Венерианские мужья (СИ) - Бег Кира - Страница 26

И надо менять тактику, однозначно. Я покосилась на шагающего рядом мужчину. Военный, значит?

- Назови своё имя, - приказным тоном скомандовала я.

- Капитан Аргус, к вашим услугам, госпожа, - ответил Хромой и покосился на меня.

- Почему ты зол на меня, Аргус? Отвечай! – тем же тоном задала я следующий вопрос.

Аргус скрипнул зубами, снова сжал кулаки, но ответил.

- Вы отказались от мужей. Даже не допустили возможности рассмотреть их кандидатуры. Не задумались о том, что лишаете их семьи и женского тепла. Вы…

- Это когда такое было? – перебила я Аргуса. – Ты же ни разу ко мне не подошёл, не поговорил!

- Я слышал ваш разговор с первым и единственным мужем возле банка.

Я глубоко вздохнула, пошла быстрее. Нам обоим стоит сбросить пар.

- Аргус, я землянка. Меня воспитывали иначе, я росла в семье с одним отцом, одной матерью, и считала это нормальным. Тот разговор случился, когда я на Венере была всего второй день. И меня до сих пор смущает мысль о гареме. Я не представляю, как вы будете уживаться вместе. Как я буду смотреть в глаза одному, когда провела ночь с другим. Как делить между вами своё время, чтобы никого не обидеть.

Аргус смотрел на меня с изумлением.

- Да я просто сгорю от стыда! И буду чувствовать себя виноватой, когда вы станете меня ревновать друг к другу!

- Не станем, - вдруг пробасил Аргус, замедляя шаг. – Есть… мужские ритуалы и правила, чтобы решить всё мирно. И можно проводить ночи сразу с двумя, чтобы никому не было обидно.

И смотрит так хитро, будто уже раскусил. Я решила, что надо ковать, пока горячо, и взяла ладонь мужчины в руки.

- Аргус, Иолар очень просил, чтобы я дала тебе шанс. Я его люблю и постараюсь сделать это ради него и ради тебя. Но ты должен мне помочь.

Аргус сглотнул, за золотом уже не было видно радужки.

- Что я должен сделать? – спросил он глухо.

- Я хочу узнать тебя получше. Покажешь свою квартиру?

Квартира оказалась очень похожа на дом Иолара в дни нашего знакомства. Тот же жужжащий фикус, летающий крошечный столик, диван посреди гостиной и большая вирт-панель на стене. Но тут было гораздо больше личных вещей, которые ютились на полках.

Банки непрозрачные, со схемами на этикетках, и прозрачные, в которых переливались детали и винтики. Коробки, некоторые с крышками, другие открытые, и из них свисали провода и торчали непонятные запчасти. Между ними стояли модели космических кораблей самых разных форм.

- Ты собираешь модели? – поинтересовалась у Аргуса. Я взяла один корабль в руки, поймала его напряжённый взгляд и поставила вещь на место. Пожалуй, лучше не трогать.

- В детстве увлекался, теперь некогда этим заниматься. Это отец, он всё хранит, - пожал плечами мужчина.

Наверное, он хотел казаться серьёзным и суровым, но я видела, как горят его глаза, стоило ему посмотреть на модели. Ну что ж, у каждого своё хобби.

- Мне нравятся. Они очень аккуратно собраны, - похвалила я, и попала в точку.

Аргус следующие четверть часа рассказывал, в какой пропорции он эти модели создавал, с какой точностью, как просил знакомого на принтере напечатать недостающие детали, как не рассчитал с размерами и эти детали оказались больше на целый миллиметр, и он подгонял их напильником, чтобы не переделывать.

Я с улыбкой смотрела на потенциального мужа, наблюдала, как он с азартом размахивает руками, пытаясь передать настоящий масштаб открывного люка крейсера класса «В». Даже сквозь одежду было видно, как перекатываются тугие мышцы, и безумно хотелось проверить, насколько они твёрдые.

В какой-то момент Аргус понял, что его понесло, и замолчал. Замер нерешительно и, кажется, смущённо.

- Ты живешь с отцом? – сменила я тему.

- Да. Он приписан к дому престарелых, но каждую неделю оттуда сбегает, чтобы погулять по городу, сходить в свой старый клуб. Тогда остаётся у меня на пару дней.

У мужчин тоже есть клубы? Наверное, это правильно. Я сделала мысленную пометку узнать, посещают ли какой-либо Иолар и Аргус.

