15-кратный зум (СИ) - Бахмет Александр Павлович - Страница 35

Хелен сделала паузу.

— Ну, что ещё? — нетерпеливо спросил я, оглядывая покорёженный в последние дни настил в грузовом отсеке. Марков уже забрал часть обломков астероида, а остальное мы договорились компенсировать ему из заработанных денег.

— Джень нашла Вайнону, — сказала моя третья жена.

— Где?

— В южном полушарии. Она открыла фирму по ремонту квартир.

Я фыркнул.

— Этот ремонт надоест Вайноне через месяц. Там нет левиторов, антигравов, магнитной подвески. Там не нужно ничего изобретать — почти всё уже изобретено. Там не нужно считать на прочность. Скукотища! — Я махнул рукой. — Что ещё?

— Некто Саладин Зурхед предлагает лицензию на "генератор Зурхеда".

— И?…

— Это ОН!

— Кто "он"? Или что — "он"? — пожал плечами я.

— Тот самый! Автор Двигателя!

— А-а-а! На живца и зверь бежит…

— "На ловца"…, - поправила Хелена. — Русские говорят "на ловца…".

— А почему ты не связалась с ним ранее?

— Он был в отпуске.

— Хм… Выбери время и свяжись с ним. Сколько у нас на счету?

— Одну минутку… — Хелен уткнулась в книгу. — Га с мелочью. Самые большие доходы были в конце прошедшей недели. Сейчас идёт на убыль. Ожидается, что за три-пять месяцев мы выйдем на предел и дальнейшее пребывание на планете лишено смысла. Максимум сможем набрать три миллиарда. А потом…

— А потом мы все пойдём в ученики к Егору Фостеру.

Я задумался. Мне не хотелось так скоро улетать. Фостер, никуда не улетая, обеспечил себе десятикратный рост за год. За прошедшие пять лет он вошёл в десятку крупнейших фирм планеты. Я со звездолётом в десять миллиардов мог бы заработать сто! Это не жалкие три га.

— Так, может быть, ты встретишься с ним? — предложила Хелен.

— И что я ему скажу?

— Странный вопрос! Ты у него спросишь совета.

— Я!? У него? Совета?

— А что здесь такого? Вы могли бы организовать что-то совместное…

— Ты хочешь сказать, что Фостер запросто поделится со мной секретом своего успеха?

Хелен пожала плечами.

— Как хочешь… У меня есть его адрес.

— Правда? Давай!

Сразу после завтрака я решал проблему злополучной кнопки управления огнём. Консилиум из десятка человек, в числе которых были я, Марков и восемь моих жён, обсуждал конструкцию и возможности её ремонта.

— Кто покупал эту дрянь! — кипятился я, разглядывая изуродованное пластмассовое изделие. — Вернее — кто выбирал?

— Я, — робко ответила Джень. — Но я проверила всю конструкцию. Там же всё из отличной стали, сплавы с великолепными характеристиками. Да и выключатель тоже был сделан добротно. И мне в голову не могло прийти, что в нём есть деталь, которая может плавиться.

— Ладно, не переживай! — я похлопал её по плечу. — Мы на обратном пути заскочим к изготовителям и вкатим штраф, включив все мыслимые издержки. Это они пару десятков центов сэкономили. Будет им экономия! На пару сот миллионов, а то и больше.

Дейла с сомнением покачала головой.

— Если бы ты решал дело в местном суде, то мог бы выиграть его. Но здесь нет представительства оружейной фирмы. А их суды — совсем другое дело.

Марков откашлялся.

— Вы знаете, у нас можно организовать такой процесс. Вы страховали корабль и теперь вправе обратиться в страховую фирму. А они, сами знаете, обеспечат дальнейший ход дела. Вы — граждане Аль-Канара, и ваши интересы будут защищаться на любой из планет Солнечной Федерации. Пока что у нас было всего десяток подобных инцидентов. Ваш случай пойдёт только на пользу. Вы должны обязательно указать, что не можете отправляться в полёт с неисправным вооружением. Страховщики элементарно вычислят сумму риска на этот случай.

— Ну, ладно! А что делать сейчас?

— Сейчас мы вызовем представителя. У нас кто гарант?

— "Гарант"! — хором ответили мои жёны со смехом.

Я тем временем уже решал более прозаичные задачи. Разобрал выключатель и просканировал его детали на пространственном сканере.

— Джень! — окликнул я свою двенадцатую жену. — Подкорректируй размеры и изготовь всё из керамопласта. Натача, помоги ей.

