На рубеже (СИ) - Иминова Ольга - Страница 16

Вскоре Селим замедлил бег и, остановившись, предостерегающе поднял руку. Вокруг нас стояла глубокая ночь, но она была совсем не тихой, как пишут в книгах. Тысячи звуков, запахов среди сияющих над головой звёзд. И возбуждающее чувство свободы и огромного пространства. Я глубоко вдохнула, и у меня тут же перехватило дыхание от ворвавшихся запахов. Селим молча стоял рядом, позволяя мне насладиться новыми ощущениями.

— Ты чувствуешь? — спросил он и указал рукой в сторону.

Я тут же повернула голову и принялась всматриваться в темноту. Наученная опытом, я потихоньку втянула в себя воздух. Запах был странным: чуть приторным и навязчивым. Но он пробудил во мне такое желание, что я готова была броситься на поиски его источника. В горле горело так, как будто туда насыпали перца. Я начала усиленно сглатывать слюну.

— За холмом стадо антилоп, — пояснил Селим. — У них своеобразный запах, его ни с чем не перепутаешь. Теперь главное — не торопиться. Определи направление ветра, иначе они учуют тебя и разбегутся в разные стороны. Тогда их будет трудно поймать. Смотри, что буду делать я, и повторяй.

Мы медленно, как мне казалось, двинулись в сторону манящего запаха. Селим периодически подавал мне знаки руками, но я его совсем не понимала. А когда увидела животных, то забыла обо всём, что он мне говорил.

Без лишних размышлений я врезалась в обезумевшее стадо, пытаясь схватить антилопу. Чувство близости добычи не давало мне сосредоточиться. Конечно же, я всех распугала и никого не поймала. Эту первую свою охоту я не забуду никогда. Было страшно и неприятно.

А вот Селим, как будто и не участвовал в этом безумии, но на земле возле него осталось лежать две антилопы. Одна ещё дышала, когда он подвел меня к ней и показал, где лучше прокусывать кожу.

У меня было такое чувство отвращения, что я никак не могла даже прикоснуться к животному. Тогда Селим первым сделал укус, и запах свежей крови тут же заставил меня забыть обо всём — я без размышлений припала к шее антилопы.

Вкус был странным и не очень противным. Через некоторое время я оторвалась от животного и утёрла рот. Селим, улыбаясь, смотрел на меня.

— Ну, у тебя и видок.

Я действительно выглядела отвратительно: платье порвано, волосы и руки перемазаны кровью.

— Но ничего, — поспешил он успокоить меня, — в первый раз у всех так. В следующий раз будет лучше.

И он оказался прав. На следующей охоте всё было совсем по-другому.

В тот момент, когда мы нашли стадо, я не думала ни о чём. кроме жажды. Я без раздумья кинулась на ближайшую антилопу и вонзила в неё свои зубы. Я впервые почувствовала вкус пойманной мной добычи, вкус живой крови. Ты не поверишь, но в этот момент мне казалось, что в мире нет ничего вкуснее. Я выпила её без остатка. Переполнявшее меня чувство восторга кружило голову.

Селим, улыбаясь, стоял в стороне.

— Ты была великолепна, но выглядело это ужасно.

— Да уж, — произнесла я, глядя на порванное и испачканное платье. — Мали опять расстроится.

А Селим, как обычно, выглядел аккуратно, и на нём не было ни пятнышка.

— Как у тебя так получается? — удручённо спросила я его.

— Годы тренировок, — улыбнулся он. — Ты тоже так сможешь.

И он опять оказался прав — с каждым разом охота удавалась мне всё лучше. Но я всегда с восхищением наблюдала, как охотился Селим. Его прыжок был уверенно точен, руки сильны, а хватка смертельна.

Мы ещё несколько раз ездили на обучение к Зарине. Её уроки пошли мне на пользу. Я стала более спокойно относиться к запаху людей и в обращении с ними уже не испытывала такой жажды.

К разговору об их отношениях с Селимом мы больше не возвращались, но каждый раз я отмечала, как горели её глаза, когда мы приезжали. А Селим, как будто ничего не замечал или делал вид, что не замечает. Я решила не вмешиваться, пусть сами разбираются.

Постепенно я начала осознавать, какая сила таится во мне. Я стала быстрой, ловкой и уверенной в себе настолько, что однажды вечером сказала об этом Селиму. Они с Мали переглянулись.

