Rehab (СИ) - Шульгин Игорь - Страница 12

В 21:00 отбой.

Ознакомившись с распорядком и устроив свои вещи я пошел в душ. Точнее в то, что здесь называлось душем. На самом деле это небольшое квадратное помещение, отделанное кафелем с унитазом и бочкой с водой. В бочке плавал черпак с глубоким дном. Вода набиралась в бочку, а дальше с помощью черпака можно было поливать себя принимая душ или смывать нечистоты в унитазе. Все это напоминало мне русскую баню, только с толчком внутри. Умывшись я вернулся в палату и завязал разговор с Лу.

Лу приехал чтобы излечиться от метамфетаминовой зависимости. Только он курил не эту дешевую хрень, что употребляли местные, а самый настоящий мет (Блу-айс). Когда он рассказывал мне об этом мы вместе вспоминали, как это бывает, когда ты сидишь с фольгой в одной руке и с зажигалкой в другой. В руке, естественно, трубочка для курения. И если тебе кто-нибудь звонит в этот момент, а так бывает почти всегда, ты говоришь: "Да, да! Уже иду. Уже близко." И ты на самом деле торопишься. Но никак не можешь оторваться от этой гребаннной фольги. И этой гребанной трубочки, через которую пары мета попадают к тебе в легкие. И ты говоришь себе: "Еще одну затяжку, еще одну дорожку, еще один укол…" И так далее. Но правда в том, что пока все не сожрешь, очень сложно заставить себя двигаться. Я тоже кое-что рассказал ему. В среде наркоманов принято хвалиться своим опытом. Все понимают, что наркотики, это плохо, но каждый пытается представить их употребление в как можно лучшем свете. Рыбаки хвалятся перед друг другом своим уловом, а наркоманы непременно хвастаются своим наркотическим опытом, кто на чем сидел, да кто что пробовал.

— Да. Мне это все знакомо. Ой как знакомо. Кстати, что у тебя с лицом, спросил Лу намекая на мои распухшие гематомы.

— Последствия одной необычной ночи в Паттайе.

— Тебя что отделала проститутка? — удивился Лу.

Пришлось рассказать ему, как меня вздрючили сутенеры Джоан. Естественно я все немного приукрасил, добавил разных подробностей и опустил все лишнее и постыдное.

— Да, считай легко отделался. — сказал Лу, когда я закончил свой рассказ.

— Хватит обо мне. Хотелось бы послушать и твою историю, — попросил я усаживаясь поудобней.

Лу был Малазийским китайцем. Среднего роста, с широкими плечами и небольшим животом. Лицо у него было круглое и дружелюбное. Черные волосы средней длинны карие глаза, немного сплюснутый нос, как у многих китайцев. Когда он улыбался становился похожим на японского бога Хотэя. Это такой толстячек с добрыми глазами и блаженной улыбкой, у нас долгое время были в ходу его статуэтки. Этого божка гладили по животу в надежде на скорое обогащение и удачу. Живот у Лу было поменьше, чем у Хотэя, но он точно был добрым малом. Я знал это уже когда впервые увидел его здесь спящим. От него исходила добрая энергия. Его семья была обеспеченной и благополучной (не такая уж редкость для наркомана). Он был женат и сильно переживал, что жена разведется с ним из-за его проблем. Или, не дай Бог, найдет кого-либо ему на смену пока он лечится от недуга. Он, как и я совсем недавно приехал и явно не находил себе места. Для него оказаться здесь было самым настоящим дном. Чтож, у всех наркоманов дно разное. Для кого-то дно это потеря работы, для кого-то потеря семьи, а некоторые умирают от спида или передозировки, так и не достигнув дна. Дно вещь субъективная. Но каждый, кто его достигает, имеет опору, от которой можно оттолкнуться и выплыть. В отличии от меня Лу чувствовал себя паршиво в этом месте. Он все время курил и бегал по внутреннему дворику детокса. Нарезал круги один за другим, пыхтел своей китайской сигаретой и методично уничтожал себя морально, прокручивая в голове все свои косяки и проделки. Я знал это, потому что сам переживал нечто подобное. Я видел, как он мучает себя и это меня беспокоило. Не дай бог еще учудит что-нибудь с собой. Я решил помочь ему. Сам я был довольно спокоен и воспринимал все как путешествие со счастливым концом.

