Антология советского детектива-37. Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Шахмагонов Федор Федорович - Страница 375

Девушка, придерживая рукой платок, подняла голову.

- Ляман!

- Вы? Опять! - она задохнулась то ли от негодования, то ли от ветра. Потянула подрамник к себе, но ветер, словно сговорившись с младшим лейтенантом, вырвал у нее из рук холст. Теймур подхватил его.

- В какую вам сторону?

- На Верхнюю Нагорную, - неохотно ответила Ляман, уступая не столько упорству Теймура, сколько натиску ветра.

- Куда, куда?

Теймур чуть не подпрыгнул от радости. Он не верил своим ушам: девушка отчетливо произнесла "р".

- На Верхнюю Нагорную, - повторила Ляман, недоуменно глядя на просиявшего Теймура, - а что?

- Ничего, просто нам по дороге.

С плеч Теймура будто бы гора свалилась. Он вспомнил первую встречу тогда Ляман шла впереди, а он за нею. Сегодня они поменялись местами. Ляман шла сзади, поневоле прячась за его широкой спиной. Так они прошли почти половину Верхней Нагорной. Ляман тронула Теймура за локоть:

- Мне сюда.

Она остановилась около невзрачного двухэтажного дома. Теймур подал ей подрамник. Ляман кивнула и скрылась в парадном. Теймур повернулся спиной к ветру. Норд бесчинствовал вовсю, словно упиваясь своей безнаказанностью. В довершение всего вдруг хлестнул дождь.

Крупные капли секли карнизы домов, тротуары и последних прохожих как будто смыло дождем, Вскоре по Верхней Нагорной, гремя мелким булыжником, понесся веселый поток.

Ляман вышла через полчаса и первое, что она увидела сквозь серую сетку дождя, - высокую мужскую фигуру в плаще. Ляман не знала, сердиться ей или смеяться. Она подняла воротник и решительно зашлепала по лужам. Теймур двинулся за ней.

На ходу он снял с себя плащ, накинул ей на плечи. Ляман промолчала. Непомерно большой дождевик, шлейфом развивался за ее спиной. Ветер забивал дыхание. Ляман остановилась, тронула рукой намокшие волосы.

- Что? - участливо улыбнулся Теймур.

- Возьмите свой плащ.

- Не беспокойтесь, у меня пиджак плотный.

По его лицу сбегали дождевые струйки. Ляман по-смотрела на него и улыбнулась.

- Хотите, я вам скажу, где была тогда с девяти до двенадцати? Хотите?

Теймур пожал плечами, стараясь не выдать волнения.

- Я была тогда в том же доме, что и сегодня, у нашего завуча. Скажите, почему вы следите за мной?

- Придет время, объясню, - Теймур постарался вложить в этот уклончивый ответ, как можно больше доверия, - обязательно объясню.

Но девушка недовольно повела плечом.

- Мы больше никогда не встретимся и вы ничего не объясните мне, если даже вам захочется. Да я и не нуждаюсь в ваших объяснениях! А чтобы окончательно рассеять ваши подозрения, я расскажу вам, зачем хожу в этот дом. Ведь вас это интересует? Но имейте в виду, я рассказываю вам... - Она помедлила, подыскивая подходящее слово, - как представителю власти. Надеюсь, вы сохраните эту тайну. На работе вас, наверное, этому учат?

Теймур кивнул.

- Наш завуч, - продолжала Ляман, - тяжелый человек, он ни с кем не ладит. Жизнь сложилась неудачно. В молодости несколько работ жестоко раскритиковали, никто не поддержал его. Одним словом, подбили крылья. А ведь у него смелая кисть, отличный вкус. Но он разуверился в себе. Искусства, правда, не бросил, стал преподавателем. - Ляман увлеклась, она уже не замечала ни дождя, ни ветра. - Однажды он заболел, я решила навестить его, ведь он - одинокий. Какой хаос царил у него дома! Все убого, запущено. Он сам, кутаясь в старое одеяло, что-то набрасывал на картоне. Я успела рассмотреть - снежные горы, и на вершине самой высокой девушка, широко раскинув руки, словно желая обнять всю землю, или же взлететь. Правда, в этом было что-то от символистов. - Ляман вдруг прервала рассказ, пытливо и слегка растерянно посмотрела на Теймура.

- Вам понятно, о чем я говорю?

Теймур смущенно улыбнулся, кивнул:

- Ничего, ничего, рассказывайте.

Но девушке уже расхотелось продолжать разговор, казалось даже, она сожалеет о сказанном.

- В общем, я решила расшевелить его. Мы часто беседуем с ним, он делится своими замыслами, рассказывает о поисках. Эти беседы обогащают меня больше, чем лекции. Но его нельзя надолго оставлять одного. Он сразу же падает духом, начинает называть себя неудачником. Поэтому я стараюсь бывать у него каждый день. Вот и все.

