Вера для чемпиона (СИ) - Винд Дасти - Страница 45

- Так! Он достал своим нытьем! Что ты не заслужил. Что ты - лузер! Я ему сказал - приходи на трену и посмотри! Все своим трудом.

- Он не смотреть пришел, а кулаками помахать. Где, кстати, остальные? Где парни из команды?

Рустам отвел глаза, пожал плечами.

- Не знаю.

- А я знаю. Решил приструнить его чужими руками, правильно я понял?

Рустам молчал. Михаил кивнул сам себе и закончил:

- Поэтому и Юра, и ты получите, что хотели.

- Миш, ты пойми, у нас тяжелое время.

- Я понимаю. Считай это тренировкой.

Рустам, наконец, поднял голову и, махнув рукой, направился к рингу.

Его место занял озадаченный Андрей.

- Майк, это не дело. Совсем не дело. Ты почти месяц не тренился.

Михаил отвернулся от него. Посмотрел на меня, хмуро и выжидающе.

- Ты же обещал, что здесь драться не будут, - произнесла я.

- Так вышло, - он не сводил с меня глаз. - Просто прости.

- Наверное, мне лучше уйти.

- Я бы хотел, чтобы ты осталась. Этот бой будет... легким.

- Это не бой, это драка. Ты противоречишь сам себе.

Михаил вздохнул, обвел зал взглядом и зацепился за свое фото.

- Не самый удачный ракурс, - заметил, криво усмехнувшись. - Вживую я выгляжу не таким свирепым.

- Слабо верится, - сухо ответила я.

- А ты останься, - Михаил кивнул на ринг. - И  увидишь.

Я поднялась, взяла сумку, готовясь уйти. Обиделась, хотя понимала, что Миша сейчас не смог бы отмахнуться от всего произошедшего. Да, конечно, он хотел драться, глупо было это отрицать. Но и бывшие коллеги обошли его со всех сторон - провокация, которой он счастлив был воспользоваться.

Может, я искала ему оправдания потому что просто хотела остаться?

Я остановилась в дверях и обернулась. Михаил наматывал бинты на кисть, устроившись на скамейке, под своей огромной фотографией.

Нечего было выпендриваться и кривить душой - мне до острого приступа любопытства хотелось увидеть Архангела вживую.

Михаил следил за мной - не отрывал взгляда, наблюдая, как я возвращаюсь. Только я села на скамейку, как он направился ко мне.

- Значит, рискнешь? - спросил, улыбаясь.

- Рискну. Хотя вся эта ситуация сложилась еще и из-за того, что кое-кто хочет выпендриться.

- Да, хочу. А что в этом такого? Женщинам нравится, когда мужчины дерутся.

Я вскинула брови. Мише было очень весело. Он прямо-таки светился от счастья. Неужели бои для него действительно так много значат, что он хватается за любую мутную возможность, чтобы ступить на ринг? Да ещё радуется этой возможности, как двоечник пятерке.

- Мне не нравится, когда люди друг друга бьют, - напомнила я.

- Я знаю. Повторюсь - это не просто драка. Это спорт. Жизнь. Ты увидишь - и поймешь.

И тут Михаил сделал и вовсе непростительную в сложившейся ситуации вещь - стянул с себя футболку. Бросил тряпку на скамейку и, уперев руки в бока, напряг грудные мышцы и бицепсы.

- И на меня приятно посмотреть, разве нет?

Я вытаращила глаза и потеряла дар речи то ли от собственного смущения, то ли от прямоты заявления.

- Ещё как приятно!

- Андрей, я не тебя спрашивал.

Подошедший к нам "помощник" вскинул руки в примирительном жесте и осклабился.

- Молчу-молчу. Но Веру ты сразил наповал. В темноте что ли в постели валялись?

Я пришла в себя, тряхнула головой, и, схватив футболку со скамейки, в сердцах швырнула ее в Андрея.

- Ты меня достал!

- Весь момент испортил, - согласился Михаил. - Короче, я пошел. Рус, где перчатки?

- Миша, глаз береги, - бросила я напоследок.

- Поберегу. Тебе не о чем беспокоиться.

Андрей сел со мной рядом.

- Он часто ввязывается в такие авантюры? - шепотом спросила я.

- Чаще, чем хотелось бы, - Андрей пожал плечами. - И необязательно было швырять в меня потную футболку.

- Потому что за языком надо следить. Час назад об этом говорили.

- Исправлюсь. Извини.

