Клара и Солнце - Исигуро Кадзуо - Страница 9

– Зачем там у них были все эти духи? Я чуть не задохнулась.

– Мыло, Джози, – прозвучал голос Мамы. – Не духи. Мыло ручной работы, очень качественное.

– Не тот был магазин. Здесь тот самый. Я тебе говорила, мама. – Послышались ее осторожные шаги по полу. Потом она сказала: – Да, тот самый магазин, точно. Но ее уже тут нет.

Я сделала три маленьких шага вперед и увидела между серебряными вазами и Б3 Маму – она смотрела на что-то заслоненное от меня. Ее лицо было мне видно только сбоку, но она выглядела еще более уставшей, чем в тот раз на тротуаре, когда напомнила мне одну из высоко сидящих птиц на ветру. Я догадалась, что она смотрит на Джози – и что Джози разглядывает новую Б3 в передней нише.

Долгое время ничего не происходило. Потом Мама спросила:

– Ну, Джози, что ты думаешь?

Джози не отвечала, и я услышала шаги Администратора. Я ощущала теперь ту особую тишину в магазине, что наступает, когда все ИД и ИП прислушиваются: произойдет ли покупка?

– Сунь И – конечно, Б3, – сказала Администратор. – Одна из самых безупречных, какие мне встречались.

Мне видно было теперь плечо Администратора, но Джози я по-прежнему не видела. Потом раздался ее голос:

– Ты просто фантастическая, Сунь И. Так что, пожалуйста, не пойми неправильно. Просто…

Она не договорила, опять зазвучали ее осторожные шаги, и тут в первый раз я ее увидела. Джози водила взглядом по всему магазину.

Мама сказала:

– Я слышала, что у этих новых Б3 очень хорошие когнитивные способности и память. Но якобы они иногда менее эмпатичны.

Администратор издала звук, в котором слышались и вздох, и смех.

– В самом начале, возможно, два-три из них были сочтены чуточку непокладистыми. Но я могу решительно вас заверить: Сунь И подобных трудностей не вызовет.

– Вы не будете возражать, – спросила Мама, – если я обращусь к Сунь И непосредственно? Я хотела бы задать ей несколько вопросов.

– Но, мама, – вмешалась Джози, теперь она опять не была мне видна, – зачем? Сунь И замечательная, я знаю. Но я не ее хочу.

– Мы не можем искать вечно, Джози.

– Но это тот самый магазин, точно тебе говорю, мама. Она была здесь. Думаю, мы опоздали, вот и все.

Неудачно вышло, что Джози появилась именно тогда, когда я была в глубине магазина. И все равно я не сомневалась, что рано или поздно она придет в мою часть зала и увидит меня, и это была одна из причин, по которым я оставалась на месте и не издавала ни звука. Но пожалуй, была и другая причина. Потому что почти в ту же секунду, что и радость из-за ее прихода в магазин, я почувствовала страх – страх, связанный с тем, что сказала мне в тот день Администратор про подростков, которые обещают, но не приходят, а если приходят, то не обращают внимания на того или ту, кому обещали, и выбирают себе кого-то еще. Может быть, именно поэтому я продолжала ждать молча.

Потом опять раздался голос Администратора, и теперь в нем звучало что-то новое.

– Прошу прощения, мисс. Я правильно понимаю, что вы ищете определенную ИП? Которую когда-то здесь видели.

– Да, мэм. Она у вас в витрине раньше сидела. Милая такая и очень умная. На француженку была похожа. Волосы короткие, темные, и вся одежда, типа, темная такая, а глаза ну очень добрые, и умная-умная.

– Мне кажется, я догадываюсь, о ком вы говорите, – сказала Администратор. – Позвольте, мисс, я вас провожу, посмотрим.

Только теперь я выдвинулась на более видное место. Я все утро была вне Солнечных фигур, но сейчас, как раз когда Администратор и Джози следом за ней подошли к арке, я вступила в два ярких пересекающихся прямоугольника. Когда Джози меня увидела, ее лицо наполнилось радостью, и она ускорила шаг.

– Ты еще здесь!

Она еще больше похудела. Шла все той же неуверенной походкой, и мне показалось, что хочет меня обнять, но в последний момент она остановилась и посмотрела мне в глаза.

– Обалдеть! Я в самом деле думала, тебя уже тут нет!

– Как меня могло тут не быть? – тихо сказала я. – Мы же обещали друг другу.

– Да, – сказала Джози. – Да, вроде как обещали. А я вроде как нарушила. В смысле – тем, что долго не приходила.

