Ни сегодня, ни завтра, никогда! (СИ) - Грозовая Милана "Wisinkala" - Страница 15

Бог звезд всплеснул тонкими руками, поднимая тени. Отовсюду стали появляться бессердечные души. Тысячи глаз уставились на своего хранителя. А он указал вниз и спокойно произнес: «Отбить замок вулкана».

Тени бросились к земле и, не останавливаясь ни на миг, впитались в нее и пропали под ней.

Бессмертные атаковали грифонов. Мирга взмахивал своим огромным двуручным мечом все чаще. Оказавшись в окружении крылатых противников, он уходил все дальше в глубь этой елозящей гущи. Вот его руку дернул изогнутый коготь, и кровавая полоса выступила сквозь разломанный нарукавник, а острый клюв зацепил бедро.

Чародеи и целители носились кругами, стараясь не оставить никого без поддержки, но воины были слишком глубоко в этом клубке и не все получали свою дозу исцеляющей магии.

Мирга выхлебал свое последнее зелье и кинулся снова в атаку, но тут же налетевший сверху грифон расцарапал его тело и размолол два ребра.

— Ай-яй! — процедил рыцарь и по-пластунски пополз к своему упавшему чуть поодаль мечу. Он схватил его и с трудом встал на ноги, опираясь на оружие как на трость. Дохромал до нескольких лежащих без сил воинов, скинул координаты и отправил в чат указание на область исцеления. Тут же прилетел золотой шар, что рассыпался, восстанавливая часть хитов всех, кто был в радиусе трех метров от него.

— Игроки, на первую линию атаки! — закричал оживший Мирга. — Здешние, вторая линия атаки! Луки, поднять позиции!

Вдруг, прямо из-под его ног, вылез одноногий страус. Он подергал головой, осматриваясь, и кинулся на грифонов. Земля всколыхнулась и отовсюду стали появляться тела полуоблезших птиц и зверей, что понеслись на врага.

Мирга поглядел в небо и устало прошептал: «Благодарю».

Дардион давно перестала просто координировать своих стражей и ввязалась в бой. Самые убойные скилы уже были на откате. То, что осталось помогало мало из-за небольшой дальности действия. Однако стены Алекса еще держались и это давало надежду.

— Наместница иди сюда, — прогромыхал пятиметровый Баллок — зеленый огр, с огромными ручищами, которые он протянул к чародейке.

Она быстро запрыгнула в его ладонь и уселась на широкое великанское плечо.

— Отсюда достанешь!

— Спасибо, Баллок, — прокричала Дард и пустила в ход все готовые к действию скилы. Умения работали более эффективно в группе и поэтому кровавая магия, соединившись с воздухом наделала дыр в налетающих на замок грифонах.

Земля всколыхнулась, и великан качнулся. Дардион не удержалась и полетела вниз, но он подхватил ее и аккуратно усадил обратно.

— Держись крепче, наместница, — прогремел Баллок.

Вокруг зашумело. Земля стала покрываться многочисленными дырами, а камни начали трескаться, с надрывом выпуская из своих недр давно умерших существ. Некоторые вставали лишь скелетами, некоторые были еще похожи на пернатых. Вся эта нечисть огляделась и ринулась на своих летающих собратьев.

Живые и мертвые встретились, и атака на нору прекратилась. Тени вклинились между Бессмертными и грифонами, переведя всю их агрессию на себя. Птицы рвали друг друга на части, крылатые визжали от боли, то летели ввысь, то неслись к земле, пытаясь увернуться от очередного удара, в то время, как тени не издавали ни звука и без сожаления бросались на острые когти и изогнутые клювы.

Воины, вырвав момент для отдыха, рухнули на землю, торопливо залечивая раны и переодеваясь в запасной шмот. Целители побежали между рядов, накидывая массовое исцеление. Они просто поделили между собой территорию, потому что группы ответственности в этой кутерьме были полностью потеряны. Чантеры бафили, маги заливались зельями маны и торопливо выбирались из самой гущи, в которую они оказались втянуты.

Но отдых получился коротким. Часть озверевших существ снова кинулась к иллюзорной стене и со всей дури врезалась в нее. Иллюзия захрипела и сдалась.

Алекс оказался на земле, прижатый неподъемной тушей одного из грифонов, что погиб от удара о замковый камень.

«Вааа!» — парень взвыл от боли. Кости рук и ног выворотило наружу. Призванное зелье использовать не удалось и он, как можно громче заорал: «Дардион!»

