Девушка с Севера.Невеста темного принца (СИ) - Шейн Анна - Страница 17

Эта мысль заставила Мирну ухмыльнуться. Разумность и обдуманность действий - это точно не про северян. Вероятно, она все же переняла что-то от отца и своей весмерской линии. Впервые в жизни ей захотелось, чтобы это было правдой. Среди Голдисов было много талантливых военных, стойких, с безупречным стратегическим мышлением. И то, и другое ей бы пригодилось.

На вопрос о возможном предназначении подарка кому-то другому служанка мотнула головой. Она была уверенна.

Тут Мирна вспомнила о письме, доставленном вместе с посылкой.

Рывком она дернула к комоду у двери, где оставила его, когда Энни принесла коробку.

Мгновение она медлила, всматриваясь в печать и пытаясь отгадать на ней имя ее владельца, но вскоре поняла, что старания тщетны, сорвала ее и раскрыла конверт.

Крупными угловатыми буквами на высшего качества бумаге было написано короткое послание:

«Моя леди,

Я надеюсь вы примете мой подарок. Считайте это моей благодарностью за наш танец.

Уверен, что это платье подойдет вам и подчеркнет вашу редкую красоту.

Надеюсь вскоре увидеть вас в нем.

Ваш Г.Ф.».

Сердце сжалось, а глаза защипало. Губы расплылись в улыбке, за которую Мирне отчего-то стало совестно, но, с другой стороны, искренняя светлая радость затрепетала в груди. Она даже не сразу услышала, как Энни засуетилась:

- Что там, миледи? Что там написано? От кого оно?

Стало жарко и ужасно неловко.

- Это... Это подарок от графа Фаулза... Я танцевала с ним вчера.

- Темный принц? - на лице Энни проявилось беспокойство, - я слышала, он... Непростой человек.

- Я... - счастье смешалось с сомнением, эти противоречивые чувства раздирали надвое, - не знаю, Энни.

Служанка дернула головой и вдруг сменила тревогу на радость:

- Но куда мне знать что-то про графа! Это чудесный подарок, миледи, - Энни подошла ближе и покровительственно взяла княгиню за руки, будто та была ее дочерью, а не госпожой, которой она прислуживала, - что он вам написал?

- Благодарил за танец... Выразил надежду, что я буду сегодня в этом платье.

- О, еще бы вам не быть в этом платье!

Мирна усмехнулась и благодарно закивала.

- Мне нужно покинуть вас, но... Я очень за вас рада, миледи. Все наладится, вот увидите! - Энни трудно было сдерживать улыбку. Этот молодой румянец на щечках княгини, эти искорки в глазах напомнили ей собственную юность. И в очередной раз служанка убедилась: сословия сословиями, а чувства у всех одинаковые.

И по своему опыту Энни даже примерно представляла, как будет меняться все внутри этой милой девушки. Вначале, вероятно, она ощутит себя очень маленькой, беспомощной, но вместе с тем ужасно счастливой от этого нового переживания. Но потом внутри нее начнет расти огромная сила, уверенность, стойкость. Полюбив кого-то, она непременно полюбит и себя... Если граф, конечно же, откликнется на ее симпатию.

«Придушу его своими руками, - подумалось служанке, - если он ее обидит».

Удивительно, что княгиня за такой короткий срок завоевала ее расположение. Видит Святой, Энни всегда была своенравной и избирательной в отношении людей. Но порой не нужно время, чтобы прикипеть душой к человеку. Порой достаточно лишь короткого взгляда, чтобы понять: этого человека есть за что любить, и он точно полюбит тебя в ответ.

Когда Мирна искренне поблагодарила служанку, Энни оставила ее одну. Княгине нужно было насладиться этим прекрасным чувством, просмаковать его, впустить в себя... И позволить ему выгнать из души всю ту тоску и весь тот страх, что не давали ей покоя последние годы.

И Мирна взаправду ощущала все это. Хотя она не готова была позволить надежде разрастись, опасаясь больно упасть с высоты несбывшихся мечтаний, но приняла ее настолько, чтобы двигаться дальше и понадеяться на лучшее.

Ведь, возможно, ее судьба не так беспросветна. И мысль вернуться ко двору и вновь присоединиться к празднествам теперь не казалась столь удручающей. Ей даже захотелось поскорее оказаться там в этом прекрасном платье, и… И увидеть его.

