Азуми (СИ) - Кентий Инна - Страница 24

Я перехватываю ее у Тэмотсу, едва мне предоставляется такая возможность.

- О чем Вы так сердито разговаривали?

- Не хочу об этом, – брезгливо передергивает она плечами.

- Пойдем в сад? – с вопросительной интонацией прошу, нет, умоляю я.

Императоры уже покинули зал, предоставив приглашенной публике возможность развлекаться в менее формальной обстановке. Обязательная часть вечера окончена.

Она молча кивает, соглашаясь, и я, не отпуская, за руку, веду ее в сад.

Свернув на самую тихую дорожку. Прижимаю к себе, осторожно целуя в уголок губ. Сердце уже во всю парит на крыльях надежды, от того, что Ми не только не отстраняется, а, наоборот, еще и делает движение навстречу.

- Я болван. Как мне не хватало тебя, Ми! Ты ведь позволишь мне, как прежде, так тебя называть? Ты не представляешь, как я скучал! Ты самое прекрасное, что случилось в моей жизни. – Обхватив ее лицо руками, жадно ловлю ее взгляд, оглядываю лицо, пытаясь запомнить все до мельчайших подробностей. Беспорядочно целую лоб, щеки, губы, брови, подбородок…

- Если ты позволишь, если ты, только позволишь мне… - пытаюсь попросить ее дать мне еще один шанс.

Она обнимает меня за шею, находит своими губами мои, и с коротким тихим стоном целует их. Взрыв эмоций! Я не в силах сейчас мыслить здраво, мне, как воздух, нужен еще один ее поцелуй, и еще один, и еще…, мне жизненно необходимо сжимать ее в объятьях! Чувствую, как ее руки зарываются в мои волосы, обнимают меня…

Возвращаться в зал не хотелось, и мы удрали на прогулку по ночному Рю-Дэй.

Бродя по тихим ночным улицам, долго говорили, нет, правильнее все же будет, я долго говорил. Объяснял, те свои мысли и поступки, ругал себя за глупость, за невнимательность, за черствость, рассказывал, как искал ее, как надеялся и страшился… и трогал, постоянно трогал Ми. Я не выпускал ее руку из своей ни на минуту, словно боялся, что стоит мне ее отпустить, и она опять исчезнет, оставив меня задыхаться без нее, как рыба, выброшенная из воды. Я то проводил рукой по ее щеке, то приобнимал ее за плечи, то целовал в висок на ходу...

- Знаешь, мне до сих пор стыдно перед тобой. – видимо, теперь пришла очередь выговориться Ми. – Нет, я не жалею о побеге, ведь тогда Ама-но-Хико так и лежал бы в своей минка без сознания, пронзенный катаной, и даже маленькой страны Като уже, возможно, не существовало бы на свете, и ее жители сейчас бедствовали, а женщины Вилаира были по-прежнему бесправны. Я бы не узнала очень многое про себя, не проверила бы на что я способна. Но… я ведь предала твое доверие ко мне. Ты подарил мне право свободно ходить где мне захочется, а я воспользовалась твоей добротой.

- Ты столько делал для меня, а я этого не видела. Точнее, я видела…. Твое хорошее отношение ко мне, понимала, что ты балуешь меня, что ты – самый лучший господин, возможно, во всей Империи. Но ограниченная своим положением кейнаши и своими скудными знаниями о жизни, не понимала, что ты мне даешь гораздо больше, чем следует из чувства благодарности за приятно проведенную ночь. – продолжила Ми.

- Ама-но-Хико рассказал мне про руны привязки у меня на спине, что они очень сильные и не снимаемые. Теперь, понимая, что все мои страхи, подтолкнувшие меня к побегу, были беспочвенны, мне еще больше стыдно перед тобой. Ты никогда не относился ко мне, как кейнаши, в полоном понимании этого значения, а я не понимала этого. Прости. За все волнения и тревоги, что доставила тебе, за то, что обманула тебя, злоупотребила твоей добротой, не оправдала твоего доверия! Прости, прости, прости! – Ми зябко укуталась в мой камзол, накинутый ей на плечи, и поймав мою ладонь, прижалась к ней щекой.

