Украденная песня (ЛП) - Прозерпина Рипли - Страница 24

— Как ты себя чувствуешь?

— Все хорошо, — я покраснела, решив признаться. — Я просто хотела дать тебе повод уйти. У тебя уже белели костяшки.

— И что мне теперь делать? — со смешком покачал головой Киллиан. Казалось, он спрашивал не столько нас, сколько самого себя. — Я не продержался на ногах достаточно, чтобы прочесть турнирную книгу, и поток силы Куланна чуть не поставил меня на колени. Что мне делать? — побледнел Киллиан, глядя на нас.

Хотелось бы мне владеть магией, чтобы передать ее Киллиану. Ему она была нужнее. Отдых, конечно, тоже был необходим, но куда больше ему недоставало исчезавшей составляющей его сути. Что бы ни доводило Киллиана до изнеможения, оно не только откачивало у него энергию, но и крало его непоколебимую уверенность в себе, прежде помогавшую преодолевать все препятствия на пути.

Вскочив на ноги, он принялся вышагивать перед нами.

— Киллиан, сядь, — Ронан тоже поднялся и положил руку брату на плечо. — Передохни минутку.

— Передохнуть? — промычал Киллиан, низко и протяжно. Внезапно он ударил себя ладонью в висок. — Я не могу выбросить этот проклятый звук из головы, — Ронан схватил его за руки, пытаясь остановить, но тот откуда-то набрался сил. — Мне нужно, чтобы он стих!

Флинн бросился к нему, я спрыгнула с дивана. Киллиан боролся с братьями, дико размахивая руками. Ронан громко кричал, стискивая его в медвежьих объятиях. Флинн силился сорвать с его бедер ножны с мечом.

Поверх их голов я пыталась переключить внимание Киллиана на себя, но в голубых глазах не было узнавания, и его взгляд заметался по комнате, вскоре остановившись на мне.

Я прошла вперед и, втиснувшись между Флинном и Ронаном, обеими руками обхватила голову Киллиана.

— Смотри на меня, — снова и снова твердила я, пока он не послушался. — Смотри на меня.

Киллиан боролся, но терял координацию и уставал. У него подкосились ноги, и мы вчетвером скопом упали на пол. Быстро воспользовавшись преимуществом, я забралась Киллиану на колени.

Я обхватила его руками и ногами, склонилась к нему и начала напевать ему на ухо. Я шла на риск. В голове Киллиана уже крутилась мелодия, и я хотела ее вытеснить.

Когда он обнял меня, я добавила слова о том, как хотела его любви, расплаты, и что вместе мы могли бы написать плохой роман[1].

Задышав ровнее, Киллиан потряс меня, прижавшись губами к моей щеке и начав подпевать.

— Продолжай, — прорычал Ронан.

Я послушалась.

Пару минут спустя мы пели вчетвером. Закончив последний куплет, я перевела дух и внезапно уловила запах. Плохая магия.

Прим.пер:

[1] Отсылка к песне Bad Romance, написанной американской певицей Леди Гагой.

27. Имоджен

— Ребят, вы чувствуете запах?

— Если сомневаешься, значит, это Ронан, — ответил Флинн.

— Нет, — закатила я глаза и, поднявшись с колен Киллиана, встала. — Пахнет магией. Плохой.

— Плохой магией? — брови Ронана взлетели почти до самых волос.

— Ну, знаешь. Хорошая магия пахнет цветами или опавшими листьями. Плохая пахнет… — я снова вдохнула, сразу почувствовав запах и судорожно придумывая для него описание. — Как бы объяснить…как душная, сырая комната и тухлые яйца.

— Я ничего не чувствую, — Флинн наигранно принюхался, словно гончая, пытающаяся выследить лису.

— Серьезно? — я перевела взгляд сначала на Ронана, потом на Киллиана. Оба в непонимании уставились на меня. — Разве у вас троих не обостренное…ну, все органы чувств?

— Разве ты не хочешь убедиться лично? — развратно ухмыльнулся Флинн.

— Да и нет, — ответил Киллиан, тоже проигнорировав выходки брата. — Поговаривают, некоторые представители прекрасного народа могут чувствовать запах магии, но у нас никогда не было этого дара. Только если мы усиливаем обоняние с помощью чар.

Ха. Похоже, у меня был хотя бы один дар, которым не обладали принцы. Разумеется, кроме причитания. По правде говоря, никто не захотел бы научиться оплакивать.

