Третья жена хозяина песков (СИ) - Наварр Анна - Страница 40

— Пожалуйста… пожалуйста… — ныла я.

— Проси. — он оставался несгибаем.

Актаур навис надо мной, запустил пальцы в мои волосы, растрепал их, сдал, накрутил на пальцы. Заставил меня поднять голову повыше. И снова впился в губы. Я оказалась зажата между камнем пола и его разгоряченным телом. И сполна ощутила все его желание и мощь.

— Хорошо, я согласна… — прохрипела я, едва он меня отпустил.

— Согласна стать женой?

— Да.

— Согласна носить покров?

— Да…

— Согласна войти в мой дом, чтобы остаться как хозяйка и мать детей?

— Да! Да! Только не останавливайся…

— Запомни свои слова, — прорычал он мне в самое ухо.

И я ощутила его проникновение.

А через несколько мгновений мир взорвался восхитительными брызгами фейерверка.

Самый кошмарный день в жизни Береса наконец закончился.

Утро началось с визита Актаура. Затем разграбление коллекции — в прямом смысле, Актаур утащил лучший экспонат!

Но через несколько часов, когда Берес прибыл в портальную залу, чтобы подготовить визит султана, то обнаружил гору трупов — и было совершенно очевидно, кто их “уработал”.

А затем Актаур притащил целую стаю летающих девиц. И нелетающих тоже. И свалил их на Береса.

Сотник пожалел себя, и отщипнул от грозди винограда сладкую радость. Девицы оказались те еще — с характером. Но хуже было то, что супруги не обрадовались их появлению, и начали громко возмущаться, пока он не объявил, что все прибывшие девушки — собственность Актаура, и предназначены на службу его жене.

Представление на свадьбе Берес перенес стоически — стараясь максимально обезопасить султана и его жен, особенно когда началась свара с культистами. И в какой-то момент он потерял из вида Аль-Танина и его жену.

Куда они пропали, не понял никто, но в Парящем городе их больше не было.

Див Урахан остался оплакивать погибших сыновей, а султан с женами вернулись в свой дворец в Рохуту.

Но когда из городского портала начали вываливаться странные заморенные люди в серых робах, Берес ощутил странную тоску.

Актаур появился всего на мгновение — коротко кивнул другу, махнул рукой на людей, мол, мои, — и тут же исчез.

Тоска Береса крепла каждую минуту, и наконец нашла выход — когда ночное небо взорвалось драконовым огнем пожара где-то на самом горизонте пустыни.

Старшая супруга молча подала кувшин холодной воды.

— Спасибо, прекраснейшая. — он глотнул, а остатки вылил себе на голову. Тюрбан давными-давно был снят, и короткие волосы пропитались потом.

Берес приобнял жену, и вместе с ней смотрел на разгорающееся зарево пожара. Драконов огонь — событие редкое, но когда случается, то видно его далеко, и ветер разносит его смрадный жирный дым.

— Дорогая, напомни мне, почему я все еще дружу с Аль-Танином?

Глава 50

Прекраснейшая Хюрема вместо ответа хмыкнула, встала за спиной, опустила свои тренированные пальцы на шею мужа и провела вверх-вниз. Берес от этой ласки потянулся, расправил плечи, откинулся на спинку кресла и удовлетворенно застонал. Массаж первой супруги всегда был выше всяких похвал.

Но ценил он свою старшую супругу не только за это умение, но и за острый ум и отличные способности держать в узде всех его младших жен. А из-за любвеобильности Береса их набралось уже довольно много, и он все еще мечтал о пополнении коллекции — как оружия, так и женщин.

Зарево пожара тем временем поднялось столбом выше облаков.

— Хорошо горит…

— Что там такое, мой господин?

— Теперь уже видимо бывший главный собор Черных песков. Добаловались с призывом демонов.

— Так это господин Аль-Танин от них привел тех людей? Я когда устраивала их, слышала разговоры… разные.

Берес подобрался. Хюрема не имела привычки собирать или разносить сплетни.

