Охота на султана (СИ) - Бахмет Александр Павлович - Страница 60

Али проснулся от воя сирены. Его дежурная секретарша Девика с резким выдохом вскочила с кровати и быстро стала одеваться.

— Боевая тревога! — громыхал голос вахтенной Хафизы. — Альба на связи! Есть картинка и координаты! Всем собраться в командной рубке!

Когда Али, поправляя футболку и штаны, вбежал в рубку, то там уже были почти все жёны, включая старшую. Натача с кем-то беседовала по телефону и водила указательным пальцем по столу-экрану. Камеры показывали быстро бегущий под кораблём горный пейзаж.

— Доложите ситуацию! — привычно распорядился Али.

— Мы засекли Альбу более получаса назад, — заявила Хафиза. — Её положение менялось, и мы решили подождать. Потом появилась картинка… Натача вдруг решила, что Марго ведут к солнечной печи…

— Её ведут именно к солнечной печи! — зарычал Али. — Теперешние координаты Альбы есть? Надеюсь, вы расчитали момент восхода солнца!

— Сейчас сделаю! — ответила Хелена. Через минуту она ответила: — У нас всего пять минут.

— О, Аллах! — буквально завопил Али. — Мы не успеем её освободить! Кто-то из наших союзников есть поблизости?

— Братство и флайер Саманты Шеридан, — ответила Натача. — Но они летят медленее нас.

— А мы сможем высадить маленький флайер на башню печи?

— Можем! Но это очень рисковано, можно поджариться всем вместе…

— Али! Солнце восходит! — почти простонала Хелена.

Розовый краешек светила окрасил всю местность в красивый нежный цвет. Натача обернулась.

— Али! Что делать? Мы не успеем забрать Марго до восхода!

— М-м-м… — вклинилась Хелена. — Можно расстрелять зеркала… Хотя, нет! Лучше систему наведения.

— И где она? — спросила Натача.

— Ладно, всё равно не знаем…

— Зачем сразу расстреливать? — раздался голос Фариды. — Можно закрыть зеркала от солнца.

— Какая ты умная! — рассердилась Натача. — Сама будешь с тряпками по площадке бегать?

— Зачем бегать? У нас есть корабль. Триста метров в длину…

— Молодец дочка! — ответила Натача, сразу изменив положение корабля.

Огромный вытянутый эллипсоид подлетел к равнине, на которой стояла одна из печей Хорхе Мендеса. Огромная тень легла на зеркала. Начинавшая розоветь местность снова будто погрузилась в ночь. Зашумел главный шлюз — от корабля отделился маленький флайер, сразу взявший курс на башню. Корасон непрерывно комментировала свои действия и обстановку. Вдруг она сказала:

— Натача! Тень быстро ужимается в направлении запад-восток. Скоро часть зеркал окажется освещённой.

Натача тут же переключилась на канал связи с Братством и разъяснила ситуацию. Три подлетевших корабля затенили опасные зеркала. Тем временем маленький флайер уже висел над служебной площадкой солнечной башни.

— Кто там, с Корасон? — спросил Али.

— Саль-яла и Изабель! — ответила старшая жена.

— Что они так долго? — нервничал Али. — Тень скоро снова ужмётся.

Действительно, пара зеркал уже бросили свой отблеск на башню. Через полминуты — ещё два.

— Быстрее! — шептал Али.

Яркость солнечных зайчиков росла, по мере того, как солнце выбиралось из-за горизонта. Вдруг из-за каменистого хребта вынырнул флайер с эмблемой хозяина Мендеса. Он почти над самой землёй на медленной скорости двинулся к полю зеркальных гелиостатов, завис над ними. Открылся люк, и на одно из зеркал соскользнуло большое чёрное полотнище.

— А Саманта, всё-таки, решила зеркала закрыть, — с издевательскими интонациями произнесла старшая жена.

Но Саманта не стала закрывать остальные зеркала. Они все развернулись в вертикальное положение без фокусировки.

— По-моему, она закрыла тканью датчик наведения, — заметил Али. — Какая умница!

— Гм! — только и смогла сказать Натача.

