Кости внутри (ЛП) - Пирс Моника Эндерле - Страница 40

— Это половина моего флота и доля моей армии.

Гетен смотрел на сотни кораблей, их паруса ловили ветер.

Галина окинула бухту взглядом и посмотрела на Ясан Хот.

— Теперь я вижу, что Кворегна — остров, окруженный империей, — она поймала взгляд Локшина и добавила. — Я раньше не понимала размах вашей власти.

Он кивнул. Но он не злорадствовал, а принимал это.

— Это огромная и древняя империя. Но она не переходит границы.

— Только потому Кворегна остается независимой, — сказала она.

— Хотя меня манит сталь Налвики, я научился многому на ошибках и успехах моих предков. Терпение обычно награждает меня тем, что я хочу. Я предпочитаю смотреть, как дела развиваются постепенно, а не силой. Нужно ценить жизнь, особенно, когда жизни доверили в твои руки.

Галина и Гетен кивнули.

— Власть и ответственность нельзя разделять, — сказала она.

— Хотя мы порой хотим этого, — добавил император. — Я вас понимаю, леди Риш. И вас, лорд Риш. Мы все разделяем бремя ответственности и боремся с амбициями.

— Хотел бы я, чтобы все видели мудрость в терпении и глупость в жадности, — отметил Гетен.

Корабли двигались по зеленым волнам со скоростью и легкостью. Большие корабли с высокими мачтами двигались вперед, великаны, которых не беспокоили маленькие фрегаты вокруг них. Лучники стояли на палубах, золотые щиты и стальные мечи сияли как камни на платье императрицы.

Армия и флот Телеянска были ужасной силой. Если бы Локшин захотел, он мог бы разбить Кворегну и убрать королей и их армии, как муравьев.

— Кто может остановить вас, если вы захотите сделать Кворегну своей? — удивился Гетен.

— Вы, маг солнца, — ответил император. — Только вы, — он улыбнулся и добавил. — Потому я предпочитаю быть вашим союзником. Я бы не хотел делать вас своим врагом.

Гетен не был уверен, что обладал такой силой, как представлял Локшин, но кивнул. Лучше позволить императору Телеянска верить преувеличениям о его магии, чем правдой практически позвать его завоевывать.

— И я хочу быть вашим другом.

Локшин улыбнулся.

— Вы попросили альянса с Телеянском. Я отказал. Но я человек принципов, и когда на моих гостей напали на моем пороге, меня оскорбили. Когда они страдают от ран, защищая мою семью, они оказывают мне услугу. Что вы предлагаете взамен на альянс против короля Валдрама и короля Илькера, леди Риш?

— Сталь Налвики, ваше превосходительство. Мы лишим власти безумного короля Налвики и посадим на трон его дочь, принцессу Фэдерику. Когда Телеянск попросит переговоры о стали Налвики, условия будут справедливыми, а не оскорбительными.

Локшин кивнул.

— Вы продумали это. Девочка готова править?

— Ей всего двенадцать, но я начала учить ее политике и войне. И мы оставим с ней советника, которому можно доверять, и которого знают другие короли Кворегны. Кого-то справедливого. Кому я доверила бы жизнь.

Он посмотрел на Гетена.

— Вас?

— Нет, — ответил он. — Того, кого выберет Совет Королей Кворегны.

Локшин посмотрел на флот, глядел на будущее.

— Сталь не стоит крови, но безопасность стоит. Враг, который может напасть на гостя в моей цитадели, тот, у кого нет чести, и он не заслуживает уважения. Его нужно остановить. Хоть Один бог просит о мире и порядке, я помогу вам в этом, — он медленно кивнул. — Стабильность Кворегны выгодна Телеянску. И мне нравится мысль о хорошей стали, — он улыбнулся и посмотрел на Гетена и Галину. — Мы принесем мир и порядок четырем королевствам, а юная королева Налвики станет очень богатой.

ДВАДЦАТЬ ДВА

Телеянск выделил тридцать тысяч солдат и матросов для поддержки Галины. Шесть дней избранные генералы Локшина организовывали отряды и припасы.

Она стояла на балконе императора и смотрела, как загружали корабли — сотня, включая десять огромных шхун. Высокие деревянные краны поднимали бочки зерна, тюки сена, клетки куриц, ящики фруктов и овощей на корабли с пристаней, тянущихся на мили. Ряды лошадей ждали, когда их уведут на борт. Солдаты маршировали по трапам, сохраняя дисциплину. Над их плечами сияли пики с желтыми знаменами. Гремели мечи, скрипела кожа ремешком, звук доносился до дворца.