— Ясно, тогда сообщаю вам, что чувствую запах плохой магии, — я прошлась по покоям и обнаружила, что сильнее всего пахло возле кровати. — Тут, — крикнула я принцам.

Они присоединились ко мне, все с мрачными лицами.

— Где ее источник? — спросил Ронан. — Она привязана к комнате или к Киллиану?

— Умоляю, только не говорите мне, что проблема в заколдованной кровати, — и без того бледный Киллиан напоминал призрака.

— Не может быть, — заявил Флинн. — Ты же знаешь, что отца обследовали все возможные и невозможные маги и целители. Если бы дело было в чем-то таком простом как чары, кто-нибудь из них догадался бы. Мы изначально знали, что нечто напрямую влияло на его здравомыслие.

— Хорошо, магия влияет на меня во сне, это не новость, — Киллиан со вздохом рухнул в кресло подальше от кровати, на которую продолжал смотреть, словно она могла в любой момент ожить.

— По крайней мере, теперь мы знаем, что дело в магии, — улыбнулась я, наконец-то почувствовав себя оправданной.

— По какому случаю радость? — указал Флинн на мое лицо.

— Разве ты не понимаешь? Вот вам и доказательства того, что я не имею никакого отношения к состоянию Киллиана.

— Это мы уже знаем, но о каких доказательствах речь? — спросил Ронан.

— О тех, что у меня ноль магических способностей.

— Не считая твоего плача… — покачал головой Киллиан.

— Нет, — возразила я. — Плач не волшебный. Магию надо использовать сознательно. Причитаю я против воли, значит, у моих песен нет запаха. В отличие от чар, — моя улыбка стала такой широкой, что я заволновалась, как бы у меня не треснуло лицо. Принцы смотрели на меня, словно я превратилась в келпи. — Эй? — дерзко окликнула я, больше не в силах молчать.

Киллиан встал и подошел ко мне. Не успела я разгадать его намерения, как он опустился передо мной на колени и взял меня за руки.

— Имоджен Вечерняя песня, как наследный принц Туаты Де Дананн, я официально снимаю с тебя все обвинения в преступлениях против королевства, — его глаза заблестели ярким золотом. — Как твой покорный слуга, я прошу у тебя прощения, хоть и знаю, что никогда не смогу его заслужить.

Безмолвие принцев было заразительным, и я тоже не могла связать и двух слов. Наверное, я ожидала чего-то вроде «ничего себе» или «ну мы и сглупили». Но я и подумать не могла, что Киллиан официально дарует мне амнистию. Она шла вразрез с его характером и ожиданиями, возложенными на наследного принца.

За что я полюбила его еще сильнее. Если Киллиан смог пойти против себя и попросить прощения, то кто я такая, чтобы скрывать от него свои чувства?

Упав перед ним на колени, я погладила его скулы и провела большим пальцем по ямочке у него на подбородке. Лицо Киллиана было для меня бесценным, особенно когда он так устал. Я хотела забрать все его страдания и отбросить в соседнее королевство.

Но поскольку я не была всесильной, просто наклонилась и поцеловала его в губы. Я понятия не имела, нужен ли Киллиану мой поцелуй, но обнаружила, что мне было плевать. Желая успокоить его, я в тот момент не нашла иного способа.

Когда Киллиан не ответил мне, я отстранилась и попыталась скрыть разочарование. Он смотрел на меня, приоткрыв рот и изумленно распахнув глаза.

— Прости. Я не должна была…

Киллиан не дал мне договорить, обнял и дернул к себе. В следующую секунду он не просто впился в мои губы. Он их заклеймил.

В его действиях не было ни неспешности, ни нежности. Лишь требование и отчаяние. Каждым прикосновением Киллиан давал понять, что нуждался во мне так же сильно, как и я в нем.

Еще я нуждалась в том, что было мне незнакомо. Хотела почувствовать, как наши тела будут двигаться вместе. Хотела, чтобы Киллиан ослабил боль, нараставшую у меня между ног. Хотела получить удовольствие и доставить его в ответ.

Проведя руками по шее Киллиана, я запустила пальцы в его волнистые волосы и полностью открылась ему. Он соблазнительно слился со мной ртами и слегка пососал кончик моего языка. Я застонала, не совсем понимая, что за чувства испытывала, но все равно грелась в них.