Я не собирался считать, сколько это будет стоить. Отказ грошовой кнопки может стоить мне Корабля и жизни своей и всей семьи. Я не экономил на орудийной системе, но сами оружейники оказались в плену у последних тенденций — делать недолговечные вещи. Ну, да ладно…

Хелен тем временем договорилась с представителями Де-Брил о встрече. Согласовала со мной. Связалась с Зурхедом и тоже назначила встречу. Перезвонила в офис насчёт аренды зала для совещаний. Переговорила с Роксаной, Назирой и Габэ. Назначила время для поездки в клинику.

— Али! Звонит некто Денис Рогуля, изобретатель…

— Разберись с ним сама. Если что-то стоящее, я встречусь с ним.

Она отошла от меня и через минуту, отключив телефон, опять вернулась ко мне, рассматривая записи в книге.

— Егор Фостер…

— Что?…

— Я связалась с ним…

— И?…

— Он может с тобой встретиться на следующей неделе. Вторник тебя устроит?

Я кивнул. Передо мной лежала книга с диаграммами. Курсы акций разных фирм, тенденции. Хелена скептично посмотрела на меня.

— Ты надеешься крупно нажиться на этом?

— Надеюсь… Но не на колебаниях курса. Это мелкая рябь. Из ряби энергию не извлечёшь. Меня интересует свежий бриз, а ещё лучше — лёгкий шторм.

— А цунами?

— Для электростанций не подходит. Из сильного шторма много энергии тоже не получишь. Разве что убытки.

— Не очень удачное сравнение, — скривилась Хелена.

— Возможно. Я хочу определить, какая отрасль является перспективной.

— Следи за изобретениями. У тебя на них нюх.

— Но и ты тоже следи. Этот Рогулька…

— Рогуля!

— Ну, да! Он не просто так обращается.

— Да мало ли их обращается! Изобретательство — это как болезнь. Если бы ты знал, сколько таких ненормальных я отфутболила. Половина писем нам приходит с рекламой товаров, без которых, по мнению авторов, мы в Космосе пропадём. А другая половина предлагает вложить наши деньги в разные прожекты. Чаще всего предлагают открыть магазин, что-то продавать, а им за эту идею — проценты.

— Да?! — удивился я. — А в чём же идея?

— Открыть магазин…

— Понятно. Проехали! — сказал я. — Что с Зурхедом?

— Вот это интересно! Его генератор работает. Дейла рассказывала, что вы видели какой-то генератор у Самойлова. Это и есть "генератор Зурхеда". Мы просто оформляем договор на распространение лицензий в других мирах.

— А почему он не воспользовался услугами посредников на других планетах?

— Он не может их проконтролировать. Он им не доверяет. К сожалению, статистика в этой отрасли услуг очень неутешительная.

— А нам доверяет?

— С нас он намерен получить хоть какие-то деньги.

— Ага! — сказал я.

Наверное, со стороны я производил впечатление абсолютно тупого. Но я в это время продумывал интересную комбинацию взаиморасчётов между планетами, в которой я, космический торговец, играл бы самую главную роль.

— Ну, хорошо! Когда Габэ нужно ехать?

— Я договорилась на завтра, если ничто не помешает.

— Ну, что ж… Лады!

Остаток дня я провёл в переговорах. Роль секретарши с полудня выполняла Дейла. Она иногда заглядывала в секретарский журнал, восстанавливая план действий, набирала записанные дежурившими перед нею номера телефонов нужных людей.

С Де-Брилл мы почти договорились, эта договорённость могла существенно пополнить наш бюджет. Была единственная неприятность — фирма настаивала, чтобы выплаты за лицензию растянуть на много лет. Конечно, если бы я собирался остаться на планете на всю жизнь, это было бы очень кстати. Но я собирался улетать, максимум через полгода. Я смог выторговать предварительную оплату почти половины суммы. Но остальную половину фирма не могла выплатить физически — даже взяв кредит, они оказывались не в состоянии расплатиться за него за счёт доходов. Я предложил пока расстаться и обдумать ещё раз все возможные варианты. На случай, если они откажутся разговаривать, я предложил им купить алмазов на десять миллиардов. Не думайте, что я блефовал. Я был в состоянии их изготовить. Появление такого количества камней просадило бы цены так, что я не набрал бы и миллиарда. Фирма вообще вылетела бы в трубу. Это был, скорее, просто грубый болевой приём, вполне законный. На свою сторону я мог, при некоторой изворотливости, привлечь антимонопольный комитет.