Вера для чемпиона (СИ) - Винд Дасти - Страница 57

А потом он долго стоял в коридоре у окна то потирая скулы, то глаза. Я молча наблюдала за ним, и мне было больно, потому что мы ничего не могли изменить. В итоге не выдержала, подошла к нему, взяла под руку и прижалась, не сказав ни слова. Он не сводил глаз с окна.

- Она всегда была сильной. Вытянула нас. За что ей так...

Я ничего не могла ответить.

В доме к приезду Маргариты Васильевны все уже было готово. Дом ждал хозяйку. И мы с Мозесом тоже.

Позавтракав, я села менять батарейки в кнопках, и тут кто-то позвонил в ворота. У Мишки были ключи, соседи и охрана обычно звонили в калитку. Сегодня должен был заехать Андрей - забрать документы, но я почему-то решила, что он приедет с Мишей и не в девять утра.

- Мозес, не лезь к двери, - я накинула куртку, взяла кота под мышку и выскочила во двор.

К нам и правда приехал Андрей. Только он был в стельку, повально и нечленораздельно пьян. Когда выходил из машины - повалился прямо в снег. Я застыла над ним с разинутым ртом. Да, Андрей был балаболом, но дураком настолько, чтобы пьяным в дрова садиться за руль... Нет, такого идиотизма с его стороны я припомнить не могла. Шатаясь и ловя руками воздух, он кое-как встал и, щурясь, уставился на меня.

- Пивет, Вер.

- Ты совсем ку-ку? Ты как по трассе ехал, придурок?

- Ой, не злись. Киса-киса, - он попытался погладить Мозеса, притаившегося у меня на руках, но кот заворчал и прижал уши.

- Пошли, - я огляделась и, схватив гостя за рукав куртки, потащила во двор.

- Э! А машина! За воротами?!

- Какая тебе машина! Иди в дом!

- Фу, - Андрей вырвался, сел на крыльцо и, зачерпнув пригоршню снега, растер кашу по лицу. - Бррр... Я, когда за рулем, я трезвый.

- В дом иди, трезвый.

- Ага, иду. Вера, - он снизу вверх посмотрел на меня. - Соня сказала, что ей нафиг не сдался такой тюфяк, как я. Понимаешь?

Я вздохнула. Соне стало лучше, и лекарство она выкинула. Отчасти Андрей был виноват сам. Не стоило ему лезть к Соне вот так, по ситуации. Дурная история.

- Понятно. Вставай, пошли в дом.

- Я ей не нужен. Я не её типаж... Вера, а чей я типаж?

Я закатила глаза.

- Пока - только вытрезвителя. Пошли, - я протянула ему одну руку, другой держа Мозеса. Андрей покосился на мою ладонь и глупо улыбнулся.

- Ты, Вера, самая лучшая...

Поднялся, едва не уронив меня в снег, и поплелся следом.

- Ты чем вообще думал, когда за руль садился? Ещё бы сбил кого, вот болван.

- Да... Болван...

- Раздевайся, пойдем чай пить.

- Вера...

- Ну что?

- Почему она так, а?

- Дура она, - я отпустила кота и, повесив куртку на крючок, пошла в столовую. Андрей, шумно сопя, не отставал.

- Вера, я же люблю ее. Что делать...

- Протрезветь и отоспаться. Потом подумаешь, как быть.

- Вера, - он схватил меня за локоть. Я обернулась и увидела, что Андрей не разулся и куртку не снял, только смотрит на меня умоляюще, как будто топиться собрался, а я должна его отговаривать.

- Ну что ты раскис? - мягко отозвалась я, отцепляя его пальцы от моего локтя. - Все ещё наладится.

- Вера, давай с тобой попробуем. Как раньше...

Я вытаращила глаза.

- Ты что... Ты же любишь Соню... А я - Мишу. У нас как раньше ничего не получится уже, понимаешь?

- Понимаю... Так обними хоть, Вера. Ты же такая... Такая нормальная...

- Господи, Андрей. Ну что ты как ребенок.

- Устал я, Вера. Добила она меня.

Я грустно оглядела его лицо.

- Ну иди сюда, - протянула руки. Не могла же я его прогнать.

Он прижал меня к себе, зарылся в волосы, замер, тяжело дыша.

- Как жалко, что люблю не ту, - он отстранился быстрее, чем я успела сообразить, глянул как-то совсем уж убито, а потом, дернув меня к себе, прижался к моим губам со всего размаха.