Ведь этот подарок, эта записка… Значили, что он думал о ней. Что его не оскорбило ее поведение вчера на балу, что это не было злой шуткой, что он хотел бы снова встретиться с ней.

Сердце забилось быстро-быстро. Даже если приложить усилие - улыбку было не смыть с ее лица. А, видят боги, Мирна даже не думала от нее избавляться.

«Уверен, что это платье подойдет вам и подчеркнет вашу редкую красоту», - усевшись на кровати, девушка снова перечитала эти строчки, и лицо у нее просияло.

«Вашу редкую красоту», - шепнула она на выдохе и, приложив письмо к груди, закрыла глаза и плюхнулась на мягкую пуховую подушку.

За окном дул ветер – погода резко испортилась. Хотя солнце все еще ярко светило в полуденном небе, Мирна, проходя по коридору усадьбы, видела, как вздуваются пузырями легкие шторы из-за открытых позади них окон, и сама то и дело чувствовала зябкие прикосновения холодного уличного воздуха.

Впрочем, едва ли ухудшение погоды помешает королевскому празднику. К тому же просветы меж серыми тучами становились все больше, и небо обещало в скором времени проясниться.

Княгиня спешила в главный зал, навстречу к хозяевам, чтобы вместе с ними, как и вчера, отправится в замок монарха.

Обе леди Рэльс уже ждали ее. Они бодро о чем-то говорили, вероятно, о гуляниях, которые были запланированы на сегодня, но синхронно замолчали и уставились на Мирну, только та предстала перед ними.

Энни тоже была здесь - помогала горничной протирать мебель от пыли. В ее взгляде виделось восхищение и гордость за княгиню. В этом чудесном платье она выглядела потрясающе. У графини и ее дочурки челюсти так и отвисли, и Энни оттого хитро ухмыльнулась.

- Что это за платье? – дозналась Кэтрин, раздраженно морща носик, когда княгиня подошла ближе.

- Я… - Мирне стало не по себе под пытливыми взглядами. Без сомнений, леди осудят ее, когда узнают, откуда взялось платье. И, особенно, от кого… - это подарок, - ответила княгиня, стараясь скрыть всю правду.

- И от кого вы могли получить подарок? – осведомилась Каролина строго. Ее лицо вытянулось, кожа побелела, вся она вмиг стала ужасно холодной, - слуги доложили мне о посылке для вас, но я посчитала, что это какой-то пустяк из Дурхама... - она покосилась на Энни, но служанка вовремя спрятала взор.

- Его мне подарил благородный человек, - ответила Мирна, начиная раздражаться расспросами.

Какое право они имеют так с ней разговаривать? Так на нее смотреть?

- Кто?! – Кэтрин настаивала, будто бы не верила, что кто-либо мог подарить такое роскошное платье ее гостье. Бедной, неказистой приживалке!

- Я не знаю, - Мирне захотелось соврать и пресечь разговор. Выражения их лиц, интонации их голосов пробуждали в ней искренний гнев.

Мать и дочь отвратительно обходились с ней с первого дня, и, видят боги, княгиня долго терпела. Потому что не хотела прослыть неблагодарной дикаркой. Потому что боялась потерять покровительство, не имея за спиной ни родственников, ни друзей. Потому что в чужом и враждебном мире столицы она совершенно растерялась и хотелось ухватиться хоть за кого-то, лишь бы не утонуть.

Но едва ли леди Рэльс были хорошей опорой.

- Милая, довольно, - Каролина легко раскусила неуверенную ложь княгини, - Энни сказала, что к посылке прилагалось письмо, когда несла его вам. Кто его отправил?

Мирна тяжело вздохнула. Во вранье не было никакого смысла. Лучше будет сказать правду и поскорее со всеми покончить, чем скрывать и держать при себе. Она признается, и не будет ни о чем волноваться.

В конце концов, это ее дело и только ее. С нее довольно. Леди Рэльс ей не союзницы, и их мнение не должно волновать ее.

- Его подарил мне его светлость, граф Ноуфолк.

- Прошу прощения?! Я не ослышалась?! – голос Каролины стал на два тона выше, брови дернулись так высоко, что, чудилось, вот-вот достанут до линии роста волос.