Вера для чемпиона (СИ) - Винд Дасти - Страница 55

- За этим, - он ткнул пальцем в воротник. - Полежу недельку в больничке, а потом хату куплю. И на машину останется, прикинь?

Двери лифта открылись на нужном мне этаже.

- Какая же ты сволочь, Олег, - бросила я  напоследок, вполне осознавая, как жалко это прозвучало.

- Мне от этого совсем неплохо, Верочка, - криво улыбаясь, ответил Олег.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава четырнадцатая

Забрав квитанции, я вернулась в палату к Маргарите Васильевне. Миша стоял у окна, хмурый и раздосадованный, но на меня посмотрел растерянно, словно не ожидал, что я вернусь так скоро. Или как будто здесь только что говорили обо мне.

- Вера, запиши кое-что ещё, - княгиня отвела взгляд от телевизора и тоже посмотрела на меня. - Во-первых, привези мне дневник...

Миша отошел от окна.

- Пока. Завтра приеду, - бросил не глядя, перебив княгиню. Та не обратила на него ровным счетом никакого внимания.

- Вера, я подожду тебя в машине, - отрывисто добавил он.

- Ладно...

Где они опять не сошлись во мнениях?

Я спустилась к нему не так уж скоро - через полчаса как минимум. Миша слушал свою музыку - настолько громко, что машина дрожала.

Я открыла дверь, и наступила тишина.

- Что-то не так? - спросила, устраиваясь на сидении. Миша в задумчивости потер подбородок.

- Да так...

- Вы говорили обо мне? - задала я наводящий вопрос.

- О нас, - поправил Михаил. - Бабушка спросила меня, что между тобой и мной.

- М-м-м... И что же?

Миша обернулся ко мне. Посмотрел серьезно и немного грустно.

- Я люблю тебя. Что ещё сказать - не знаю.

Я отвела взгляд. Почему-то сейчас эти слова прозвучали как приговор. Или требование.

- А в чем была проблема? - спросила я.

Миша помолчал. А потом ответил резко и не без досады.

- Да ни в чем, - и тут же завел машину.

Снова у меня ничего не вышло. И я сама не могла понять почему. Поэтому просто и трусливо поспешила сменить тему.

- Я сейчас видела Олега.

- Где?

- В больнице?

- Он к тебе лез?

- Нет... Но похвастался, что денег ему теперь хватит и на хату, и на машину.

- Ну... Наверное, хватит.

Я вскинула брови.

- Сколько ты ему дал?

- Да какая разница? Рот заткнул - и ладно.

- Тебе не впервой?

Миша вздохнул.

- Сейчас мне не нужно ещё одно судебное разбирательство.

- Первое - это касаемо твоего тренера?

- Да.

- А за что ты его ударил? Если не секрет...

Мой собеседник пожал плечами. Значит, секрет. Его право - не мое дело.

- Извини, - я положила руку на его колено и чуть сжала. - Но твои обмолвки о жизни в США... Они...

- Тебя напрягают? Да, я, бывает, бью морды вне ринга. Мотаюсь по клубам и вечеринкам, когда того требует промоутер. Сплю с женщинами, которых забываю. Но... Это просто время между тренировками и боями, вот и все. То, что надо для разрядки.

- А что изменится, когда к тебе приедем мы?

- Все уже изменилось. Если ты пока этого не заметила.

- Я не знаю твою... Как бы правильнее... - я взмахнула свободной рукой. - Вот! Темную сторону!

Миша едва заметно улыбнулся.

- Продолжай.

- Не представляю тебя несдержанным, раскрепощеным, циничным... Я вообще не понимаю, что ты можешь быть другим, не таким, как сейчас. И меня это немного пугает.

Михаил накрыл мою ладонь, лежащую на его бедре, своей.

- Люди меняются, солнце.

Я кивнула, оглядывая его руку, и закончила нам обоим известной фразой:

- А в какую сторону зависит от тех, кого они любят.

- А ты готова измениться?

Этот вопрос застал меня врасплох. Я не поняла, что значил бы мой ответ на него, поэтому промямлила, не поднимая глаз.

- Я... Я не знаю...

- Понятно, - сухо ответил Михаил и сам же предпочел сменить тему. - Я сейчас завезу тебя в поселок и вернусь вечером. Тебе ничего не нужно в городе?

