Антоллогия советского детектива-40. Компиляция. Книги 1-11 (СИ) - Якушин Геннадий Васильевич - Страница 693

— Что я должен делать? — заспешил он, не давая закончить угрозу.

— Думать, черт тебя побери! — сорвался в крик блондин, но тут же понизил голос. — С телексом мы разберемся сами. Твой последний шанс — остановить венгра.

— Но... но как?

— Твое дело. У каждого из нас свои проблемы: у тебя венгр, у меня ты. Думай, в твоем распоряжении всего один ход, потом передвигать фишки придется мне. Это обойдется дороже и нам, и тебе.

— Я постараюсь! — Мадзини встал и попятился неуклюже к выходу. — Я обязательно постараюсь...

Блондин выждал, пока за итальянцем закроется дверь, и слегка отодвинул в сторону штору. Пронаблюдал, как Мадзини сел в припаркованный к тротуару «фиат», и запустил мотор. Когда машина вырулила на проезжую часть, блондин подошел к телефону в кафе. Номер ответил сразу.

— Игра усложнилась, — произнес он тихо в трубку. Потом выслушал вопрос и, не задумываясь, ответил: — Безнадежен!..

Если смотреть из окна кабинета, то за морем черепичных крыш можно увидеть купол собора святого Петра. Варга любил этот вид и часто, особенно в самом начале своей работы в Международной ассоциации помощи развивающимся странам, простаивал у окна, обдумывая планы и меры, которые предстояло принять по тому или иному проекту. Панорама города позволяла успокоиться и сосредоточиться. Давным-давно, когда он только услышал о существовании МАПРС, Шандор и предположить не мог, что однажды сам станет одним из ее сотрудников, международным чиновником. Только много позже, успев поработать в промышленности, он узнал, что штаты этой неправительственной международной организации комплектуются из специалистов разных национальностей.

Варга улыбнулся — как давно это было! Теперь, проработав по контракту с МАПРС несколько лет, он с полным основанием мог считать себя кадровым сотрудником, отлично ориентирующимся в сложном механизме международного учреждения.

Шандор отошел от окна, опустился в вертящееся кресло и задумался. В их департаменте, занимающемся строительством и пуском предприятий в развивающихся странах, все направления работы были четко разделены между сотрудниками в соответствии с их специальностями. Он лично прекрасно знал свои проекты, знал людей, с кем работал на местах, что практически исключало любую неожиданность. Тем более нежданным явился для него вызов к директору департамента.

Такое случалось не часто. Начальство в МАПРС старалось зря не отвлекать сотрудников от работы, полностью доверяясь переписке. С утра секретарь приносила Шандору кипу бумаг, к каждой из них сверху был прикреплен маленький листочек, на котором его непосредственный начальник — спокойный, уравновешенный финн — отмечал, что бы он хотел узнать. Бумажки в зависимости от срочности имели разные цвета, и на каждой из них в соответствующей графе стоял крестик. Название граф было различно — от «Прошу переговорить» до «Для вашей информации». Таким образом, Варга мог спокойно заниматься текущими делами, а встретив шефа в коридоре, обсуждать с ним последние спортивные новости или очередной взлет цен на бензин. Поэтому вызов к высокому руководству предвещал что-то неожиданное.

Когда Шандор вошел в кабинет, навстречу ему из-за стола огромных размеров поднялся плотный представительный человек. Темная кожа выдавала уроженца юга Индии и резко контрастировала с белоснежной шапкой седых, крупно вьющихся волос. Одет он был в строгай деловой костюм, и только броской расцветки галстук свидетельствовал о его природной склонности к ярким цветам.

Варга знал историю этого человека, впрочем, как и каждый из работающих в МАПРС. Много лет назад совсем еще неопытный Хусейн пришел работать в начинавшую создаваться ассоциацию, и вот теперь, поднявшись по служебной лестнице, он вошел в состав ее руководства. Вдумчивая манера работы Хусейна, его стремление разобраться во всех деталях и обговорить их со специалистами импонировали Варге. Впрочем, большинство вопросов решалось, в случае необходимости, с привлечением его непосредственного начальника, руководителя секции.

— Заходите, заходите! — Хусейн шагнул вперед и пожал руку венгру.