— Боги, Гетен, — прошептала она, он упирался руками в перила рядом с ней. — Это может сработать.

— Это грозная сила, но боевые маги остаются, а это ошибка.

— Да? — Локшин стоял на пороге за ними.

— Да, — ответил Гетен. — Ваши отряды столкнутся с сильным некромантом, обученным тем же мерзавцем, который учил меня. И он набрал в свой отряд ведьм и магов.

Император пожал плечами.

— У нас есть маг солнца. Я не переживаю.

Гетен посмотрел на флот, щурясь.

— Я — маг солнца, и я переживаю. Валдрама нельзя недооценивать, особенно, если ему советует мой мертвый наставник.

Локшин смотрел на корабли и отряды.

— Я возьму личного волшебника, — он посмотрел на Гетена и добавил. — Я же буду путешествовать с сильным некромантом. Лучше держать мага рядом, да? На всякий случай.

Галина сказала:

— Потому что союзников нет?

Он кивнул.

— Только семья. А мой личный маг — мой пятый сын.

Гонг отметил начало часа, и голос сообщил время:

— Армия готовится. Корабли поднимают паруса. Империя Локшина собирается воевать. Империю Золотого цветка не победить. Час стали наступил.

Раздался гонг выше, призыв к молитве. На кораблях, на пристани и в огромном городе люди повернулись, соединили ладони и поклонились статуе Одного бога на дворце Золотого цветка. Бог порядка. Бог покоя.

Два священника в лилово-золотых робах появились на балконе и опустились на колени перед Локшином. Пришли еще трое, один нес золотую чашу с водой, другой — белый шелк, третий — золотую тарелку. Локшин вымыл пальцы, вытер их и опустил ткань на тарелку. Четвертый священник опустил подушку у ног императора и помог ему опуститься на колени.

Гетен и Галина тихо стояли, тишина охватила Телеянск. Молитва происходила утром, в полдень и ночью, и вся империя останавливалась. Ветер свистел мимо ушей Галины. Он трепал знамена на замке. Морские птицы кружили и кричали.

После пары тихих мгновений прозвучал гонг, разнесся эхом по замку и бухте.

Император и его священники встали. Священники поклонились и покинули балкон. Локшин повернулся к Галине и Гетену.

— Один бог улыбается Телеянску и его союзникам.

— Даже если они не семья? — спросила Галина.

Император рассмеялся и оставил их смотреть на долю его армии, которая поможет им освободить Кворегну из хватки безумца.

Гетен смотрел, как дверь закрылась за Локшином, а потом повернулся к жене.

— Пора использовать полученную ужасным образом силу, чтобы усилить твою защиту.

Она смотрела на него.

— Что ты задумал, волшебник?

— Дуэш и Гвин.

— А что они?

— Я думал о Хоно Хот и сыновьях Кенбиш.

— Не понимаю.

— Крикуны пойдут за тобой, как только мы ступим на землю Кворегны. Валдрам ищет тебя.

— Это ясно, — ее злили мысли о кузене. — Но как?

Гетен нахмурился.

— Я не знаю точно, но, думаю, ему помогает украденная магия крови.

Ее лицо и грудь вспыхнули, раздражение стало гневом. Она хотела что-нибудь пнуть.

— Я насажу его на кол. И оставлю гнить на солнце.

— Приятная мысль, — ответил он. — Я придумал оружие, которым он не может управлять и использовать против тебя.

— Волки?

— Блейды.

— Что?

Он рассмеялся.

— Волки-духи. Я получил их разрешение изменить их в самый сильный облик.

Галина стиснула зубы.

— Это не опасно для них?

— О чем ты? Они в опасности во время каждого сражения.

— Я про изменение их духов, — она не понимала, как дороги ей были волки Ранита, но она не хотела, чтобы их ранили. — Они уже многое отдали, чтобы защитить нас. Я не знаю, можно ли просить у них больше.

— Они хотят защитить нас. Им не понравилось проигрывать призракам, как было. Пока я не прибыл с пылающим духом Йисун. Если я сделаю их блейдами, у них будет власть взывать души их мертвой стаи.