Антология советского детектива-45. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Юзефович Леонид Абрамович - Страница 527

Польза была взаимной. Профессор вновь нашел себя, воспрял, сошелся опять с женой и на лето даже вывез семью на Канары. Не на все, конечно, лето — так, дней на десять… Но все же!

Внешне Денис Зайченко был полной противоположностью виноградовского коллеги — высокий, худой и сутулый, он всегда одевался дорого и шикарно. Закончив на два выпуска раньше тот же, что и шеф, экономический факультет, он некоторое время прозябал в аспирантуре, потом без особого успеха занимался туристическим бизнесом, после чего нырнул наконец под крыло своего более удачного однокашника. И теперь, в должности заместителя генерального, а проще — главного администратора, обрел все, о чем мечтал: квартиру, почти новый БМВ, много шикарных вещей и выпивки. Что же касается женщин, то с этим у Дениса проблем не возникало никогда — был он, без сомнения, хамом, но хамом чертовски обаятельным, так что и обижаться на него казалось вроде как неловко… На некоторых, правда, чары не действовали, пару раз, даже на памяти Виноградова, доставалось ему по морде — и в обоих случаях Денис воспринимал это с неподдельным и искренним возмущением. В сущности Зайченко был незаменим в «высоких» кабинетах стареющих дам и при организации разного рода презентаций и банкетов.

А вот Корзун был чертовски похож на Дениса — почти копия, только чуть поменьше коньяка и значительно больше спорта: костюм из того же магазина, прическа… В свои двадцать три он был болезненно самолюбив, храбр по неопытности, по той же причине нахален — и в целом вполне справлялся с обязанностями начальника службы безопасности фирмы.

Из них всех Иван Иванович Орлов выглядел самым тихим и беспомощным — типичный аппаратчик, «промокашка». Да и чего ждать от рядового инженера, оставившего когда-то родной НИИ ради мелкой должности в райкоме партии? Когда уже встававший твердо на ноги Маренич взял его к себе, многие воротили носы: зачем? почему? И только пара человек знала — был в жизни инструктора райкома Орлова поступок! Что в августе девяносто первого, после тех победных ельцинских указов, после запрета коммунистической партии, когда ее лидеры или попрятались по норам, или принялись исступленно каяться, он вместе со старушкой, помнившей еще тридцать седьмой и «ленинградское дело», пробрался среди бела дня в свой райком и под носом у милицейского поста спалил половину учетных карточек! На всякий случай. В ожидании репрессий… В фирме Орлов оказался человеком не лишним, с людьми работать умел и любил.

С Виноградовым они подружились.

— Итак… Что мы знаем точно? — Владимир Александрович размашисто отчертил широкую графу. — Первое. Тридцатого, в четверг, из сейфа Виктора пропадает семь тысяч баксов. Время — с полдевятого до девяти вечера. Входная дверь и сейф не взломаны, а вскрыты ключом. «Пальцев» нет, больше ничего не пропало — действовал профессионал…

— Это уже выводы! — подал голос Профессор.

— Согласен. Дальше… Вечером четвертого пропадает сам Виктор. И это уже посерьезнее.

— Надо определиться! Если одно с другим связано, то… — Зайченко нервно щелкнул зажигалкой. — Черт!

— Подожди ты… Попробуем сначала по обстоятельствам исчезновения.

— Хорошо. — Денис наконец прикурил и затянулся. — Я побывал в гостинице у Мейера. И он, и жена подтверждают, что Виктор ушел около одиннадцати, пешком. Собирался домой — он звонил от них Лене своей, сказал, что поймает такси и через полчаса приедет…

— Под балдой?

— Да нет… Мейер говорит — по бокалу красного за ужином… Он, ты же знаешь, не любитель…

— Как был одет?

— В смысле?

— Ну — что в руках? Документы какие были? — Виноградов понимал, что интересует Профессора: человек ii костюме из Парижа и с радиотелефоном в руке запросто может стать соблазнительной жертвой для любых хулиганов и просто шпаны с Невского. А если он еще и выпивши…

— Тут такое дело… Они с Мейером за город с утра ездили — русская экзотика, березки, баньки… Так что, кстати, и про эту заваруху с Белым домом узнали, только вернувшись. И одет был Виктор соответственно — джинсы, куртка…

— Поэтому и Женьки не было, — вставил Зайченко. Шеф с немцем у «Астории» вышел, а тот Ленку домой повез, так чтобы потом прямо в гараж.

— Он меня сам отпустил! — обиженно поджал губы Корзун. — Я за ним еще пяти утра не было заехал. А потом: за рулем сто километров…

— Успокойся! Никто тебя пока не обвиняет… Так что там — деньги, документы?