Я улыбалась ей, а она крикнула через плечо:

– Мама! Вот она! Которую я искала!

Мама медленно подошла к арке и там остановилась. И какое-то время все три смотрели на меня: Джози впереди, она вся сияла; Администратор чуть дальше, она тоже улыбалась, но в ее взгляде была осторожность, в которой я увидела важный сигнал от нее; а еще дальше Мама, она сощурила глаза, как люди на тротуаре, когда им хочется понять, свободно такси или занято. И когда я ее увидела, когда увидела, как она на меня смотрит, страх – который почти исчез, когда Джози крикнула: «Ты еще здесь!» – вернулся.

– Я не хотела так долго, – говорила мне Джози. – Но я немножко заболела. А сейчас выздоровела, все хорошо. – Потом она обернулась: – Мама! Можно мы ее прямо сейчас купим? А то кто-нибудь придет и заберет ее до нас!

Стало тихо, а потом Мама негромко сказала:

– Это не Б3, насколько я понимаю.

– Клара – Б2, – сказала Администратор. – Из четвертой серии, непревзойденной – есть такое мнение.

– Но не Б3.

– В Б3 много всего чудесного, новаторского. Но у ряда покупателей возникло ощущение, что для мальчика или девочки определенного склада Б2 высшей категории – все-таки наилучший вариант.

– Понимаю.

– Мама. Я Клару хочу. Больше никого.

– Одну минутку, Джози. – Она обратилась к Администратору: – Каждый Искусственный Друг и каждая Искусственная Подруга уникальны, правильно?

– Да, это так, мэм. Тем более на этом уровне.

– И в чем состоит уникальность этой… Клары?

– У Клары так много уникальных качеств, что я могла бы их перечислять все утро. Но если бы меня попросили выделить из них одно, то я бы назвала стремление наблюдать и познавать. Ее способность впитывать и усваивать все, что она видит вокруг себя, просто поразительна. В результате она сейчас понимает окружающее лучше и тоньше, чем любой ИД и любая ИП в этом магазине, не исключая Б3.

– Да что вы говорите!

Мама вновь смотрела на меня прищуренными глазами. Затем сделала еще три шага в мою сторону.

– Вы не против, если я задам ей несколько вопросов?

– Пожалуйста.

– Мама, прошу тебя…

– Извини меня, Джози. Просто постой тут чуть-чуть, а я поговорю с Кларой.

Теперь Мама и я были лицом к лицу, и хотя я старалась по-прежнему улыбаться, это давалось мне нелегко, и, может быть, у меня даже не получилось скрыть свой страх.

– Клара, – сказала Мама. – Я прошу тебя не смотреть сейчас на Джози. И скажи мне теперь, не глядя. Какого цвета у нее глаза?

– Серые, мэм.

– Хорошо. Джози, тебя я попрошу не произносить ни слова. Итак, Клара. Голос моей дочери. Ты слышала, как она сейчас говорила. Как бы ты определила тон ее голоса?

– Ее разговорный диапазон – между ля-бемоль над средним до и до следующей октавы.

– Вот как, надо же…

Опять стало тихо, а потом Мама сказала:

– Последний вопрос, Клара. Что ты заметила в походке моей дочери?

– Возможно, имеется слабость в левом бедре. И правое плечо может давать болезненные ощущения, поэтому Джози ходит так, чтобы оберегать его от резких движений и ненужных столкновений.

Мама обдумала мой ответ. Затем сказала:

– Ну что ж, Клара. Раз ты, получается, так много про это знаешь. Воспроизведи мне, пожалуйста, походку Джози. Сделаешь это для меня? Прямо сейчас. Покажи мне, как моя дочь идет.

Позади нее Администратор, я увидела, открыла было рот, как будто хотела что-то сказать. Но ничего не сказала. Встретившись со мной взглядом, еле заметно кивнула.

И я пошла. Я отдавала себе отчет, что помимо Мамы – и, конечно, Джози – весь магазин сейчас смотрит и слушает. Я вступила под арку, туда, где по полу протянулись Солнечные фигуры. Потом направилась к Б3, стоящим посреди магазина, и к Передвижной Витрине. Я старалась, насколько могла, идти так же, как Джози шла при мне уже трижды – первый раз, когда мы с Розой были в витрине, а она вышла из такси, затем четыре дня спустя, когда Мама сняла руку с ее плеча и она двинулась к витрине, и, наконец, только что, когда она поспешила ко мне с облегчением и радостью в глазах.