Маргарита с трудом могла вспомнить, как и кто её снимал с башни солнечной печи. Зрение расфокусировалось, глаза бегали по сторонам, и казалось, будто весь мир вертится в разные стороны. Она пыталась всё время разглядеть поле гелиостатов. Именно от них, она знала, исходит опасность. Но внизу под башней стояли сумерки, в то время как уже вся долина была залита ярким утреним светом.

— Каррамба! — чертыхался кто-то рядом. Огромный нож кромсает скотч, но прочные нити крепёжной ленты сопротивляются, и низкий женский голос снова изрыгает проклятия.

Её несли на плече. Где-то внизу качались ступеньки трапа, а ещё дальше, на огромном расстоянии, качалось бетонное основание башни и ряды зеркал. Потом был пол флайера, который в один короткий миг крутанулся и превратился в потолок. Мутная волна тошноты подкатилась к горлу и её вырвало.

— Святая Мария! — воскликнул чей-то голос.

Потом её снова несли, перекладывали на каталку. Стремительно двигался потолок, и желудок снова взбунтовался.

— Назира! Ты готова?

Яркий свет. Марго закрывает глаза, но слепящее освещение проникает сквозь веки, окрашенное в кроваво-красный цвет. Железное звяканье инструментов. Покалывание иглы, введённой в вену. Прохладная струя какого-то лекарства. Постепенно наступает успокоение. Мир прекращает бессмысленную пляску и Марго оказывается в блаженном расслаблении.

— Спи, Марго! Отдыхай! Теперь уже всё в порядке!

Чья-то рука ложится ей на лоб и это прикосновение действует не хуже лекарства. А затем пришёл сон.

Глава 27

— К сожалению, я не могу вам её дать! — словно в подтверждение своей неуступчивости Натача взгромоздила на пульт командной рубки свои ноги в армейских ботинках.

— Да, конечно! Я вас понимаю! — Жискар Кретьен вздохнул на том конце линии связи. — А может быть, вы сможете встретиться со мной?

— Вы тоскуете без очередного заложника? — Натача подсознательно положила руку на кобуру подмышкой.

— Нет-нет! Вы не то подумали. У меня есть что сообщить вам.

— Если сообщите сейчас, то я буду к вам более снисходительна! — голос старшей жены зазвенел металлом.

— Именно поэтому мне хотелось бы иметь Марго в качестве адвоката, — захихикал Кретьен. — Но я уверяю вас, что вам нечего бояться. Мы на одной стороне баррикад.

— Ну, разумеется! Когда наши "братки" распотрошили гнездо этих дикарей, вы уже на нашей стороне.

— Я всегда был на вашей стороне! — собеседник обиделся. — Именно поэтому я и хочу вам сообщить ЭТО! Но ни в коем случае не по телефону.

— Ну, хорошо! Я согласна с вами встретиться! Где? Когда?…

Лёгкий четырёхместный флайер сел на крохотную площадку в узком ущелье.

Натача поправила очки, проверила подключённый арсенал.

— Так что, Корасон, ты уже пробовала стрельбу в таких условиях?

— Пробовала! — ответила восьмая жена. — Поскольку нет прямой видимости, лучше использовать реактивные гранаты. Они входят в зону наведения, а дальше управляешь ими ты с очков.

— Жалко, что пулемёты корабля нельзя использовать. Гранаты — это как-то грубовато.

— Ничего страшного. Я свой любимый пулемёт прихватила с собой. А по мелочи Изабель поможет, — Корасон похлопала по корпусу машинки.

Изабель усмехнулась и подмигнула Натаче. Затем распахнула полы куртки, продемонстрировав весь набор метательных и обычных боевых ножей во множестве кармашков.

— Это хорошо. Главное, чтобы этот Кретьен не потребовал, чтобы мы разоружились.

— С какой это стати он нам будет диктовать условия? — Изабель щёлкнула одним из ножей в ножнах.

Натача пожала плечами. В этот миг заиграл телефон.

Жискар Кретьен был одет в длинный плащ с капюшоном. Респиратор закрывал почти пол-лица. Он почти сразу начал диктовать условия:

— Простите за настойчивость, но я хочу вас сперва попросить оставить во флайере очки, телефон, все электронные устройства. Ваши… э-э-э, подруги, тоже должны на время нашего разговора снять очки и отложить их в сторону.

— Ещё чего! — возмутилась Натача. — Может сразу скажете поднять руки и сложить оружие?