— Ну, паспорт у него всегда с собой — заграничный… Кредитка «Америкэн экспресс»… А денег точно не было! Шеф у меня, прежде чем отправить, «пятеру» взял — на тачку.

— Та-ак… Что в гостинице? Драки, скандалы в тот вечер были?

— Нет. Ничего. Швейцар его запомнил — вид уж больно дачный… Говорил — ушел, а из двери он не выглядывал.

— По двадцать седьмому? Двадцать восьмому? Пятому?

— Я сам по этим отделениям ездил, — кивнул Корзун. — Ничего! Менты говорят — ни задержанных, ни трупов…

— Ла-адно… Значит, вот что в первую очередь сделаем…

— Да подожди ты! Не забегай вперед.

— А это при всех вариантах надо. — Профессор глянул на Виноградова из-под очков. — Во-первых — группу к Ленке. Чтоб круглосуточно охраняли — ее и дочку… По полной схеме: квартира, парадная, подходы!

— Троих хватит? — оторвался от пометок Корзун.

— Смотри сам… Да нет, пожалуй, человек пять надо. И пару машин…

— А что я ей скажу? — застонал Зайченко. — Она и так…

— Твои проблемы. Далее. Все объекты — на осадное положение: офис, склады, магазины и все остальное. Стационарные посты — сдвоенные, ментов подключайте. Сюда посадите резервную группу… Мишку нашли?

— Да.

— Вот, его ребят! И еще там — с ОМОНа, с «захватчиков»…

— Может быть, две группы? На всякий случай?

— Пожалуй… Да, пусть будут две! На все возможные телефоны — автоматические определители номеров. Проинструктируйте персонал, звонки фиксировать…

— АОНов не хватит, — задумался Орлов. — И раций бы еще пяток… Но ладно, это я сейчас пошлю — купим.

— Что у тебя вообще есть в хозяйстве? — поинтересовался у Корзуна Владимир Александрович.

— Три «Макарова», одиннадцать газовиков… Пять жилетов — но три из них армейские, неподъемные! И по мелочам: шокеры, дубинки, наручники, — перечислил начальник службы безопасности.

Глупых вопросов никто не задавал — присутствующие знали, что все это законно, лицензировано и получено благодаря связям Профессора раньше и дешевле, чем в других охранных структурах Питера.

Виноградов не любил, в принципе, оставаться на вторых ролях, но стоило признать — если капитан считался всего лишь наперсником и приятелем шефа, то Профессор был мозгом и ангелом-хранителем всей фирмы. Менять тут что-то было сложно, да и бессмысленно… Тем более что на суммах выплат это почти не отражалось.

— Хорошо. Все — в дело! Бандитов нашли?

— Да, — кивнул Корзун. — К двум один из них обещал быть.

— Сам?

— Конечно! Я в двух словах намекнул…

— По телефону? — застонал Виноградов. — Надеюсь…

— Как Профессор учил: условной фразой, сигнал тревоги…

Видно было, что начальник службы безопасности не удержался и трепанул что-то от себя, но сейчас было не до воспитательной работы.

— Ла-ладно…

— Давай, Профессор, заканчивать семинар. Дело делать надо, а то опять по кругу пошли. — Виноградов иногда уставал от излишней академичности коллеги, сказывалась и профессиональная ревность.

— Хорошо. Я сейчас буду предлагать версии. Потом прикинем, что по каждой из них нужно сделать. Когда. Кому. Все коррективы — в рабочем порядке. Готовы?

— Поехали!

— Первое. Самое бредовое… Виктор решил нас всех послать и смотался… ну, скажем, в Штаты. Или куда там? В Грецию? В Польшу?

— Ерунда! В таком виде?

— И без денег?

— А кредитная карта? Сколько у него там? А, Иваныч?

— Не знаю… — с сомнением пожал плечами Орлов. — Можно уточнить, конечно… Ну и, понимаешь… Здесь все свои… Ксива-то здесь осталась!

Виноградов знать не знал, но догадывался, что шеф, подобно большинству предусмотрительных российских бизнесменов, озаботился приобретением некоего солидного документа с собственной фотографией и всеми положенными печатями, свидетельствующими о том, что предъявитель сего документа является полноправным гражданином какого-нибудь неброского государства — Аргентины там, Италии, ну, на худой конец, Польши или Буркина-Фасо… Стоило это удовольствие не так уж дорого — от пяти до двадцати тысяч долларов. Натурализоваться с этой «липой» в Штатах или Германии дело было дохлое, но чтоб в случае чего покинуть родные пределы — вполне!