— Этих людей собирали несколько месяцев. И держали в разных местах. Но потом провели по подземным коридорам с арками-порталами. А когда их уже собрались всех убить, явилась женщина. Не ай-нуур, но с крыльями как у птиц, не дива — но видит магию, и не человек — потому что у нее есть все это. И эта небесная посланница была облачена в такой странный наряд…

Описание было красочным. И весьма лестным для той дикарки, какой ее помнил Берес.

— Танцевальная защита?! — рассмеялся он, когда жена закончила пересказ описаний. — Долийская танцевальная защита? Женская? В качестве брони? Да еще поверх одежды?

В Долийском раджастане, что по ту сторону от Красного пролива, была довольно своеобразная традиция — и у мужчин и у женщин. Оружие там было не в чести, проливать кровь считалось позором, и потому сражались танцами — кто дольше и красивее станцует, тот и прав. И конечно, местные маги и ремесленники создавали множество разных приспособлений для такого экзотического обычая.

— Оригинально! — Берес вытер слезы, выступившие от продолжительного смеха.

Он еще продолжал смеяться, как новое зарево пожара осветило ночное небо. Еще один столб огня поднялся до облаков — и довольно далеко от первого, как можно было оценить с высоты холма, на котором располагался Рохуту.

Дом Береса был в верхнем, богатом квартале. Совсем недалеко от резиденции султана. И Берес нередко использовал крышу собственного дома как наблюдательный пункт.

Вот и сейчас он приготовился к долгой и весьма жаркой ночи — и дело было вовсе не в обществе супруги или других жен. Жар давал драконий огонь — первый факел еще не опустился, как возник второй, а затем и третий, и четвертый.

— Что происходит в пустыне, господин мой? — спросила Хюрема, глядя туда же, куда и он.

– “Никто не может украсть у Аль-Танина и остаться безнаказанным”, не так ли, дорогая?

— Да, дорогой.

— А Актаур Аль-Танин у нас поименован Драконом. Ничего удивительного, что он смог вызвать драконов огонь — и теперь Черные пески уничтожают сами себя. Ведь потушить драконов огонь невозможно, пока есть хоть капля черной крови. Садись рядом, дорогая. Ночь будет долгой и прекрасной. А завтра поутру мы проснемся уже в другой пустыне. Без черных песков.

Жена опустилась рядом, положила голову на плечо Береса.

— Что же они украли у Аль-Танина?

— Ту женщину. И ребенка.

Берес пропустил сквозь пальцы черные кудри жены.

— Оказывается, ребенок девчонки — сильный маг. И Актаур наложил на него свои лапы первым. Эх. Если бы я только был чуть внимательнее, он мог бы быть нашим. Я ведь сам выкупил эту женщину — и подарил ее Актауру. Вместе с ребенком.

— И вправду жаль, — жена вздохнула. — Но наши еще могут стать магами и сами. А там, может, у Аль-Танинов найдется и подходящая партия. Их кровь по прежнему сильна, и если мальчишка Актаура сохранит способности и сможет их передать дальше…

— Дорогая, может нам стоит посетить храм в Этта-эрбе? Дивы возьмут тебя в новые пророчицы.

— Господин мой, ты мне льстишь.

— Ты пытаешься прозреть будущее, которое еще может быть иным.

Еще один столб пламени поднялся над пустыней.

— Это уже шестой. Странно, мне докладывали только о пяти гнездах.

Он снова погладил волосы жены.

— Кстати, дорогая, Аль-Танин, хоть и разграбил мою коллекцию, но был весьма щедр на отдачу. — Берес вытащил из складок одежды Черное солнце — знак, который Назир носил на груди. — И он сказал, что может быть, принесет еще.

— И ты еще спрашиваешь, почему ты дружишь с Аль-Танином? Кто еще без всяких условий вернет тебе родовое имущество? А когда Солнца окажутся наконец дома, может быть, милость Всемилосерднейшего Повелителя небес коснется наших детей. И способности вернутся и усилятся. Может быть, и ты сможешь… — голос жены дрогнул.

— Я уже слишком стар, прекраснейшая, слишком стар… Давай же будем любоваться восходом Черной луны. Никогда еще культ Черных песков не праздновал ее так красочно.

Все-таки усталость Актаура была напускной.