Блитвуд (ЛП) - Гудман Кэрол - Страница 75

— «Сумерки», — прошипел слово Рэйвен. — Я слышал о том, как они ощущаются, когда проникают внутрь тебя. Сначала холодно, потом обжигает, а после того, как они прожигают тебя, наступает мёртвое онемение. Если бы ты не сбежала, ты бы стала его рабом.

— Я смогла вырваться из его хватки, — сказала я. — Но понимаю, как он это делает. Возможно, его шпион, это тот, кого он подчинил себе… кто-то слабый. Думаю, что это может быть наш учитель манер, мисс Фрост.

Как будто высказанное вслух её имя, призвало её, и из таверны «Крыло и Клевер» вышла дама, словно так было нами задумано.

— Это она! — прошипела я, затягивая Рэйвена в дверной проём теплицы по соседству.

Нам не нужно было быть такими скрытными. Мисс Фрост выглядела так, словно не заметила бы даже слона, если бы он шествовал по главной улице Райнбека. Она стояла, моргая от яркого солнечного света и неустойчиво покачиваясь на ногах, её лицо было вялым, как бланманже. Я испытала внезапное чувство жалости к ней в её сбивчивом и беспомощном состоянии, но это сочувствие исчезло, как только к ней присоединился Юдикус ван Друд.

Рэйвен затащил меня глубже в дверной проём, закрыв своим телом. Я почувствовала шорох его крыльев под пиджаком, они натужились в попытке вырваться на свободу. Я положила руку на его спину, между лопатками, и обратилась к колоколу — который начал отбивать внутри моей головы, как только появился ван Друд, — чтобы замедлить его и вибрации звона передались с моего тела на Рэйвена, точно так же, как я сделала с маленькой Эттой на заводе. В другой руке я сжала карманные часы Эмми. Колокол замедлился в моей голове, но крылья Рэйвена всё ещё бились, разрывая тяжёлый твид его пиджака. Потом я вспомнила, что в случае с Эттой я держала её голую руку в своей.

Я сунула руку под воротник его пиджака и коснулась его оголенной шеи. Его кожа была горячей, и он дрожал. Я погладила его спину, прислушиваясь к колоколам в голове, и почувствовала, как натянутые жилы его шеи начали медленно расслабляться. Крылья затихли под пиджаком. Я глубоко вздохнула и, вытянув шею, заглянула за Рэйвена, чтобы увидеть, что происходит.

Ван Друд стоял рядом с мисс Фрост, что-то нашептывая ей на ухо, его неестественно красные губы чуть ли не касались её кожи. Я вздрогнула при виде этого… а потом увидела нечто куда хуже. Его губы приоткрылись, и он выплюнул извивавшийся поток чёрного дыма, который прокрался в ухо мисс Фрост. Я почувствовала, как подогнулись мои колени и ахнула.

Должно быть, ван Друд услышал этот звук. Он поднял голову от уха мисс Фрост и повернул шею, подобно Блодьювед, когда она слышит писк мыши, — только его глаза были холоднее, чем у любой совы. Я почувствовала, как исходивший от них холод двигается к нашему укрытию, увидела, как кроваво-красные губы поднимаются над почерневшими зубами. Мои руки стали влажными от этого вида. Я чуть не уронила карманные часы… и каким-то образом нажала головку часов, высвободив дребезжащий звон. Теперь он обязательно найдёт нас! Но вместо того, чтобы наброситься на нас, его чёрные глаза затуманились, будто в них поднялся туман — туман, который также взвился вокруг нас с Рэйвеном. Часы в моей руке продолжали играть свою мелодию — но теперь я заметила, что это был иной мотив. Он отличался от тех мелодий, которые они проигрывали прежде. Я задалась вопросом, будет ли туман продолжать скрывать нас, когда мелодия закончится. Но прежде чем она закончилась, я услышала знакомый голос, назвавший имя мисс Фрост. Ван Друд резко повернул голову на этот звук. Сара Леман, в её изношенном чёрном пальто и тонком шарфе, обёрнутом вокруг её лица, переходила улицу.

— Мисс Фрост, вам нужно поймать извозчика? — спросила она, направившись прямиком к ван Друду.

Мне хотелось окликнуть ей и остановить, но Рэйвен одернул меня. Ван Друд поднял шляпу, поприветствовав Сару.

— Вы как раз вовремя, мисс… — Сара остановилась в нескольких футах и пристально посмотрела на ван Друда. — Вы, должно быть, одна из учениц мисс Фрост, которых она только что так сильно нахваливала. Боюсь, она перенапряглась и перенесла приступ… эм…

— Неврастении, — выпалила мисс Фрост, как будто была одной из оживших автоматических фигур с репетира — Это моя неврастения. Да, мне лучше вернуться.