Ляман протянула Теймуру плащ.

- Спасибо. Я уже почти дома. Надеюсь, теперь ваши подозрения рассеялись. - Она привычным движением толкнула свою калитку. - Прощайте. На какую-то минуту задержалась. - И не ищите встреч со мною, поверьте, это бессмысленно.

Хлопнула калитка.

IV

Арестованный сидел, развязно закинув ногу на ногу и положив руку на спинку стула.

- Значит, все забыл - и фамилию, и даже собственное имя? - с улыбкой спросил следователь Самедов.

- Имен-то не одно, не два - много! Как же их все запомнить? - нагло усмехнулся подследственный.

- Кличек бывает много, а имя у каждого человека одно.

- Тебе виднее, начённик, ты ученый... Только меня, кто как хотел, так и называл.

Самедов с трудом сдержался.

- А почему же тебя не называли твоим собственным именем?

- Потому, что не знали.

- Но ты-то ведь знаешь свое имя.

Парень поднял худые, узкие плечи, задумался.

- Нет, - не знаю, забыл.

Самедов стукнул по столу кулаком.

- Хватит кривляться! Фамилия, имя, отчество? Арестованный посмотрел на следователя, укоризненно - покачал головой.

- У нас разговор не получится, начённик. У меня память слабая, а у тебя нервы...

Он встал с таким видом, будто его незаслуженно обидел приятель и он уходит, чтобы не связываться.

Самедов вышел из-за стола, тяжело навис над арестованным.

- Когда ты шел за солью, я уже возвращался. Понял? Ты Алибала Мамедшир оглу Асадов, бандит и дармоед! Понял? Садись! - Алибала сел, привычно подобрав полы пиджака, словно опустился не на стул, а собирался присесть на корточки, поиграть в "джа"1.

- Год, место рождения?

- Не помню.

- Вот что, Асадов, хватит дураком прикидываться. Последний раз предупреждаю, брось волынку. Мы все знаем.

Алибала насупился.

- Нет, начённик, когда я скажу, тогда и узнаете. А я...

- Короче! - перебил Самедов.

- Можно и короче. Того сазана я почистил.

- Один?

- Да.

- Откуда ты знал, когда бывает инкассатор в сберкассе?

- Я давно за ним хожу.

- И сколько дней ты выслеживал его?

- Не помню...

Самедов тяжелым взглядом придавил Алибалу, и тот обмяк.

- Ну, дней десять-пятнадцать...

- Хорошо. А где ты взял машину?

- Угнал.

- А кто вел машину?

- Я.

- Где же ты научился водить?

- Да на нашей улице кинешь камень в собаку - попадешь в шофера. Там и научился.

- Кто был в машине кроме тебя?

- Никто.

- Врешь, Асадов. Полдюжины таких, как ты, надо чтобы инкассатора свалить. Говори, кто был с тобой?

Молчание.

- Смотри, Асадов, себе же хуже делаешь. Мы знаем что ты был не один.

- Чего мокрому дождя бояться? А что не один был, - докажи. Это тебе не мое имя, фамилия! Пошел, прочитал в домовой книге и готово. Здесь потруднее, начённик. Я говорю, был один. Ты говоришь, не один. Ищи, найдешь и дело с концом. А не найдешь, будет по-моему.

- По-твоему не будет! - ударил кулаком по столу Самедов и вдруг сорвался на крик, - ты у меня...

Теймур поморщился, - сейчас на арестованного как раз бы подействовала спокойная, уверенная в тебе сила.

Следствие по делу об ограблении инкассатора очень интересовало Теймура. Дело это вел старший оперуполномоченный Тарланов, который несколько раз брал его с собой на проведение интересных операций.

Теймур внимательно присматривался ко всему. Первое время он восхищался Тарлановым. Ему даже казалось, что если описать опыт этого виртуоза, получится отличное руководство для молодых оперативников. Особенно Теймура поразило, с какой легкостью капитан Тарланов находил общий язык, буквально, со всеми, подключая к своей работе самых различных людей. Одни сообщили ему, что слышали крик инкассатора, другие видели, как "эмочка" пронеслась по Буйнакской улице, а кто-то даже успел заметить номер. Так же быстро ориентировался Тарланов и в Бинагадах, где нашли в овраге оглушенного инкассатора. Стрелочница узкоколейки, охранник магазина, шоферы - все превратились в его помощников. Но самая ценная информация поступила от одиннадцатилетнего Павлика Сорокина. Он вел сестру из детского сада, видел машину с погашенными фарами, которая пронеслась мимо, и резко затормозила невдалеке. Из машины, по его словам, кто-то выпрыгнул и бегом бросился к лесопилке. У неизвестного в руках было что-то тяжелое. Этот предмет бил его по ногам, мешал бежать.