Английский для миллионера (СИ) - Корсарова Варвара - Страница 50

Впрочем, ночь спокойной не была. У отеля оказался серьезный недостаток: тонкие стены. После полуночи в соседний номер вселились постояльцы и стали шуметь. Спросонья Марианне почудилось, что они пилят дрова и одновременно играют в теннис: до нее доносился ритмичный скрип и натужные охи и ахи с подвыванием; не открывая глаз она на автомате стукнула в стену:

– Пожалуйста, потише!

Соседи испуганно затаились, но спустя минут пятнадцать опять начали осторожно поскрипывать. Они не желали тратить «волшебные часы» на сон.

Марианна накрыла голову подушкой, чтобы не слышать безобразий. Если бы кто ей сказал утром, что днем она чуть не угодит в тюрьму за воровство, а ночь проведет в доме свиданий, она бы не поверила. Впрочем, как и в то, что на новом месте ей будет сниться ее работодатель Петр Аркадьевич и удивительные приключения с его участием.

Во сне он сначала спасал ее от разных бед, а потом она его спасала, а потом он держал ее на руках и шептал ей на ухо что-то нежное своим глубоким, горьковатым голосом, и от его слов у нее так сильно заколотилось сердце, что она проснулась, жаркая и взволнованная.

24

Как оказалось, ее разбудил не только стук собственного сердца, но и стук в дверь. Было уже шесть утра, оплаченные Марианной часы постоя истекли, о чем и напоминала дежурная администраторша.

Зевая, Марианна собралась и умылась. Добрая администраторша угостила ее бесплатным кофе из автомата, вручила на прощание плитку шоколада под видом «комплимента от заведения» и пожелала:

– Удачного вам дня! Приходите к нам еще. Может, следующий раз вы остановитесь в нашем номере-люкс… со спутником, – она ободряюще улыбнулась. Марианна поблагодарила ее от всей души. Отель оказался весьма неплох, если не брать в расчет розовый интерьер, шумных соседей и сомнительную репутацию.

Она покинула «Волшебные часы» и отправилась на остановку. Поскольку день был воскресный, раннее утро, в автобусе было полно свободных мест и ей удалось подремать еще полчаса. В Лопухово приехала бодрой и свежей.

Изнывая под тяжестью сумок, прошла знакомой дорогой через рощу, ступила в Аракчеевские владения, но к двери особняка не пошла, а села на скамью перед качелями и задумалась.

Было семь утра, воскресенье. В выходной день ей следовало приезжать на работу позднее – к десяти. Понятно, что сейчас в доме все спят. Она представила, как звонит в дверь, ей открывает заспанный Аракчеев в синих трусах, а она прошмыгивает мимо него, нагруженная баулами с вещами.

Придется торчать снаружи, пока не придет повариха Катерина из поселка. Она пригорюнилась и подперла подбородок ладошкой.

Утро было прохладное. У земли лениво клубился туман, на первых травинках поблескивала роса, пахло хвойным лесом.

Марианна быстро озябла. К счастью, долго ждать не пришлось. Через десять минут на крыльцо вышла Валентина в спортивном костюме и кроссовках, но уже с дневной косметикой на лице. Она собралась делать утреннюю разминку.

Сначала не торопясь покурила, глядя в туман и красиво выпуская кольца дыма. Потом, зажав сигарету в углу рта, занялась приседаниями и наклонами. После ленивой трусцой убежала по тропинке, сделала круг вокруг дома и вбежала на крыльцо.

Марианна сорвалась с места и устремилась следом.

– Доброе утро, – удивилась Валентина. – Вы ни свет ни заря явились. Даша еще спит без задних ног. Они с отцом у компьютера до полуночи сидели. А сумки у вас зачем?

– Переезжаю, – Марианна прошла за Валентиной на кухню. – Пусть до вечера тут постоят, ладно?

Марианна собиралась обзвонить знакомых и к вечеру решить проблему с жильем, хотя бы временно.

Валентина равнодушно пожала плечами, взяла бутылку минералки и ушла принимать душ. Марианна сгрузила поклажу у окна, села за стол и положила ладони плашмя на теплую деревянную столешницу. Наконец-то ей стало спокойно и уютно.

В доме было тихо. Но вскоре тишину нарушили шаги. На кухню вошел Петр Аркадьевич в непривычном, но очень живописном виде.