- А мама? – задала следующий вопрос.

- Я поздний ребёнок. Мама покинула этот мир много лет назад. Двое отцов почти сразу последовали за ней, ещё трое остались жить вместе. Остальным было тяжело видеть друг друга, это было напоминанием о потере, и они переселились в дома престарелых. Так сложилось, что я сейчас общаюсь только с одним из отцов. Об остальных заботятся братья.

- А где ты сейчас работаешь? – спросила я, когда повисла пауза.

Надо бы переходить к более тесному общению, дать Аргусу разрядку, показать, что действительно согласна поддаться на уговоры Иолара и дать ему шанс. Но как это сделать, чтобы не выглядело грубо или наиграно?

- Я преподаю в военной школе и веду кружок самообороны для гражданских. И бросать это дело не собираюсь, - напрягся Аргус, ожидая моего ответа.

- Ну и хорошо, - пожала я плечами. – Значит, не нужно за тебя договариваться с бизнес-владелицами. Мне и одного раза общения с ними хватило. Ты не представляешь, как мне нелегко это далось!

Аргус выдохнул, смотрел со смесью недоверия и восхищения.

При мысли, что этот мужчина мой, внутри что-то предвкушающе сжималось. Высокий, сильный, могучий, и такой беззащитный перед женщиной. Передо мной.

Я не придумала ничего лучше, и просто шагнула вперёд, потянула за ворот рубашки, чтобы Аргус немного нагнулся, и поцеловала его.

27

Нет, он не был нежным и игривым, как Иолар. Аргус шёл напролом. Поцелуй вышел прямолинейным, острым, напористым. Я почувствовала, как меня подхватили, почти сразу под попой оказалось что-то мягкое – он посадил меня на спинку дивана.

Аргус прервал поцелуй, неверяще уставился мне в район декольте. Неловко и несмело протянул руку, положил на грудь, легонько сжал.

С трудом сдержав неуместный смешок, я сделала то, о чём давно мечтала – стянула с него рубашку. Провела ладонями по мускулистой груди, широким крепким плечам, бицепсам. А потом сняла с себя блузку.

Аргус при виде белья, кажется, вовсе дышать перестал. Я расстегнула магнитную застёжку и сняла бюстгальтер.

На лице Аргуса растерянность сменилась решимостью. Он наклонился и припал к моей груди губами. Ласкал, посасывал, придерживая меня под спину.

Через минуту я уже забыла о неловкости. Внутри разгорался огонь, руки и губы Аргуса были, казалось, везде. Я откинула голову, шею обожгло поцелуем. С губ сорвался стон, я откинулась ещё сильнее, позабыв, что сижу на узкой спинке – и поняла, что меня куда-то несут.

Под спиной оказалась кровать. Аргус потянул с меня юбку и трусики, я приподняла бёдра, чтобы ему было удобнее – и он не сдержал рваный вдох. Поймал мой взгляд, поставил руки на постель так, будто собирался отжиматься, и поцелуями спустился по внутренней стороне бедра к лону. Рельефные мышцы на его руках напряглись, я не могла отвести взгляд от спортивного мужчины между своих ног.

Аргус шумно втянул воздух и глухо застонал. Провёл языком по складочкам, пощекотал чувствительный бугорок, уже смелее обрисовал вход. Он явно наслаждался процессом, изучал меня, ускорялся и почти замирал.

Под его ласками я плавилась, горела. Когда я в нетерпении стала тянуться к нему навстречу, он плавно передвинулся, навис надо мной на руках и длинным движением вошёл.

Я не сдержала стона. Подалась вперёд, раскрываясь, позволяя войти ещё глубже. С каждым толчком он упирался в чувствительное место внутри, по телу разбегались острые мурашки. Я вцепилась Аргусу в плечи, царапала спину, подмахивала бёдрами. Потянулась пальцами к клитору, Аргус чуть подвинулся, чтобы мне не мешать. От напряжения на его лбу выступили бисеринки пота, он еле сдерживался.

Аргус подхватил меня под колени, вошёл особенно глубоко – и меня накрыло волной удовольствия. Он следом достиг пика, осторожно, чтобы не придавить, откатился в сторону и сгрёб меня в охапку, а потом, подумав, и вовсе уложил меня на себя сверху.

Я едва не мурлыкала. Такой шикарный мускулистый мужчина, образец мужественности, и весь мой!