Злые умыслы (ЛП) - Мерседес Сильвия - Страница 29

— Он мертв? — выдавила Лизель сквозь пальцы.

Серина кивнула. Она посмотрела на камешек, который сжимала так крепко, что он впивался в ее кожу. Тьма в нем пульсировала энергией.

Якорь был активен.

— Она тут, — прошептала Серина. — Она уже тут.

ГЛАВА 18

Поднявшись на локти и посмотрев в сторону, куда тянула духовная связь, Айлет увидела груду обломков выше по склону. Она пыталась разглядеть за облаками Ларанту, но сильный сом скрывал тень из виду.

Но голос Ларанты звенел по духовной связи:

«Тень! Тень! Госпожа! Тень!».

Там был захваченный тенью. Близко. В физическом мире. Где ее тело лежало без сознания. Если Ларанта чуяла тень даже через подавление сома, то это было нечто сильное.

Где было ее тело в реальности? Она не помнила. Она пыталась вспомнить, отыскала мутные картинки развалин… девушки с обрезанными волосами… тьмы обливиса… И дальше она не знала.

Не важно. Голос Ларанты становился все отчаяннее с каждым воплем. Кем бы ни был захваченный тенью, где бы ни находилось тело Айлет, она и ее тень были в опасности.

Она не могла лежать и ничего не делать.

— Я вернусь, — прорычала она и поднялась на ноги, с сожалением оглянулась на чары воспоминаний. С помощью Богини она не забудет это, когда проснется! Она бросилась на груду обломков и стала карабкаться.

Камни скользили, и вся груда опасно двигалась под ее руками и ногами. Ее воображение было слабым. Конечности дрожали, длинные волосы упали на лицо. Она лезла, скрипя зубами так, что челюсть болела в физическом мире.

Наконец, она оказалась на вершине, босые ноги стояли на широком камне, который накренился бы, если бы она сдвинулась не в ту сторону. Другие камни под ней стонали, грозили вылететь. Еще миг, и начнется оползень, и ее раздавит и утянет вниз.

Едва дыша, она посмотрела на далекое серое небо. На стены оврага. В пяти футах над ней маленькая сосна впивалась в стену, росла под странным углом, открытые корни держались за камень.

Пять футов. Будь у нее сила Ларанты, прыжок был бы пустяком. Но…

— Один раз, — она вдохнула, выдохнула со словами. — У тебя только один шанс.

Она расставила ноги шире, мышцы напряглись в ее проекции и в беспомощном теле без сознания вдали.

«Госпожа! Тень!» — завыла Ларанта.

— Иду, — прорычала Айлет.

Она прыгнула.

И обломки рушились под ней.

* * *

Сжимая ладонь Лизель, Серина бежала по ступеням в замок. Не важно. Никакие стены, высокие или толстые, не защитят от Фантомной ведьмы.

Но она не могла стоять и ждать смерти.

— Где Красный капюшон? — крикнула она первому попавшемуся слуге.

Юноша с большими глазами в форме гонца глядел на нее, читая ужас на ее лице, отражая эту эмоцию.

— Эм, он… он у заднего входа на проверке, — пролепетал он, указывая на замок.

— Веди, — потребовала Серина. Она поняла, что сжимала Лизель, отпустила ее и сказала. — Поищи сестер! Прячьтесь в часовне! Скажи им просить Богиню о помощи!

— Что? Нет, — Лизель покачала головой, золотые кудри взлетели. — Я тебя не брошу, Серина. Я обещала, что присмотрю за тобой.

Протесты копились на языке Серины. На это не было времени. Она повернулась к юноше и приказала:

— Веди меня к Красному капюшону. Скорее! — и побежала по замку за ним, Лизель двигалась за ними, шурша шелковыми юбками. Юноша знал все коридоры Дюнлока, провел ее быстро к задней двери и открыл ее.

Серина вышла наружу, моргнула от яркого света. Она увидела венатора на каменной дорожке рядом с насыпью. Забыв его имя, она сложила ладони у рта и крикнула:

— Красный капюшон!

Мужчина повернулся, увидел ее и с вопросом склонил голову.

Тьма вспыхнула в воздухе за ним.

— Нет! — завизжала Серина.

Руки ведьмы обвили шею эвандерианца и плечи, ее длинные ногти впились ножами в его кожу. Они оба пропали, оставив лишь участок гниющего воздуха и магии.

Лизель схватила Серину за руку, давя до боли, и выдохнула:

— Там была Фейлин?

