о местности. В кустах что‑то мелькнуло – быстрое, яркое, гибкое. Через мгновение оттуда донеслось воркование. Малышка? Дыхание перехватило, кровь прилила к щекам. Я попыталась вырваться из крепких рук, но, отвлекшись на реальность, упустила миг видения – Феррари исчезла.

Я на Земле…

– Понравилась идея? Хочешь подарю тебе замок? Это недалеко. Сможешь заморозить там все, что тебе захочется. – Он прижал ладонь крепче к моей пояснице, погладил ниже. – Потом вместе все растопим.

Я старалась дышать ровнее. Близость опасности пробудила прошлую жизнь, сделала ее образы ярче. Я гнала воспоминания балкоров, воспоминания всех Энраилл – все чужие воспоминания, наполненные кошмарами и страданием. За свои в этот миг я бы отдала собственную жизнь. Лишь бы только они прожили чуть дольше, чем короткие мгновения тишины, возникающие между отвратительным голосом неизвестного. Я посмотрела в его темные глаза и сказала, но уже догадываясь, что самостоятельно и без грубой силы, не вырвусь:

– Парень, давай не будем создавать друг другу проблемы. Отпусти, пожалуйста.

Он поморщился, продолжая улыбаться. Из машины донеслось приглушенное:

– Ты смотри, очередная неподкупная недотрога попалась.

В ответ прилетело тихо и уныло:

– Сейчас еще загнет, что девственница.

Снова нащупывая ключи в кармане, повторила:

– Я прошу тебя, убери руки.

– Нет, – отказался он. Его улыбка стала нервной. – Давай начнем заново. Можно узнать, как зовут шикарную девушку, от вида которой я сам чуть не упал?

Если тебя до слабости в ногах пугает мой вид, то почему ты не убегаешь, придурок?

В ушах застучало, в горле ощутимо забилась жилка. Тени снова стали мельтешить, подзывая в укрытие. Я посмотрела на голую шею противника, сразу выхватывая взглядом тонкую кожу. Если ударить ключами достаточно сильно – истечет кровью.

Вдали, выезжая из двора, машина мелькнула фарами, напоминая, что я не в Фадрагосе. Убивать нельзя. Я разжала ключи и снова нащупала напряженные запястья парня.

– Ну серьезно, я познакомиться пытаюсь.

– У меня есть парень, – коротко выдавила из себя.

Целых два: одного люблю, а второго не очень. Хорошо, что сейчас тебя тут нет, Кейел… Тебе бы не понравилось, что единственный мой вариант спастись от шумной компании – кричать. Четверо рослых парней и один щуплый эльфеныш… Неужели я буду надеется, что меня просто отпустят или кто‑то прибежит на помощь? Какие еще есть варианты на Земле для девчонок, попавших в беду?

– Не буду говорить, что он не стенка и подвинется, – беспечно отозвался любитель поболтать, – но дело такое, малышка: ты мне прямо в душу запала. Дай мне час, и ты поймешь, что иногда в жизни нужны перемены, нужны хорошие встряски.

А ты действительно о них что‑то знаешь?

Телефон в сумке, но сомневаюсь, что мне позволят кому‑то позвонить.

– Я так похожа на дуру?

– Нет! – Он даже голову отклонил и глаза округлил, а потом улыбнулся. – Лан, ты меня раскусила, но дело это не меняет. Ты угадала! Иногда я знакомлюсь с красивыми девушками, узнаю их и проверяю, так сказать, на вшивость. Бывало заходило немного дальше…. Ну, ты понимаешь. У меня есть секрет, который помогает. – Сделал многозначительную паузу, а после произнес так, будто это одна из тайн Энраилл: – Меня зовут Кристиан.

Судя по очередному молчанию и пристальному взгляду он опять от меня чего‑то ждал.

– Хорошо. Теперь я могу идти?

– Я серьезно! – Он кажется изумился, а затем затараторил, стараясь не терять очарования: – Сам не отсюда, переехал из Штатов подростком. Шаришь? Стоит девушке услышать мое имя, немного о прошлом и детку увидеть, – кивнул на машину, – и они сами вешаются. А ты не такая, как они. Ты видно, что из реально хороших, воспитанных. Представляешь, как я в дамах разочаровался? Теперь ну никак не могу тебя – нормальную девушку – упустить.

Духи, что у него в голове? Даже жестокие наемники Фадрагоса меньше раздражения вызывали. Их хотя бы можно было понять.

– Это в Штатах учат так по ушам ездить?

За спиной раздалось истеричное хихиканье. Ну хоть кому‑то сейчас весело. Меня вот тошнит – виксартский мед не настолько приторный и клейкий, как этот парень.

– Кристиан, давай разойдемся уже. Мне домой нужно. – Я в очередной раз попыталась вывернуться из объятий.

– Да подожди ты! – Он заставил меня отступить. Улыбку, как ни старался, не удержал. Покрывшись красными пятнами, уставился на меня со злостью и процедил сквозь зубы: – Хочешь правду? Ни хрена ты не особенная. Даже шкурой назвать трудно. Шваль! Едва на пятерку тянешь, но будем считать, что цену ты себе набила нехилую. Накину еще плюс два за слабоумие и показуху верной самочки. Так ломаться… Женишок из олигархов, что ли? Не тянешь ты на такую. Я разных откупоривал и таких, как ты, тоже. Вы, бля, течете, когда с вами, как с дерьмом обращаются. Потом сами названиваете и в трубку скулите, добавки просите, о личинусах умоляете. Чего вылупилась? – И к другу обратился: – Открывай тачку.

Я запрокинула голову, всмотрелась в темное небо. Краем глаза заметила нижние ветки деревьев – до зеленой листвы добивал теплый свет. Зелено‑карие, теплые…

«Замахнутся, схватят – убивай, не мешкая. Аня, ты поняла?»

Ты не выжил бы в моем мире, Вольный. Ты не захотел бы драться.

Парень потянул меня к себе, отступая к машине, а позади раздались шорохи. Пора действовать. Я обхватила его голову и дернула ногой – удар коленом ожидаемо был остановлен. Но ублюдок склонился ко мне…

Когда‑то Роми и Кейел учили меня многому и заставляли повторять приемы раз за разом. Удары головой не были исключением, но Вольные убеждали меня, что иногда безопаснее откусить часть плоти с лица врага, чем рисковать собственным лбом.

Сумка с влажной одеждой тянула назад и сковывала движения. К тому же враг был не один, поэтому пришлось рискнуть. Я отклонилась немного, а затем, притягивая голову врага, ударила. Казалось, хрустнуло у меня во лбу. Через миг я вывернулась из ослабевших рук. Второй атлет заслонил узкий проход, но был слишком неповоротлив. Подавшись вправо, я обманула его – поднырнула слева под вытянутую руку и, обернувшись, толкнула его в спину. Он пытался устоять на ногах, но влетел в друга, вытирающего окровавленное лицо. Они повалились оба.