Я вцепилась в его плечи. Во рту отчетливо почувствовала вкус крови, от чего разозлилась ещё больше.

- Да... Какого...

- Что это значит?

Андрей шарахнулся от меня, налетел на стул и обернулся. В дверях стояли Маргарита Васильевна и Миша с чемоданом. Княгиня бледная, прямая, сдвинув брови, переводила взгляд с меня Андрея. А Миша... Он просто смотрел на меня, не моргая, не зло, а не веря.

- Да я... За документами, - промямлил Андрей.

- Вон из моего дома. Ты - кобель, и ты... Ты... Уходи, Вера.

Маргарита Васильевна вскинула руку, указывая нам на дверь.

- Это недоразумение, - начала я, вообще слабо понимая, что произошло. - Это все недоразумение...

- Вон! - резко, громко и сильно крикнула княгиня. - Я лучше сдохну, чем ещё раз впущу тебя в свой дом! А ещё радовалась, что ошиблась насчет тебя. Вон!

- Миша... - прошептала я.

- Подожди снаружи, - опустив глаза, тихо ответил Михаил.

Андрей хмыкнул и сел на пол.

- Да пожалела она меня. Чего вы... Вера, прости...

Я прошла мимо них всех, не поднимая головы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Машина Миши стояла у дома, на подъездной аллее. Я села на крыльцо, закуталась в куртку. Шапку забыла, поэтому то и дело поправляла капюшон, который срывал пронизывающий февральский ветер.

А ведь меня предупреждали, что отношения с родственником пациента ни к чему хорошему не приведут! И если Миша, а я была в этом уверена, все поймет и примет, то Маргарита Васильевна будет неприклонна. И мне, наверное, следовало уехать прямо сейчас, но княгиню я бросить не могла, как бы она этого не хотела. Поэтому я сидела на крыльце, надувшись, как воробей на ветке, и ждала.

Скрипнула дверь. Вперед вылетел Андрей. Едва не свалился с лестницы, но взмахнул руками и, удержавшись, осторожно, бочком спустился вниз.

Я подняла глаза. Андрей кулаком вытирал разбитый нос. Михаил остановился на ступеньке рядом со мной.

- Миша, нам надо поговорить... - начала было я, поднимаясь.

- Потом, - он сунул мне в руки мою дежурную шапку и тут же отвернулся. - Дай мне время.

- Ты его ударил?

- Я упал, - отчего-то радостно сообщил Андрей. - Через кота.

- Кот жив?

- Жив, - ответил Миша и обратился к Андрею. - Ключи где?

- Не помню... В машине?

- Пошли.

Миша схватил Андрея за воротник и попер друга через двор, к воротам. Андрей помахал мне на прощание.

- Миша!

- Что? - Михаил резко обернулся, порядочно тряхнув Андрея.

- Что мне делать?

- Зайди в дом и не попадайся ей на глаза. Я приеду, и мы все уладим.

Я кивнула, проводила мужчина взглядом и вернулась в дом. Постояла в прихожей, прислушиваясь к тишине, и решила проверить, как там Маргарита Васильевна. К моему удивлению, нашла я ее в столовой - она сидела на стуле, гладила Мозеса и не сводила взгляд с двери, будто ждала, когда я войду.

- Почему ты ещё здесь?

- Я не могу вас оставить.

- Мне было бы лучше, если бы ты ушла. Я имею право расторгнуть договор в одностороннем порядке.

Я кивнула.

- Да, конечно. Но нужно подыскать замену...

- Уйди, - она поднялась. Мозес спрыгнул на пол с ее колен.

- Да, уже ухожу, - я попятилась обратно в прихожую.

- Из дома, - княгиня повысила голос. - Я больше не нуждаюсь в твоих услугах!

И резко смахнула со стола детали кнопок, которые я так и не успела собрать.

Ничего не ответив, я выскочила во двор. Снова села на крыльцо и напялила шапку.

Бывало, что пациенты прогоняли меня. В этом не было ничего удивительного, страшного или обидного - я же выступала олицетворением их слабости и несамостоятельности, они имели право сердиться. Но теперь все обернулось по-другому. Я действительно была виновата. И, возможно, мне на самом деле следовало искать себе замену. Достав телефон, я набрала номер агенства. Меня обругали за срочность, но к вечеру пообещали прислать временную сиделку. Я ещё никогда не обращалась к ним с подобной просьбой, поэтому, наверное, мне пошли навстречу, понимая, что срочность в моем случае обусловлена не прихотью, а серьезной проблемой.