- Нет. Ничего. Ты не звонил Соне?

- Звонил. Она только проснулась... Попросила дать ей поспать. И мне показалось, что она не одна.

- А что в этом такого?

- То, что свои душевные расстройства она привыкла лечить сексом с чужими мужиками. Это нормально?

- Если это зависимость - то нет.

- Я откуда знаю, зависимость это или что другое, - Миша начинал злиться. - И  постоянного парня она себе завести не может. Потому что, когда ссориться с кем-то, кто мог бы таким быть, ищет тех, кто таким точно стать не может.

- Просто ещё не нашла того, от которого не захочется бежать, - заметила я.

- Женская солидарность?

Я молча пожала плечами. Скорее, нежелание копаться в душе другого человека, потому что в своей, оказывается, тот ещё бардак. Но подобным образом я ответить Мише, конечно, не могла. Поэтому промолчала, воспользовавшись действенным способом Белоозеровых уходить от прямого ответа.

Михаил кашлянул и спросил:

- Не хочешь вечером сходить куда-нибудь?

Ничем хорошим наши прогулки обычно не заканчивались.

- Может, просто посидим дома? - вопросом на вопрос ответила я. - Сделаю что-нибудь на ужин. Есть предложения?

- Нет, - отстранено произнес Михаил. - Никаких предложений у меня больше нет...

В доме я быстро отстранилась от самокопания и обдумывания смысла фраз. Занялась делами - убрала второй этаж, сняла занавеси в спальнях, чтобы постирать, потом села разбирать счета. Заказала выписки, составила список продуктов, вычесала Мозеса. День пролетел просто и полезно. К вечеру я приготовила ужин - мясо, запеченное с овощами, пару легких салатов и свежий яблочный сок. Это занятие дало мне ощущение уюта, постоянства и домашнего счастья, в котором есть, кого ждать. Но в начале восьмого позвонил Михаил, сказал, что приедет поздно и на ужин не успеет. В одиночестве я ограничилась салатом, но мясо все же не убрала, подумав, что Миша вернется голодным.

Чуть позже я поднялась к себе, решив лечь пораньше, и увидела на тумбочке снимок имения. Даже не взяв его в руки, сразу полезла за мольбертом.

Когда приехал Михаил, я уже заканчивала с эскизом. Рисовать мне было удобно на веранде, поэтому Миша нашел меня быстро.

- Я думал, ждать не будешь.

Я бросила взгляд на часы - начало первого. Ох, зря я так экспериментировала с режимом.

- Захотелось порисовать. Вот, - я отступила.

Миша, затаив дыхание, подошел ко мне.

- И как можно уметь такое... Для меня рисование - нечто запредельное.

- Нравится?

- Дух захватывает, - Михаил коснулся одной из колонн. - Ещё не в цвете, но уже как настоящее. Бабушка будет в восторге.

- Спасибо. Будешь ужинать?

- Нет, спасибо. Я перекусил по дороге.

Я вздохнула и отвернулась к рисунку.

Миша сел на кушетку.

- Хочешь новость?

- Давай, - меланхолично ответила я.

- Я днем все-таки заехал к Соне. И встретил у нее Андрея. Короче, как бы они ни выкаблучивались, но все предельно ясно.

Я покачала головой - Андрей дождался момента, но мне думалось, что не совсем того, который был ему нужен. Михаил истрактовал мое движение по-своему.

- Не ревнуешь?

- Кого? Андрея?

- Вы не так давно были вместе...

- Да не были мы вместе. И ревновать тут нечего. Мои отношения с ним - это вообще не отношения.

- Серьезно?

Я покосилась на собеседника:

- То есть для себя ты допускаешь секс без обязательств, а для других - нет?

- Хм... Я знаю женщин, которые живут по такому принципу. И ты не одна из них.

- Мне тридцать. Я никогда не любила. Но это не значит, что мне не была нужна... Как ты это назвал сегодня? Разрядка.

- Ага, теперь понятно.

Я обернулась.

- Что понятно?

- Что ты девственница.

Я не сдержала натянутого смешка.

- Это в каком смысле?

- В смысле признания. А первый раз - это всегда сложно. Особенно в тридцать лет.

Я поджала уголки губ и уперла руки в бока.