Пополам (СИ) - Чарторыжская Аннет - Страница 24

Один из домашних големов скромно встал рядом в ожидании распоряжений. Его коричневый торс был покрыт мелким кракелюром, в некоторых местах чуть более уплотненным, в других представляя собой едва заметную сеточку.

Тяжело вздохнула и окликнула хозяина лавки, чтобы передать ему жетон в присутствии раба. Эта процедура не столь деликатная, просто всё должно быть совершено по добровольному согласию. Вообще, сам артефакт является пригодным по отношению к обоим нашим рабам, но так как 948 остался на территории поместья и не присутствует при совершении сделки, то чужие приказы для него не имеют никакой силы, лишь доставят небольшой, возможно чуть болезненный дискомфорт.

Последний раз оглядев книжный переплет, расстроенно вздохнула и с тоской засунула его в наплечную суму, потуже затянув тесемки. Как дойду до поместья, обязательно засяду в отцовском кабинете с травянистым настоем фенхеля и никто не сможет меня оттуда вытащить, даже если сами Врата разверзнутся и из-под земли станет выплескиваться раскаленная лава.

Колесницу, в силу того, что погода на улице так и тянет прогуляться, отправила домой ещё утром, поэтому сейчас, сняв плоские сандалии с ног, бодро шагала по тротуару, пропуская встречную толпу.

Легкий ветерок трепал чуть ослабленные в косе волосы, кожу холодил весенний воздух, на небе куцые облака образовывали ватные фигурки, похожие на детские мягкие игрушки. Такие нам мама сама шила, когда мы только-только начали ходить. Если мне не изменяет память, то кирий Гаруспик, набитый овечьим пухом, до сих пор томится на верхней полке нашего с Лемом набитого доверху старыми вещами рундука. Нет, конечно, этот потешливый серый ком с шарообразными ручками, ножками и рисованными румяными щечками, вовсе не является предсказателем и с печенью животных он никак не связан. Такое странное имя почему-то предложил ему Лем, и так у нас повелось. Родители говорили, что как-то наша игрушка сумела предотвратить чрезвычайное происшествие. Но тот день не являлся моим, поэтому точно, что же произошло на деле, не знаю.

Камень под ступнями успел нагреться на солнце, и его шероховатые бока массажировали подошву ног, чуть покалывая.

Лем предлагает отправиться в храм всех Богов и просить о помощи, ведь кто, как ни они может нам помочь. «Возможно, это будет наилучшим вариантом при любом раскладе». Есть большая вероятность, что ор пними права, но я не привыкла слепо следовать чьему-то совету. Если этот трактат по легендам и традициям действительно так ценен, как гласит оглавление, то там должен быть хотя бы один отдаленно похожий на наш случай.

- Неожиданная встреча, - внезапно рядом с собой услышала знакомый мужской баритон.

Притормозила, но полностью останавливаться не стала.

Сквозь висящую у лица прядь волос заметила вырисовавшуюся рядом мускулистую высокую фигуру, но, впрочем, я не понимала, кто этот субъект.

- Простите?

Внимательные голубой и серый глубоко посаженные глаза; чуть квадратный подбородок с легкой, едва заметной щетиной; острые скулы; жесткие волосы не зачесаны, как это принято у знати, назад, а наоборот, создают творческий беспорядок.

- Неужели не признала? - теперь на меня с игривым блеском посматривало женское лицо, очень знакомое, и даже казалось, что слишком.

- Мия, - прошептала и полностью остановилась.

Когда-то Лема связывали очень близкие отношения с этим андрогином, настолько близкие, что он отдалился от своих друзей. По крайней мере Лия тогда говорила, что его поведение стало более холодным. Не знаю, как всё нормализовалось, но я давно не слышала ничего о Дамианосе, и мне казалось, оно к лучшему, а тут вон оно как.

- Ты носишь? - глазами Амиан указал на правое запястье с искрящимся в свете солнца браслетом.

Пожала в ответ плечом, не видя смысла отрицать очевидное. Теперь понятно, почему у меня было стойкое и непреодолимое желание снять украшение. Видимо я нутром ощущала, чьим великодушным жестом оно является.