— Она готова, — произнёс Селим.

Мали, глубоко вздохнув, кивнула ему в ответ.

И тут до меня дошло. Обучение закончено. Скоро я вернусь к людям. Впереди — самостоятельная жизнь.

— Опять мы с тобой просидели за полночь, — поднимаясь, проговорила Стеф. — Пора спать.

На этот раз Николь не стала возражать. Пока она мыла за собой кружку, картинки из рассказа Стеф всплывали в её сознании. Это было так реалистично, как будто она сама была участницей тех событий.

Лёжа в постели, она снова и снова вспоминала рассказ Стеф и думала о том, как бы она повела себя на охоте. «Интересно, а что я буду рассказывать своим детям? Если они, конечно, у меня будут». Это была её последняя мысль перед тем, как она погрузилась в сон.

Глава 11

Утром Николь проснулась в хорошем настроении. Улыбка не сходила с её лица даже когда она умывалась. Стеф, заглянув в ванную, это сразу заметила.

— Что, в лотерею во сне выиграла или подцепила красавчика?

— Очень смешно, — фыркнула Николь и брызнула на неё водой. Та с визгом отскочила и скрылась за дверью.

«А почему бы и нет?» — подумала Николь и, наклонившись ближе к зеркалу, принялась рассматривать своё отражение. Светло-каштановые волосы спускались до плеч, красиво обрамляя бледное лицо и волнами стекая вниз. Аккуратный носик с небольшой горбинкой, красиво очерченные губы. Миндалевидные глаза, когда-то серо-голубые, а теперь охряно-оранжевого цвета.

«Когда же это закончится?» — подумала она, раздвигая веки. Ощупывая шею, она ощутила небольшое першение в горле. «Терпимо, сегодня можно попробовать съесть что-нибудь из мяса», — решила она и вышла из ванной.

— Стеф, ну что ты копаешься? — крикнула Николь, взглянув на часы. — Мы опаздываем.

— Это я копаюсь? — возмутилась та. — Я уже пять минут топчусь у порога.

— Ну, извини.

Она кинула взгляд в зеркало, заправила локон за ухо и вышла в прихожую.

— Какие у тебя на сегодня планы? — спросила Николь, надевая мокасины.

— Лекции, библиотека, — Стеф закинула сумку-рюкзак на плечо. — А у тебя?

— Лекция, тренировка, библиотека, тренировка.

— Ты точно когда-нибудь себя загонишь, — покачала головой Стеф. — Как самочувствие?

— Неплохо, но в горле зудит, да и глаза, — ответила Николь, надевая очки. — Но я себя контролирую. А вот всё-таки интересно: почему люди меня совсем не интересуют? Ведь в них бежит кровь, и пахнут они… людьми.

— Вот это для меня и загадка. Ты почему-то реагируешь на еду, а на обыкновенных людей — нет, хотя запах их чувствуешь. Непонятно.

— Ну, раз с этим всё в порядке, ты теперь можешь оставлять меня одну и заниматься своими делами, — беспечно закончила Николь.

— Моё главное «своё дело» — всегда быть рядом с тобой, — серьёзно произнесла Стеф.

— Но ты же не можешь всё время меня «пасти»?

— Если понадобится, то буду, — Стеф не сводила с неё глаз. — Да, ты неплохо справляешься, поэтому и режим контроля у тебя проще.

Выйдя на улицу, они влились в общий поток весело галдящих студентов, текущий по аллее. Николь внимательно прислушивалась к своим ощущениям. Сейчас, из-за обострённого обоняния, она чувствовала запахи намного сильнее, чем раньше, и от этого у неё кружилась голова. Как будто почувствовав её состояние, Стеф взяла её под руку.

— Я в порядке, — тихо проговорила Николь. — Они меня не волнуют.

Постепенно студентов становилось всё меньше: одни расходились по корпусам, другие — на лекции, кто-то на тренировки, в библиотеки или в кафе, чтобы дождаться начала занятий.

Николь и Стеф направились к третьему корпусу. Никто не удивился их совместному приходу: для всех они были просто подругами, которых сблизил факультет.

Они и до этих событий много времени проводили вместе, как и положено друзьям. Но в то же время у каждой ещё были личные пристрастия, и какое-то время они всё равно занимались своими делами, отрываясь друг от друга.