Чародейка моментально отреагировала и, бросив все, направила Баллока к обездвиженному дворецкому. Великан, идя напролом, легко скинул с парня тушу, и Дард, торопливо спустившись к нему, стала исцелять.

«Еще!» — крикнул звездный бог и новые тени кинулись вниз с небес.

Он поднимал все новые и новые души. Нечисть кидалась со всех сторон, становясь щитом для Бессмертных и принимая удары на себя. А грифоны, словно обезумев, целенаправленно пробивались к норе, гонимые желанием сожрать короля вулкана.

— Нужно что-то придумать, — кинул в чат Верммуту Алекс. — Я не успею создать новую иллюзию! Скоро доберутся до дверей.

— Они хотят его убить, пока он спит!

— Как они узнали!? — орала Дард, отбиваясь от очередной пары когтистых лап.

— Нас сдает кто-то еще!

— Да это может быть кто угодно! — пробасил Мирга, страхующий чародейку, что кастовала долгий масскил.

— Убью! — заорал Баллок и просто ринулся в рой кружащихся грифонов. Он схватил пару из них и бросил. Один из грифонов пришелся прямиком об стену, и очередная отстроенная иллюзия рухнула.

— Все! Нора! — Алекс напугано кинулся к маленькой дверце, но его откинули прочь, ринувшиеся к ней же воины армии Бессмертных.

Лиари все слышала и видела. Маленькие миризыки обо всем ей докладывали. Хранительница спокойно и вдумчиво следила за происходящем на поверхности, прикрыв свои зеленые глаза.

Голова Лацифа лежала на ее коленях. Он мирно спал. Сейчас короля ничего не тревожило, и она хотела, чтобы это так и оставалось. Этот мужчина не должен проснуться среди пепла и смертей. Но что еще важней, что бы не произошло, он обязательно должен проснуться. Девушка вновь посмотрела на его спокойное лицо, очень осторожно положила его голову на теплый камень, поднялась и направилась к выходу.

— Ты куда? — подскочила Бетти.

— Дверь нужно защитить, — обернулась Лиари.

Волшебница покачала головой:

— Не ходи! Нельзя!

— Король не запрещал, значит можно, — и хранительница скрылась в темноте переходов.

Она медленно шагала, ведомая образами, что представали пред ее глазами. Огромные тучи бьющихся о стены грифонов, храбрые Бессмертные, что стали стеной из крови и плоти, защищая маленькую дверь. Крики и стоны. Возрождения, идущие непрекращающимся потоком. Еще немного и нору завалит, но крылатые не самое страшное. За воротами, средь лесов, стоят Слуги. Они замерли в ожидании обрушения стены. Тогда они придут за королем и убьют его. Она должна помочь. Она обязана. В этот раз она не станет наблюдать издалека. Больше она не струсит и не отступит, и не важно какую цену придется заплатить.

В темноте, пока никто не видит, прекрасная дева обратилась в истинную хранительницу. Ее нежная персиковая кожа потемнела, милые черты обросли резкостью и грубыми изломами, волосы затвердели и обратились в коричневые горбатые ветви, руки и ноги окостенели, а в ладонях появился посох из цельного куска темного древа. Лиари встала прямо за маленькой дверцей, по другую сторону сражения и поставила посох перед собой. Она сосредоточилась, закрыла глаза и начала напевно шептать. Рядом с ней зажужжала пчела с острым жалом, еще одна появилась с другой стороны и рой стал разрастаться. Десятки, сотни черно-желтых ядовитых хищников завертелись вокруг колдуньи. Хранительница все шептала и шептала. Ее слова становились все громче. Голос ее становился все грубее и нарастал вместе с увеличивающимся роем. Стена пошатнулась. Лиари медленно подняла голову и открыла глаза. Два кислотно-зеленых пламени засветились во тьме. Колдунья оголила желтые зубы, указала посохом на дверь и сипло взревела: «Убить!»

Рой бесстрашных насекомых ринулся сквозь стены прямо на врага. Они влетали в уши и кидались в глаза грифонов, жаля их со всех сторон. Те стали вопить и брыкаться. Крылатые переключились с атаки на защиту и ринулись в небеса, пытаясь скрыться от мелких безжалостных убийц. Черный рой окружал грифонов. А хранительница замерла в недвижимой позе, продолжая нашептывать. Жужжащая туча смешалась с черной нечестью, и вся эта армада закружилась вокруг беснующихся крылатых, пытающихся отделаться от полосатой живности, влетающей в их уши и сводящих с ума.