С женской ипостасью данного андрогина я всегда была настороже, так как слишком большое влияние та имела на мою ор пними. С мужской же так вышло, что особо и не пересекались, поэтому столь внезапное оказание внимания насторожило. Подавила внутреннее желание прикрыть выпирающий краешек книги из сумы рукой: так бы просто лишний раз привлекла внимание. Не стоит распространяться о том, какого рода домашнее чтиво ожидает меня сегодня вечером, можно навлечь лишние подозрения.

- Что ты делала в городе? Вроде как сегодня выходной, да и ваша стройка совершенно в противоположной стороне. - Мужчина как бы невзначай пристроился рядом и задел меня плечом.

С недоумением глянула на него и отстранилась. Какая ему разница, где я была и что делала? Неужели Лем опять возобновил с ними тесное общение? Иногда его экстраверсия выливается в большие проблемы для моего маленького хрупкого мирка.

- Решила прогуляться по магазинам. А что ещё делать девушке, когда впереди столько свободного времени? - придала лицу как можно более легкомысленное выражение, губы чуть выпятила. Того и гляди, скоро научусь играть дурочку.

Дамианос — я даже не знаю фамилию этого андрогина — с осуждением посмотрел в мою сторону. Сочла это как за маленькую победу.

- Я хотел пригласить тебя вечером в одно очень приятное место, чтобы развеять твоё одиночество, - мужчина искушающе улыбнулся, и меня передернуло от фантазии, что за полноватыми губами могут прятаться длинные клыки хищника.

- Одиночество мне скрашивает ор пними, так что премного благодарна, но в этом нет необходимости, - почтительно присела, прощаясь.

Не знаю, является ли этот андрогин риг-ярлом, но даже если нет, пусть моё обращение польстит его самолюбию.

Амиан предпринял последнюю попытку:

- Но позвольте, - видимо волнение неосознанно переключило его на уважительный стиль, создающий между нами преграду, - Вы только прошли обряд инициации, вряд ли Ваша связь с Лемом настолько окрепла, что Вы научились общаться и слышать друг друга всегда и везде.

- Наша связь всегда была крепка, и её не нарушить кому-то постороннему, - бросив напоследок, раздраженно развернулась и ушла.

Возможно, моё поведение недостойно дщери из старинного рода Метаксис, но и позволять делать какие-то скользкие намёки малознакомым индивидам не намерена.

Я уже подходила к воротам, когда под большим пальцем неудачно встретился острый камушек, который просек кожу и пустил немного крови - за перенос кислорода у андрогинов отвечает гемоцианин, в котором вместо красного железосодержащего гемоглобина присутствует медесодержащий пигмент, придающий нашей крови голубой цвет - в венах и синий - в артериях.

Защипало так, что заставило меня поморщиться.

Вообще наша раса не склонна к травмам, иногда даже самый сильный ушиб никак не отражается на коже. Поэтому испытывать боль мне чуждо и крайне неприятно. Можно сказать, я не умею этого делать.

Один из стражников подбежал, ведь у бесполых в сознании заложено уважать и почитать андрогинов, особенно риг-ярлов - высшую знать.

Касаться меня он не мог, но от протянутого платка не отказалась. Вряд ли тот был пользованный, судя по белому не застиранному цвету и идеально выглаженной ткани.

Обмотав ступню, обулась, дабы избежать других неприятностей. Сразу как-то вся прелесть прогулки пропала, захотелось, как можно быстрее добраться до дома и зарыться в книгу с носом.

- Вызови возницу.

Стражник кивнул, отчего яйцевидный шлем съехал со лба на переносицу.

- Буквально пара минут, кирия.

Прошло около четверти часа, прежде чем я сумела занять мягкое пассажирское сидение и откинуться на спинку. По приезде домой первым делом приказала накрыть стол не в столовой, как это было принято, а в кабинете. Переодевшись в хлопчатобумажное платье, вытащила заветный фолиант на свет. Вот наконец и наступила долгожданная минута отдыха.

«Когда Боги жили бок о бок со своими творениями, на Гейенаре было благоприятное время, полное чудес и преображений» - вчиталась я в первые строки мифа о великом Асклепеадесе и его подвигах, за что Боги наделили этого андрогина вечной жизнью. Да, несмотря на то, что наша раса практически не болеет, обладает ускоренной регенерацией, всё-таки старость и увядание, пусть и медленные, грозят даже нам. А тут какой-то сын, даже не риг-ярл, а из простой купеческой семьи среднего класса решил, что он достоин большего, чем просто продавать кованые вещи.