Они присели в углу большого кабинета у заваленного журналами и пестрыми проспектами стола. Молодая, привлекательная секретарша принесла кофе и беззвучно удалилась. Хусейн молчал. Варга ждал, наблюдая исподволь за хозяином кабинета. Еще вчера они случайно встретились в лифте, и весь их разговор свелся к обмену приятными, ничего не значащими фразами, свидетельствовавшими разве только о хорошем отношении собеседников друг к другу.

— Вы знаете, — начал Хусейн, — я недавно был в Будапеште. Красавец город. Вы ведь оттуда?

— Нет, я родом из Мишкольца, правда, большую часть жизни прожил в столице. — Варга улыбнулся. — Скоро поеду в отпуск. Погуляю по городу, посмотрим с дочкой мосты.

— А потом, конечно, на Балатон?

— Не угадали. В это время там толпа туристов, а я суетой сыт по горло. Съезжу к себе, там у меня мать...

Он замолчал, передавая инициативу Хусейну. Прелюдия к разговору была закончена. Директор департамента одним глотком допил кофе, поставил чашку на стол и протянул Варге лежавшую сверху папку.

— Прочитайте.

Шандор открыл кожаный переплет и увидел единственную бумажку. По грязно-желтому цвету и крупному шрифту сразу понял: телекс. Жирные прыгающие буквы складывались в слова:

— Что скажете? — спросил Хусейн.

Варга пожал плечами.

— Никогда не слышал о существовании такого проекта. Может, они спятили от жары?

— Как гипотеза неплохо, — улыбнулся директор. — Но не забывайте, что им совсем недавно пришлось пережить военный переворот, а это, скажу вам по собственному опыту, не так просто, требует выдержки и. нервов. Лично я с детства терпеть не могу, когда в меня стреляют.

— А кто такой... — венгр взглянул на бумажку. — Макклоски?

— Координатор деятельности МАПРС в данной стране.

Шандор прекрасно знал многих людей из персонала координационных бюро МАПРС в развивающихся странах, однако с человеком по фамилии Макклоски ему встречаться не приходилось.

— Давно он там?

— Не очень, но к делу это не относится. Что вы думаете по существу?

Шандор закрыл папку, внимательно посмотрел на Хусейна.

— По-моему, дело дрянь. В самом худшем случае из моей практики наш координатор на объекте телеграфировал о задержке с выполнением проекта. В тот раз наводнение практически уничтожило только что построенную мастерскую по ремонту тракторов. Если учесть, что в кругах МАПРС люди вообще стараются друг друга не расстраивать и настоящую правду можно прочесть только между строк, то, надо полагать, у них стряслось действительно нечто экстраординарное. Второе предположение: Макклоски просто неуравновешенный человек, плохо разбирается в создавшейся там обстановке.

— Не думаю. Я затребовал его досье из отдела набора персонала. Похоже, человек он опытный, хотя некоторые перемещения в его карьере наводят на размышления. В свое время занимал один из крупных постов в фирме по производству торгового оборудования. Внезапно все бросил и ушел. На беседе с нашим кадровиком объяснил этот шаг довольно просто: надоело. Впрочем, кадровики, да и все мы, бюрократы, предпочитаем иметь дело с ортодоксами, всю жизнь прошедшими без отклонений, по струнке. Конечно, так проще — не надо думать, да и в случае чего всегда можно сослаться на ничем не омраченную характеристику. Так что исходить из предположения о его неуравновешенности, пожалуй, не стоит.

— У вас есть другие соображения? — поинтересовался Варга.

— Есть. Во-первых, не надо забывать, что в этой стране произошел переворот, к власти пришли военные. Такое положение дел может в корне изменить ситуацию с нашим проектом. Впрочем, если бы они захотели приостановить его выполнение, то мы давно бы уже были уведомлены об этом по официальным каналам. Во-вторых... Видите ли, мой друг, как правило, в качестве подрядчиков по строительству и оснащению наших предприятий мы выбираем уже известные, зарекомендовавшие себя фирмы. На этот раз положение сложилось так, что мы вынуждены были отдать подряд одной транснациональной корпорации, контакты с которой до этого были весьма эпизодическими. Не хочу ничего сказать, но вовсе не секрет, что цели этих корпораций, мягко говоря, не всегда совпадают с задачами развития молодых независимых государств, с их национальными планами. Теперь, по прошествии двух десятилетий, это все хорошо понимают, иначе зачем было бы разрабатывать так называемый «кодекс поведения» ТНК. Короче говоря, проблема может проистекать и отсюда.