Когда стемнело я лежал и думал, как помочь моему новому другу. Над головой гудел вентилятор и это мешало сосредоточиться. Я решил выйти на улицу, на освещенное место, чтобы записать свои мысли по поводу увиденного и по поводу состояния Лу. Из разговора я знал, что Лу планирует пробыть в монастыре не более двух недель. Это был второй день его пребывания здесь. Так же Лу рассказал, что занимается бизнесом у себя на родине. Он поклялся жене, если не бросит, отпишет все свое имущество и бизнес на нее. Этого ему естественно не хотелось. Так как бизнес его был перспективным. Но не только по этой причине. Основной причиной было то, что он очень сильно любит свою жену. И ради того чтобы быть с ней готов на все. По большей части это ради нее он приехал в Монастырь. Я сидел и думал, как бы помочь ему успокоиться. Это нужно было донести в привычной для него форме. Как подать материал доходчиво, легко и на языке международного бизнеса (по возможности)? Наконец я решил сделать небольшую презентацию. Взял блокнот и накидал несколько тезисов на своем корявом английском. Вообще до встречи с Лу я не считал свой английский корявым, но его словарный запас был в разы богаче моего и он так ловко комбинировал слова, что я стал испытывать некоторое смущение при общении с ним. Лу хоть и был малазийским китайцем, но владел английским безупречно. Я старался написать все понятно, так как знал, что это поможет ему обрести душевное равновесие. А это важно, ведь психика наркомана крайне нестабильна и нуждается в поддержке. И кто может поддержать лучше, чем такой же наркоман, который прошел все тоже самое и теперь готов эти делиться. Мой план был безупречен. Во всяком случае я очень на это рассчитывал. Только подготовив тщательно свою презентацию я смог уснуть.

На утро я подошел к Лу и сказал, что меня беспокоит что он мечется по территории детокса, как лев в клетке. И предложил ему свою концепцию. Она была простой, как три рубля и была записана и зарисована моим неаккуратным почерком на белом клочке бумаги. И заключалась она в следующем: я предложил Лу рассматривать свое пребывание в монастыре, как бизнес-проект. Самый важный на данной стадии проект в его жизни. Я уверил Лу, что ему очень хорошо удается справляться с этим проектом. Я показал ему заготовленный ночью график с тайм-линией, на котором разложил его пребывание на четырнадцать дней. Шел третий день лечения, следовательно, за три дня он показал прогресс в двадцать один процент.

— Подумай только, Лу. За три дня двадцать один процент выполнения плана. Завтра это уже будет почти двадцать девять процентов, а еще через три дня все пятьдесят. — воодушевленно вещал я, отчерчивая необходимые точки на графике.

Я объяснял все сбивчиво в меру своих познаний в деловом английском. Но благодаря моему старанию и дополнительной наглядности в виде графика Лу меня понял. И я увидел, как буквально на глазах его стало отпускать то нервное напряжение, в котором он находился почти все время нашего знакомства. Он улыбнулся мне с какой-то особой теплотой, которой мне прежде не доводилось чувствовать.

— Я видел, что ты поздно лег и долго сидел с блокнотом на улице. Ты думал, как помочь мне в это время?

— Да, — признался я.

— Я очень ценю это, спасибо тебе! — сказал Лу и обнял меня. — Теперь у меня есть русский брат!

— Значит у меня есть малазийский! — Растрогавшись сказал я и сжал его в ответных объятьях.

От этих объятий в уголках моих глаз стало влажно. Я делал все это не ради братаний, просто знал, что могу помочь человеку справиться с подавленностью и самобичеванием. Для меня это было не сложно. Но его поразило, что едва знакомый человек думает о его проблемах и пытается помочь ему так искренне. И важно было даже не то, как я представил процесс реабилитации и что я начертил на графике, а сам факт заботы. Так мы с Лу стали братьями.

Потом пришли монахи и позвали нас на зарядку. Это было в 4:40 утра. Наверное, нечто подобное происходит на зарядке в детском саду. Шесть-восемь упражнений на основные суставы и все. Потом нам выдали по метле и выпустили за ворота детокса. За ночь на вымощенные камнем дорожки монастыря выпало много листьев, которые нужно было собрать в полиэтиленовые мешки и погрузить на повозку. Я был удивлен, что нас в первый же день выпустили за территорию детокса. Но Лу сказал, что здесь никого не держат силой. И к тому же за нами все время присматривали монахи. Они же и помогали с уборкой. Общими усилиями мы быстро навели порядок на территории вокруг детокса и отправились в свой барак, где можно было вздремнуть до утренней переклички.