Мне важно этой ночью (СИ) - Джасс Риччи - Страница 22

- Я очень проголодалась, - сажусь и долго смотрю ему в лицо, пока пальчики гладят влажную головку, - мне было неприятно слышать то, когда говорил, что не хотел это делать со мной, Дим. Я же только твоя кошечка, ты веришь мне?

Пристально смотрю ему в глаза, чтобы ничего не упустить.

Он ничего не ответил вербально, но в следующую секунду я полетела на кровать, а ещё через секунду он был во мне. Когда успел надеть презерватив не поняла, вот так и напяливает впопыхах, что потом косяки выходят! Плевать, сейчас плевать на всё, потому что я получила то, что хотела.

Он вошёл во всю длину, по самые яйца, до боли вжимая себя в меня, остановился, медленно закрыв глаза и дурея от того, как узко, влажно и жарко я его приняла. Движение бёдрами и он вышел почти целиком, оставив внутри одну головку, а затем снова резко внутрь, так, что я почувствовала, как его яйца шлёпнули мою кожу, и с его губ сорвался рык.

- Какая же ты охеренно горячая, жена!

Он присел на колени на кровати, подтянул мои бёдра вверх, к своему паху, и стал яростно насаживать меня на себя, со стороны это наверное даже было похоже на то, словно он пытается подрочить моим телом, и это было что-то крышесносное. Разрядка пришла слишком неожиданно и слишком быстро от такого напора и такого долгого воздержания. Оргазм, болезненный и дикий, накрыл обоих одновременно.

Простынь, которую я сжимала, скомкалась под моей спиной, Дима и вовсе как-то странно согнулся.

- Теперь я понимаю, как мужики умирают во время секса, аж грудь сжало, - хмыкнул он, сверху вниз глядя на меня.

- Кофе меньше пей, а больше трахай свою кошечку, - пытаюсь смеяться, но он намерено делает ещё толчок, а я выгибаю спину и взвизгиваю от удовольствия.

- Тебе нужно начать пить таблетки, - выдал вдруг серьезно.

- Я завтра сбегаю к своему гинекологу, - целую упавшего на спину мужа в плечо и сажусь.

Стягиваю презерватив, бросаю его на пол. Целую низ его живота, а пальчиками едва касаюсь расслабленного члена.

- Там все нормально, после?...

Опять замолкает, не произнося вслух слово выкидыш.

- Был очень маленький срок и не все так критично.

Выдаю информацию как на духу, чтобы он не загонялся.

- Дим, мы не виноваты. Ты по крайней мере. Это всё я. Прости. Не продавала бы себя, ты бы не попал в такую ситуацию. Я просто дура, что так долго не решалась заловить тебя и просто заставить меня выслушать.

- Не я, конечно, - хмыкнул, скривившись. - Если бы я не распускал руки в ту ночь, этого бы не случилось. Так сказал врач, когда я привез тебя. То, как я тебя взял после стресса, который ты испытала, спровоцировали... это.

- Мы не знали что беременны! Прекрати это делать и накручивать себя. Не зли меня. Или тебе легче уничтожать себя морально? Зачем?

- Потому что я боюсь градуса злости, которого достигаю, когда я рядом с тобой, - поворачивает лицо ко мне, рука с моего живота, на котором лежала, скользит к шее, но он не сжимает её, а нежно поглаживает пульсирующую венку.

- А если я скажу, что не смотря ни на что , в ту ночь получила удовольствие, которое преследовало меня все эти недели без тебя во мне? Дим, я хочу, чтобы ты занимался со мной сексом всегда, когда захочешь. Черт, я уже хочу чувствовать тебя без защиты. Я превращаюсь в сучку в течке и это пугает, но в тоже время просто сводит с ума.

- Воспитал из скромницы извращенку, - усмехнулся, упав рядом и притянув меня к себе. - Останешься у меня сегодня. Восполним пробелы. Но я хочу чтоб ты пообещала мне одно: никогда не врать мне.

- А я и не вру.

Сажусь и смотрю с негодованием.

- А когда я врала?!

- Когда пришла среди ночи явно стребовать супружеский долг, когда сказала, что выпила все вино, а затем, что всего бокал. И когда приехала зареванная от своего бывшего шефа. Не расскажешь, какого хрена это было?

Краснею. Поймал.