Михаил забрался на ринг и, опершись локтями о канаты, встал в ближний от нас угол. Противоположный занял Юрий - при виде соперника боксер начал прыгать, встряхивая руки. Он, кстати, остался в майке и из-за этого выглядел более защищенным. А Михаил... Вот он весь - сильный и открытый.

Я закусила губу.

- Рефери, тебя ждем, - крикнул Миша, оглядывая соперника.

- Чего вылупился? - ощетинился Юра.

- А ты все такой же дохляк, Знаменский, - не без ехидства заметил Михаил.

- Сейчас увидим, кто дохляк.

На ринг выскочил Рустам. Боксеры подошли к центру. Выражение лица Михаила изменилось так разительно, что мне стало не по себе.

- Ну все, - прошептал Андрей. - Дорвался.

- Бокс! - крикнул Рустам и отскочил к канатам.

Я ожидала, что первым атакует Михаил. Он же хотел этого так долго. Но нет, вперед бросился Юрий - его удары сыпались на соперника один за другим. Я только и видела, как мелькали перчатки. А Михаил защищался - ушел в глуховую оборону, выставив руки перед собой и качаясь из стороны в сторону. Конечно, уходить получалось не всегда, но даже в этом случае удары шли по касательной. Если Юрий выбрасывал руки с невероятной скоростью, то реакция Миши была просто молниеносной.

Раунд закончился. Боксеры разошлись по углам. Миша улыбнулся мне, точнее оскалился, покачав языком капу, и, расправив плечи, обернулся.

Юра, морща нос, смотрел на соперника.

- Может, им воды принести или полотенцем помахать? - спросила я Андрея.

Тот, опустив уголки губ, пожал плечами.

- Да нет... Смысл? В следующем раунде все равно все закончится.

Для меня заключение Андрея прозвучало зловеще.

- Как это "закончится"? - испуганно переспросила я.

- Смотри.

Бой возобновился. Юрий снова пошел в атаку, Миша сел в оборону. Ничего нового ровно тридцать секунд. А потом Архангел с совершенно непроницаемым выражением лица, уйдя в сторону, нанес первый свой серьезный удар, спутав противнику все карты. Юрий быстро пришел в себя, но теперь Михаил атаковал, уворачиваясь от кулаков соперника раскачиваясь, как кобра перед броском.

Юрий пропускал удар за ударом.

Я зажмурилась и отвернулась. А потом бой закончился.

- Нокдаун.

- Вера, - позвал меня Андрей. - Всё.

- Они живы?

- Ну конечно.

Я глянула на ринг одним глазом. Рустам говорил с Юрием, который, шмыгая разбитым носом, исподлобья смотрел вслед Михаилу.

- Что скажешь? - Миша остановился передо мной, и Андрей протянул ему бутылку воды. Боксер сделал маленький глоток и встряхнулся.

- У тебя бровь разбита, - тихо произнесла я.

- Заживет. Так что скажешь? Разве страшно?

- Я не смотрела, когда ты бил.

- Прикольно... Но смотрела, когда били меня?

- Ты не пропустил почти ни одного удара.

- Почти, - Миша вернул бутылку Андрею. - Ладно. Я в душ, и поедем.

Я проводила Михаила рассеянным взглядом.

- Он что, обиделся?

- Не знаю, - Андрей отвернулся. - Я в этих моментах не спец.

Юрий, спустившись с ринга, какое-то время наблюдал за нами. Андрей, шумно вздохнув сквозь сжатые зубы, взял меня за руку.

- Пошли отсюда.

- А Миша?

- На улице подождем твоего Мишу.

Стоило нам добраться до машины, как из здания вышел Белоозеров, на ходу надевая пальто, огляделся и заспешил к нам.

- Что-то ты быстро, - заметил Андрей.

- Опасаюсь, что Знаменскому хватит ума выяснять отношения с вами.

- Я бы ему вмазал.

- Ну да, - Миша снова рассеянно огляделся  и протянул помощнику руку. - Давай, до завтра.

- Покедова. Вера, счастливо.

Мы сели в машину. Миша завел двигатель, задумчиво глядя на пустую парковку, потер припухшую бровь.

- Больно? - спросила я.

Он обернулся.

- Что?

Я рискнула и, подняв руку, осторожно коснулась его виска.

- Сильно отекает. Может, стоит обработать?

- Дома приложу лед, - Михаил отвернулся.

- Ты обиделся?