Она оглянулась по сторонам, словно не знала, где находилась.

— В Блитвуд, — подсказал ван Друд. — Пожалуйста, позвольте мне.

Он поднял свою трость, чтобы остановить проезжавший мимо двухколёсный экипаж. Экипаж с визгом остановился и ван Друд открыл дверь, направив — практически втолкнув — мисс Фрост внутрь. Он что-то вложил в руки Сары — как я поняла, это была плата за проезд — а потом, низко поклонившись, резво развернулся и пошёл на север по главной улице, размахивая тростью. Сара стояла у двери экипажа и смотрела ему в след.

— Давай, — сказал Рэйвен, вытащив меня из дверного проёма, — тебе нужно ехать.

— Но почему? — начала возражать я, но Рэйвен проигнорировал меня и широким шагом направился прямо к Саре Леман.

— Прошу прощения, — сказал он, опрокинув в приветствии Сары шляпу. — Вы возвращаетесь в Блитвуд? Не могли бы вы взять мисс Холл с собой? Ей слегка нездоровится.

Сара посмотрела на Рэйвена — а потом на меня.

— Ава? — спросила она. — Что ты здесь делаешь?

Рэйвен ответил за меня.

— Она была на чаепитии в Доме Фиалок, где я проживаю. Рэймонд Корбин, подмастерье часовщика.

Он подал ей руку.

Сара вложила ладонь в его руку.

— Сара Леман, — сказала она.

— О да, мисс Холл много говорила о вас.

Я говорила? Интересно. Но Рэйвен говорил так быстро, что у меня не было времени вспомнить. Он болтал, объясняя Саре, как я чуть не упала в обморок на улице, и он помог мне зайти в теплицу, чтобы отдохнуть, когда я узнала Сару и мисс Фрост, и он предложил мне разделить с ними дорогу обратно в школу. В течение нескольких минут всё было улажено, и Рэйвен усадил меня в экипаж. Он взглядом просканировал улицу и поспешно прошептал мне на ухо:

— Проследи за ней.

Конечно, я поняла, что он хотел пойти за ван Друдом и для начала должен был избавиться от меня. Я почувствовала себя посылкой, которая была доставлена, как только села рядом с громоздкой — и вялой — формой мисс Фрост. Она успела глубоко уснуть и уже храпела. Сара села на откидное сидение напротив меня и стала смотреть из окна, пока экипаж отъезжал. Я повернулась и увидела, что она следит за тем, как Рэйвен удалялся по улице.

— Какой очаровательный молодой человек, — сказала она, когда я повернулась обратно к ней. — Давно его знаешь?

— О нет! — я чуть не завизжала. — Я только что встретила его у Шарп.

Сара склонила голову и с улыбкой посмотрела на меня.

— Но он сказал, что вы часто говорили обо мне, и вы двое казались… — она сморщила лоб. — Как будто, так или иначе, уже давно знакомы друг с другом. Почти интимно.

Кровь хлынула к моему лицу. Видела ли Сара нас в дверном проёме теплицы, прижимавшимися друг к другу, когда рука Рэйвена лежала на моей талии, а моя рука покоилась на его оголенной шее? Мой румянец стал ещё сильнее, когда я вспомнила этот момент. Медленная улыбка осветила лицо Сары.

— Ава! Ты покраснела! Он тайный поклонник?

В выражении лица Сары было нечто такое радостное, что я не хотела разочаровывать её. Конечно, я не могла рассказать ей настоящую историю, но могла посвятить её в нечто близкое к этому.

— Я встретила его в городе, — сказала я. — В парке Вашингтон-Сквер, когда шла на работу. Его… хм… магазин часов, где он работал, был неподалеку… на Вэйверли Плэйс, — добавила я, вспомнив, что на Вэйверли был магазин часов. — Мы часто проходили мимо друг друга, и однажды он заговорил со мной…

Пока я приукрашивала подробности, в моей голове начала принимать форму картинка — полная движущаяся картина, похожая на те, которые показывали в Варьете на Юнион Сквер. Это была моя прежняя жизнь, заключавшаяся в работе на фабрике, перекрытая тонким истолкованием — прогулках по парку с Тилли, которая, возможно, подтолкнула бы меня поговорить с привлекательным подмастерье часовщика, которого мы видели каждое утро. «Ты ему нравишься», — прошептала бы Тилли мне на ухо. С её поощрения, возможно, я бы настолько осмелела, что однажды позволила бы ему проводить меня домой после работы. Он бы принёс мне цветы. Возможно, он купил бы мне мороженое в одной из итальянских стоек на улице Минервы. В конце концов, я бы согласилась сопроводить его на Кони-Айленд в воскресенье…