- У меня с Ильнаром никогда и ничего не было. Он просто очень мне помог в сложный момент. И в тот день мы с ним ездили на кладбище. Я сорок дней мамы провалялась в больнице. И с похоронами тогда он помог. У него там тоже дочь похоронена, недавно умерла. У него тогда сердце весной прижало в парке, когда новости услышал.

Горло спазмом сжало от воспоминаний. У каждого своя боль, своя история.

 - А хочу я только тебя, это ведь не карается законом?

Он прижимает меня сильнее и шумно выдыхает.

- Я хотел натянуть одну из своих подружек в тот день. Она безотказна, а я был зол. Пока ты не разбила мне лицо перейду к сути: он не встал.

- Что?! - пытаюсь вырваться из его цепких рук, а потом смеюсь, осознав смысл. - Мальчик знает кого трахать.

Склоняюсь к паху мужа и кончиком языка дразню член.

- Не скромничай, - подначивает Дима.

- Не сегодня, потому что я взорвусь, когда буду это делать сейчас. Лучше сделай так, чтобы твоя кошечка просила пощады и отключилась у тебя под бочком, мурлыкая от расслабления.

И он сделал все так, как я просила. А затем мы уснули, обнявшись как два голубка.

47 глава

Проснулся рано, от того, что спать было непривычно жарко и при этом странно комфортно. Повернул голову и увидел причину этого ощущения: под боком, прижавшись своим молодым, красивым телом, спала Дина. Улыбнулся краем губ, вспомнив её вчерашнее появление. Совсем крыша поехала, я же зарёкся спать с этой бабой сам себе, ещё тогда, после больницы, а потом мне приснился сон, в котором мы были вместе и это было прекрасно. Сон возродил эрекцию, которая неделю после Арины меня не посещала даже по утрам. И потом пришла она, и всё снова стало на свои места.

Это немного пугало. Вулкан эмоций и чувств, которые я испытывал от одного её вида. Это самые запутанные отношения из всех, в которых я когда-либо состоял. И я сам их усложнил, даже больше, чем она.

Дина смешно причмокнула во сне и сложила губки трубочкой, и я улыбнулся шире, глядя на это прелестное создание. За какие грехи она только свалилась на мою больную голову вся такая? Что хочется и оттрахать до умопомрачения, и придушить одновременно. Так ведь быть не должно, я не идиот и прекрасно это понимаю. И над этим нужно работать. Работы, чую, предстоит много. И над собой, и над этой кошечкой.

Склонился к губам и своровал поцелуй, углубил его, когда почувствовал, что отвечает, рука самовольно скользнула по ее животу ниже, и палец без прелюдии скользнул внутрь, где ему были рады, поэтому я подключил и второй, чувствуя, как она стонет и ее стоны утопают в нашем поцелуе.

Когда мы пришли на завтрак, бабуля уже была в кухне и рассцвела в улыбке, тут же подколов:

- Что я вижу! Чета Князевых вместе завтракает, подумать только. Ещё месяц и может даже в кино выберетесь, на свидание, а то всего-то ничего женаты.

Я задумчиво сдвинул брови и почесал репу. Свидание. А что? Бабушка закинула правильную удочку и в тот же вечер я пригласил свою жену на наше первое свидание. Мы сходили в ресторан, выпили вина, поужинали и пошли на последний сеанс в кино, где мы были одни в кинозале и я полфильма просто целовал её, не отказав себе в удовольствии сорвать один её оргазм прямо в кинотеатре. Продолжили мы в машине, эта странная девчонка находила свой кайф в сексе в двухместном купе, в то время как все нормальные люди обычно трахаются на заднем сидении, которого в этой машине нет.

Чтобы наказать её за дерзость, по приезду домой я отправил ее спать, а потом разбудил и трахнул. Два раза. Быть непредсказуемым как горькая жопка сладкого молодого огурца моё всё.

Неделя пролетела незаметно, Дина каким-то чудом продолжала работать и у бабушки, и в больнице, я тоже продолжал решать свои вопросы и дела и здесь, и в Нью Йорке одновременно. Хвала современным технологиям, это стало настолько доступно, что ныть о том, что у тебя что-то не получается просто грешно.

Бабушка, с тех пор, как мы с Диной стали ладить, расцвела и даже цвет лица изменился, да на щёки вернулся румянец. Я видел, как рада она тому, что она больше не одна в своей роскошной дорогой квартире и что ей есть с кем поговорить, а то и просто послушать пластинки и помолчать. И понимал, что умей мы сразу общаться, как адекватные люди, и не трепи нервы старушке, цены бы нам не было, но... Что есть то есть.