Серина не ответила. Казалось, она больше не пошевелится, не вдохнет. Она опустила взгляд на камешек, который еще сжимала в руке. Бриллиант смотрел на нее, дьявольски сверкая.

Серина с криком побежала по каменной дорожке к насыпи. Она взмахнула рукой, чтобы выбросить камешек в воду. Она метнула его изо всех сил, отправляя якорь по дуге в воздух.

Еще черная вспышка. Ладонь из ниоткуда поймала камешек, когда он стал спускаться, и Фейлин — или ведьма в Фейлин — рухнула на землю и перекатилась, прижимая якорь к искаженной груди. Она распрямилась и встала.

— Это было глупо, сестрица, — сказала она, крутя камешек тонкими пальцами. — И это до добра не доведет.

Это был голос Фейлин, и он вылетал изо рта Фейлин.

Серина отпрянула на шаг, подняв руки перед собой. Фейлин шагала к ней, лохмотья когда-то прекрасного свадебного платья трепетали вокруг ее длинных голых ног. Ее волосы ниспадали на спину, рыжие, как огонь, в свете солнца. Но тьма пульсировала под ее кожей, в уголках целого глаза, лилась меж острых зубов, когда она улыбалась.

— Думала, я позволю тебе занять мое место? — сказала она. — Думала, я позволю тебе украсть у меня Герарда? Я знаю, он тебе всегда нравился, Серина. Но опуститься так низко! И так скоро после моей… трагической гибели.

Серина упала на колени, сжав дрожащие ладони, словно в молитве. Она раскрыла рот, глядя на чудище в теле Фейлин, говорящее о боли Фейлин, играющее эмоциями Фейлин.

— Что? — захваченная тенью приближалась, глаз пылал злой магией. — Никаких возражений и оправданий? Ты точно хочешь что-нибудь сказать своей дорогой сестра!

— Ты — не моя сестра, — выдохнула Серина. Она покачала головой. — Я не буду говорить с тобой… только с Фейлин.

Лицо ведьмы исказил оскал, и тьма под ее кожей стала глубже. А потом она моргнула. На миг магия угасла, странный свет тени потускнел, словно тучи расступились, открыли голубое небо в ее здоровом глазе. Губы Фейлин двигались беззвучно, она смогла с дрожью сказать:

— Серина?

Последовал жуткий визг, и захваченная тенью девушка откинула голову, терзала свое лицо и волосы руками. Когда она посмотрела на Серину, свет тени вернулся, пылал. Она молниеносно ударила. Серина упала с криком боли, держась за руку, оглушенная.

— Оставь ее!

Вихрем шелка и золотых волос Лизель пронеслась мимо Серины.

— Лизель, нет! — закричала она, фрейлина бросилась на захваченную тенью, яростная, как медведица, защищающая свое дитя. Ведьма так удивилась, что не сразу отреагировала.

А потом с хлопком тьмы существо в Фейлин вышло из этого мира, Лизель ударила по воздуху. Лизель подавилась воздухом другой реальности и отпрянула, мотая головой.

Она не успела сделать и двух шагов, ведьма вернулась за ней. Рука Фейлин обвила ее шею и сдавила. Лизель задыхалась, терзала когтями руку, пыталась вырваться, но не могла.

Помня, как Красный капюшон пропал из этого мира и не вернулся, Серина подбежала и схватила Фейлин за руку.

— Не забирай ее! Не вреди ей! — завизжала она, ее голос был почти безумным от ужаса. — Я сделаю все, что ты хочешь. Я пойду, куда ты хочешь. Я не буду перечить, Фейлин. Но не вреди ей. Она — твоя подруга. Подруга!

Глаза Лизель закатились. Ее лицо стало багровым, она задыхалась. Она обмякла в руках ведьмы. Фейлин бросила ее на землю, повернулась и схватила Серину за запястье.

— Хорошо, сестренка. Я позволю ей жить. Ты пойдешь со мной, и мы посмотрим, кого из нас Герард любит больше, ладно?

Серина на жуткий миг поверила, что ее утащат из этого мира в темный, куда так легко убегала ведьма. Но существо в сестре развернулось и повело ее в открытую дверь замка. Гонец ждал там, боясь бежать или биться, застыв от ужаса у порога.

Фейлин поймала его за волосы на макушке, подняла его голову.

— Ты, — сказала она, — возьмешь самого быстрого коня и найдешь своего принца. Скажи ему, что пора вернуться домой ко мне, его Фейлин. Время до заката, иначе, — ее зубы сверкнули в улыбке, — я убью всех в этом замке и начну с дорогой сестренки.