Его волосы были растрепаны, на щеке краснел рубец от подушки. Он был босиком, в джинсах и расстегнутой рубахе навыпуск. Марианна засмотрелась на него.

Он зевал и потягивался на ходу, и поэтому не сразу увидел Марианну. Подошел к холодильнику, достал бутылку минералки. Захлопнул дверцу ногой и скрутил бутылке крышку. Поднес бутылку к губам, сделал глоток. Но тут заметил, что в кухне он не один, и закашлялся от неожиданности.

– Доброе утро, Петр Аркадьевич, – выдавила Марианна.

–  Доброе, – он кашлянул в последний раз, отставил бутылку, задумчиво посмотрел на Марианну и почесал голую грудь. Потом, не проронив ни слова, подошел к автомату и принялся варить кофе. Марианна тоже молчала.

В молчании он поставил перед ней дымящуюся кружку, в руках со второй кружкой сел напротив.

– Хорошая нынче погодка, – сказал он будничным голосом.

– Прохладно, – ответила Марианна.

Они опять замолчали. Марианна грела руки о чашку и из-под ресниц изучала утреннего и совсем не элегантного Петра Аркадьевича. Она не осмелилась смотреть ему в лицо, и поэтому разглядывала небритый подбородок, и золотистые волоски на его груди, и как двигается его кадык, когда он делает глоток. От волнения у нее вспотели ладони и стало щекотно в животе.

Допив кофе, Аракчеев крякнул, встал отнести кружку в мойку, споткнулся о сумку Марианны и чертыхнулся.

– Это что? Тут, похоже, весь ваш гардероб и книги. И ноутбук? Что случилось?

– Переезжаю… простите, это только до вечера, я потом...

– Вас что, хозяйка выставила из квартиры?

Марианна от растерянности призналась:

– Да… так вот получилось. Извините. Вещи девать было некуда, но я...

– Когда выставила?

– Вчера вечером.

– Где вы ночевали?

– В отеле... «Волшебные часы». Я сегодня же найду новую квартиру, все в порядке!

Он вздохнул, задумчиво поболтал остатками кофе в кружке, словно собираясь гадать на гуще, и сказал:

– Вот идиотка.

– Что? – изумилась Марианна. – Кто идиотка? Моя квартирная хозяйка?

– Вы. Учительница моей дочери – идиотка, – он с грохотом поставил кружку, сердито сунул руки в карманы и разразился гневом. –  Ночевала черт знает где, в каком-то притоне. Почему не приехала сюда? Почему не позвонила?

– У меня телефон не работает! И как бы я к вам приехала, когда у вас… гостья была!

– Я вам еще вчера перевел деньги, чтобы вы купили новый телефон! Надо было проверить сумму на карточке. И какое вам дело до моей гостьи? Илона Игоревна, между прочим, сразу после вас уехала.

– Никакого мне дела нет до вашей Илоны Игоревны! Что вы на меня… кричите! Весь дом разбудите. Да и вообще, мне обидно. Вы всегда на сотрудников орете и обзываете их идиотами?

– Нет, только на вас. Считайте это привилегией. Вы меня из себя выводите, как никто другой. Это какой-то особый дар. Порой мне хочется вас придушить. А порой... – он недоговорил, но зловеще и как-то сладострастно улыбнулся.

– Я не специально. Успокойтесь, пожалуйста, – сказала она с достоинством. –  Я сегодня же найду себе комнату и заберу сумки из вашей кухни.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Не выдумывайте ерунды. Валентина! – обратился Петр Аркадьевич к родственнице-экономке, которая уже успела переодеться в элегантное платье и зашла на кухню. – Марианна Георгиевна будет жить с нами. Поселим ее на втором этаже, в большой гостевой спальне. Как Ольга придет, попроси приготовить.

– В большой? – недовольно переспросила Валентина. – Там же Артур всегда останавливается, когда приезжает. А он как раз собирался на днях...

– Обойдется малой спальней.

– Петр Аркадьевич, я не могу, вы что! – запротестовала Марианна.

– Чего это вы не можете? Вы гувернантка, вот и живите рядом с ученицей, как полагается. Но учтите… – он нахмурился и наставил на нее указательный палец:

– ... вы работаете восемь часов в день. С девяти до шести, с перерывом. Остальное время будете посвящать только себе. А не Даше. Иначе она вас в покое не оставит, раз вы будете у нее под рукой.