Понимание, что она не держит на меня зла и даже, странным образом, считает себя виноватой во всем, что с нами тогда приключилось, еще больше разожгло огонек надежды в моей душе, а ее жест, полный безусловного доверия и возвращающий частичку того безмятежного прошлого, окрылил мои мечты.

Видеть свой камзол на ней было… как признание ею моего права заботиться о ней. Обнадеживающе, волнительно и приятно.

Расставшись ближе к утру у дверей особняка посольства, в котором она теперь жила, перенесли прогулку по городу на полдень. Договорившись, что я зайду за ней.

На минуту показалось, что у особняка за нами кто-то следит. Но оглядевшись, постарался отмести эти подозрения. Кому, да и зачем это надо?

Говорить о нас, как паре было более чем рано. Слишком сильно изменилось все. Но теперь, хотя бы, тени прошлого не маячили мрачными декорациями по краям дороги, которую я собирался пройти, чтобы вернуть мою такую разную, но, как прежде, невероятно желанную, хрупкую, маленькую Ми. Да, она стала другая, но в ней много осталось и от моей прежней маленькой пантерки. А то новое, что видел в ней я, не отталкивало меня ничуть. Мне нравилось в ней все. Меня, как и прежде, тянуло к ней.

Главное не торопиться, не спугнуть ее своей настойчивостью, самому привыкнуть ко всем произошедшим с Ми изменениям.

Как начать за ней ухаживать я не представлял себе. Пусть ее признание и чувственный поцелуй в саду подарили надежду на теплящиеся в ней чувства к нему, на возможность вернуть свою прежнюю Ми, но она призналась лишь в том, что винила себя за злоупотребление моим доверием, ни словом не обмолвившись о будущем, о желании вернуть то, что было между нами. Наоборот, отметила, что не жалеет о побеге.

Да и что можно из того прошлого вернуть?

Сейчас у нее должность помощницы Императора, интересная работа и, наверняка, много предложений от влюбленных в нее мужчин. Она может выбрать любое увлечение, теперь перед ней не стоит вопрос с разрешением и нет нужды в деньгах. Она молода, обворожительна и желанна для многих.

А что может ей предложить он? Он хочет взять ее в жены, но, если она согласится, ей придется оставить свою должность. Возможно, ему удастся убедить Ичиро Такахаси дать ей работу в Совете Императора, или он предложит ей какую-то работу в своем департаменте, но это совсем не равнозначная замена. А в его доме ее ждет обычная жизнь замужней кизоки.

Он может бросить к ее ногам свое сердце, баловать ее, дарить жаркие ночи, со всей страстью доказывая, как она ему дорога. Но нужно ли ей это? Достаточно ли будет этого ей для счастья?

Глава 13.

Император Тэй-Кам уехал на следующий день после подписания соглашения, оставив все текущие вопросы на Ти-Ядо.

Ама-но-Хико перед тем, как покинуть Рю-Дэй, взял с кугэ Оокубо и Ичиро Такахаси клятвенное обещание оберегать и заботиться о его помощнице, не обижать и не спускать с нее глаз ни на секунду.

Затем он о чем-то долго говорил с Азуми. Она слушала его внимательно, кивая в знак того, что поняла, уточняя периодически что-то. Серьезная, сосредоточенная. Временами она вскидывала на него взгляд, и они замолкали, сосредоточенно вглядываясь друг в друга, словно читали мысли.

Перед тем, как сесть в мобиль, Ама-но-Хико тепло обнял Азуми, поцеловал ее в макушку и легонько похлопал на прощанье по спине.

Кейташи

Начались трудовые будни. Мы составляли приблизительный график выхода на связь экспедиции, которая должна была уже на днях вместе с внушительным отрядом сопровождения, состоящим из опытнейших военных, отправиться порталом к границам Ай-Назо. Этот поход не предполагал легкомысленного к нему отношения. Кроме того, что земли эти были мало изучены, последнее время от вольных исследователей стали приходить сообщения о значительных изменениях климата на плато. Особенно заметны они были в его южной части. В рюкзаках у каждого члена экспедиции лежал аварийный амулет переноса, на случай смертельной опасности и других непредвиденных ситуаций.

Шли последние проверки готовности экспедиции к походу.